Чтение онлайн

Они раздевали меня не просто медленно, а с благоговейным ритуалом. Тайлер, стоя передо мной, сосредоточенно расстегивал одну за другой пуговицы моей блузки. Его пальцы, длинные и умелые, намеренно задерживались на коже под тканью, вызывая мурашки.

В то же время Марк, стоя на коленях позади, снимал с меня джинсы. Его губы при этом касались то голой лодыжки, то тыльной стороны колена, и каждое такое прикосновение было подобно обжигающей капле.

Когда последняя деталь одежды упала на пол, я замерла под их взглядами. Они пожирали меня глазами: Тайлер с восхищенной, почти научной концентрацией, Марк – с животным, не скрываемым голодом. Лунный свет ласкал кожу, и мне казалось, что я светилась изнутри под тяжестью их желания.

— Боги, ты прекрасна, – выдохнул Тайлер, и в его голосе прозвучала неподдельная нежность.

Марк не сказал ничего.

Он просто подошел и прикрыл мои губы своими, вновь заставляя мир поплыть. Его поцелуй был глубоким, влажным, полным немого обожания и обещания того, что будет.

Мы вошли в горячую воду, и она обволокла нас, как второе прикосновение.

Тайлер сел, и я устроилась у него на коленях спиной к нему, чувствуя, как его напряженный член упирается мне в поясницу. Его руки сразу же обвили меня, ладони легли на живот, а большие пальцы принялись выписывать медленные круги на моей груди, задевая и заставляя наливаться кровью и без того твердые соски. Он прильнул губами к моей шее, и его поцелуи были влажными и жаркими, а язык вырисовывал замысловатые узоры на коже.

В этот момент Марк, стоя передо мной, опустился в воду на колени. Его синие глаза, казалось, светились в полумраке, и в них не было ничего, кроме меня. Он мягко, но настойчиво раздвинул мои колени.

Его язык коснулся меня, как электрический разряд. Нежно, но уверенно. Он не просто ласкал, он изучал, пробовал, находил все чувствительные точки. Язык был то твердым, то мягким. Он рисовал медленные круги, вызывая сладкую дрожь в теле, а затем сосредоточился на самом чувствительном месте. Я выгибалась и стонала, впиваясь пальцами в его плечи.

— Да, вот так... – прошептал Тайлер мне на ухо, его голос был хриплым от возбуждения. Одной рукой он продолжал ласкать мою грудь, а пальцы другой опустились ниже, к тому месту, где Марк творил свое волшебство. Он начал нежно тереть клитор, усиливая и без того невыносимые ощущения.

Я металась между ними, теряя связь с реальностью. Мир сузился до горячей воды, густого пара, жгучих поцелуев Тайлера в шею и этого божественного, двойного натиска внизу. Я чувствовала, как нарастает волна, мощная и неотвратимая. Мое дыхание стало прерывистым, в висках застучало.

— Марк... Тайлер... я не могу... я сейчас взорвусь... – это был не стон, а хриплый, отчаянный шепот.

Марк в ответ лишь глубже погрузил лицо между моих ног, а его язык задвигался с яростной, животной скоростью. Тайлер стиснул мою грудь и прикусил мочку уха.

— Кончай, – приказал он низким, властным шепотом. – Кончай для нас… сейчас.

И я взорвалась.

Оргазм прокатился по мне не волной, а целой серией сокрушительных взрывов, вырывая из горла долгий, сдавленный крик. Мое тело затряслось в судорогах удовольствия, такого сильного, что оно граничило с болью. Я бессильно откинулась на Тайлера, чувствуя, как пульсирует внутри все, что только может пульсировать.

Пока я еще дрожала, пытаясь поймать дыхание, Тайлер нежно повернул мое лицо к себе и поцеловал.

Его поцелуй был медленным, сладким, полным одобрения и нежности. А затем Марк поднялся из воды, его лицо было мокрым, а глаза по-прежнему горели. Он притянул меня к себе и поцеловал с той самой первобытной страстью, что была в нем с самого начала, и я почувствовала на своих губах влажный, солоноватый вкус своего собственного удовольствия.

Эта ночь под лунами Кайроса, окутанная паром и нашими смешанными дыханиями, была больше, чем просто сексом. Это было торжество. Праздник нашей силы, нашего союза и нашей странной, всепоглощающей, абсолютной любви. И я знала – это был только первый акт в бесконечной симфонии нашего счастья.

Глава 21.

В тот вечер мы сидели в гостиной. Авель, окрепшая после очередного этапа лечения, рисовала на своем планшете, а Космо, как всегда, вторил ее настроению, его шерсть переливалась спокойным лазурным. Марк и Тайлер молча наблюдали за этой идиллической сценой, и на их лицах было выражение, которого я раньше не видела – не просто удовлетворение, а глубокая, безмятежная умиротворенность.

Тайлер первым нарушил тишину. Он встал, подошел к своему бюро и взял оттуда тонкий, официального вида документ.

— У меня ко всем есть предложение, – сказал он, и его бархатный голос прозвучал особенно торжественно. Он положил документ на стол передо мной. – Это ходатайство об официальном удочерении. Мы оба, – он кивнул в сторону Марка, – хотим, чтобы Авель стала нашей законной дочерью. Чтобы она носила наши фамилии. Чтобы ее будущее было навсегда связано с нами.

Я смотрела на бумагу, и у меня перехватило дыхание. Авель подняла глаза от рисунка, не до конца понимая, но чувствуя важность момента.

Марк подошел и встал рядом с Тайлером. Его синие глаза, обычно такие острые, сейчас были мягкими.

— Она уже наша дочь в сердце, – сказал он тихо, глядя на девочку. – Но я хочу, чтобы это знал весь мир. Я хочу быть для нее не «дядей Марком», а отцом. Чтобы у нее была самая надежная защита, какая только может быть на двух планетах.

Слезы блаженства и благодарности навернулись мне на глаза. Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и обняла их обоих, прижимая к себе этот бесценный документ.

Позже, уложив счастливую и взволнованную Авель спать, мы втроем остались на террасе. Ночь на Кайросе была великолепна – две луны висели в небе, а воздух был напоен ароматом ночных цветов.

Марк повернулся ко мне. Он взял мою руку и прижал ее к своей груди, к тому месту, где под униформой билось его сердце.

— Саяна, – его голос был низким и хриплым от сдерживаемых эмоций. – Когда-то наша «Искра» была для меня вспышкой в темноте, неконтролируемой стихией. Ты была моим бунтом, моей страстью. Но сейчас... – он посмотрел на наш дом, на огни города в долине. – Сейчас ты мой якорь. Ты та сила, что не дала мне сломаться, когда мир пытался уничтожить нас. Я люблю тебя. Не как вынужденную жену. Не как часть договора. Я люблю тебя как женщину, которая сделала меня целым.

Прежде чем я успела ответить, заговорил Тайлер.

Он стоял с другой стороны, и его ртутные глаза в лунном свете казались жидким серебром.

— А для меня наша «Искра» была иной, – сказал он. – Она была не взрывом, а решением сложнейшего уравнения. Ты стала тихим ураганом, который перевернул всю мою жизнь. Ты научила меня, что самое великое творение – это не ландшафт планеты, а тепло домашнего очага. Я люблю тебя. Не как союзницу по договору. Я люблю тебя как женщину, которая дала мне душу взамен чертежей.