Космический замуж. Судьба на краю галактики
Шрифт:
– Спасибо, – прошептала я и, не в силах вынести его взгляда, развернулась и практически выбежала из лазарета.
Мне нужно было спрятаться.
Исчезнуть.
Я добежала до своей каюты. Дверь закрылась за мной с таким щелчком, будто отсекала меня от всего мира. Здесь пахло мной, Авель и Космо. Здесь была наша прежняя жизнь. Я прислонилась спиной к холодной металлической двери и медленно сползла на пол.
И тут меня накрыло.
Я обхватила колени руками и закачалась, пытаясь унять дрожь. Я продала себя. Обменяла свое тело на шанс для сестры. И самое ужасное, что мое тело... откликалось. Оно предало меня, растворившись в наслаждении, пока разум кричал от ужаса.
– Что я буду делать теперь? Как смогу смотреть ему в глаза? Как буду жить с этим чувством грязной сделки? Разве, я похожа на миссис Ренделл? Чужое имя, чужая жизнь, чужая кровать.
Я сидела в темноте на полу, обхватив колени, и не находила ответов. Вдруг подошел Космо, мурлыча, и потерся о ноги. Я взяла его на руки, погладила, и он устроился у меня на коленях, свернувшись в клубок и замурлыкав. Его шерсть была нежно-зеленого оттенка. Это означало, что Авель в порядке.
Не знаю, сколько времени мы просидели так, в полной прострации, пока тихий стук в дверь не вернул меня к реальности.
– Саяна? – это был его голос. Низкий, но уже без прежней властности. В нем слышалась... тревога.
Я не ответила. Не могла.
Дверь каюты тихо открылась. Он стоял на пороге, уже одетый в свою темную униформу. Его светлые волосы были снова собраны в безупречный хвост, но на лице застыла неуверенность, которую я видела впервые.
– Я тебя искал, – тихо сказал он, не переступая порог.
– Зачем? – мой голос прозвучал сипло от слез. – Брак заключен. «Искра» удовлетворена. Ваша обязанность выполнена.
Он поморщился, будто от удара.
– Это было не только про обязанность, Саяна. И ты это чувствовала.
Я отвернулась, смотря в иллюминатор на проплывающие звезды. Он был прав. Я чувствовала. И в этом была самая большая проблема.
– Мне стыдно, – выдохнула я, не в силах сдержаться. – Стыдно, что я... что мое тело... пока ты был во мне, я забыла о сестре. Я забыла обо всем. А теперь я сижу здесь и не знаю, кто я. Землянка Саяна Старкова? Или твоя жена, Саяна Ренделл? Я продала себя, Марк?
Он вошел в каюту и медленно опустился на корточки передо мной, чтобы быть на одном уровне. Его синие глаза были серьезны.
– Ты не продала себя, – его голос был твердым, но мягким. – Ты та, кто спасла свою сестру. Ты выбрала жизнь. Наша связь... «Искра»... это нечто большее, чем договор. Это дар. Редкий и ценный. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя продажной. Потому что для меня ты ею не являешься. Ты моя жена. Женщина, с которой моя душа нашла созвучие.
Он протянул руку, но не коснулся меня, давая мне выбор.
– Твой статус на корабле изменился. Ты больше не пассажир, ты жена капитана. И я понимаю, что это бремя. Но это также и сила. Сила защитить Авель. Сила строить новую жизнь. Не отвергай ее из-за стыда.
Я смотрела на его протянутую руку. На его глаза, в которых не было лжи. В них была суровая правда и... обещание. Обещание не любви – до нее было еще далеко – но уважения. Защиты. Партнерства.
Вспомнились его слова в лазарете:
– О ней позаботятся».
И позаботились. Вспомнилась его нежность в постели, смешанная с яростью страсти. Это не было насилием. Это было взаимным поглощением.
Я сделала глубокий вдох. Стыд отступал, уступая место холодной, твердой решимости.
Авель. Все ради Авели.
А если на этом пути мне дан мужчина, который видит во мне не просто средство, а союзника... может, это не наказание, а шанс?
Я медленно подняла глаза и положила свою ладонь в его. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, крепко и надежно.
– Хорошо, – прошептала я, поднимаясь на ноги. – Капитан Ренделл.
– Марк, – поправил он тихо. – Для тебя – Марк.
??????????????????????????????????????????????????Глава 6.
– Марк, я…
В этот момент тихий сигнал прозвучал на его браслете. Марк нахмурился, высвободил мою руку и принял вызов. В воздухе возникло голографическое лицо вахтенного офицера.
– Капитан, докладывают из лазарета. Состояние ребенка улучшается. Девочка пришла в себя и просит сестру.
Сердце мое сделало в груди кувырок, на этот раз – от облегчения. Я посмотрела на Марка, и он кивнул, его строгие черты смягчились.
– Пойдем, – сказал он просто. – Тебя ждут.
Дорога к лазарету выглядела иначе. Мы не были преследователем и жертвой, капитаном и пассажиром. Мы шагали рядом. Муж и жена. Хотя и против воли. Нас заметили, и я больше не прятала взгляд, ощущая его безмолвную поддержку, словно невидимый щит.
Авель лежала на койке, все еще бледная, но ее глаза сияли. Увидев меня, она попыталась приподняться.
– Сая! – ее голос был слабым, но радостным.
Я бросилась к ней, забыв обо всем на свете, и прижала к груди, ощущая, как тоненькие ручки обвили мою шею.
– Я здесь, роднуля моя. Все хорошо, теперь все будет хорошо.
– А этот дядя... он добрый? – прошептала она мне на ухо, украдкой глядя на Марка.
– Да, малышка, – я улыбнулась сквозь навернувшиеся слезы. – Очень добрый. Он нам помог.
Марк подошел ближе, и я увидела, как его обычно суровое лицо озарила неуверенная, но искренняя улыбка. Он наклонился к Авель.
– Привет, воин. Ты хорошо сражалась.
Авель смотрела на него с широко раскрытыми глазами, а потом робко улыбнулась в ответ. В этот момент что-то щелкнуло. Какая-то стена между нами дала трещину.
– Мне нужно уйти. Вызывают на капитанский мостик, – сказал Марк, выпрямляясь. Его взгляд встретился с моим. – Вы можете остаться здесь или... вернуться к себе в каюту.