Чтение онлайн

Я вытираю свои влажные волосы полотенцем и застегиваю пуговицу на брюках, наблюдая за тем, как Роуз мирно спит, завернутая в красно-коричневое стеганое одеяло. Прежде чем я успеваю одеть рубашку, она шевелится и стонет, щурясь в темноте. Единственный проникающий в комнату свет исходит из узкого просвета между шторами с изображением медведя.

– Доброе утро, дорогая, - я сажусь на край кровати и хватаю воду с прикроватной тумбочки.
– Comment te sens-tu ?
– Как себя чувствуешь?

Она медленно приподымается и прислоняется к изголовью, прикладывая руку к виску. Ее волосы торчат в пять разных сторон. Я стараюсь скрыть улыбку, но видеть Роуз в таком растрепанном виде - крайняя редкость. И я обожаю эту ее сторону так же, как и все другие.

– Даже не представляю, что ты только что сказал, - зевает она, прикрывая рот рукою.
– Мое похмелье уничтожило твой французский.

– Невозможно, - говорю я ей.
– Твое похмелье не может разгромить меня.

Она слишком уставшая и с похмелья, чтобы вести со мной веселые беседы. Роуз просто еще раз зевает.

– Правда... что ты там говорил?

Я передаю ей воду, и она делает маленький глоток.

– Как ты себя чувствуешь?
– повторяю я.

– Так, словно я провела пять недель, готовясь к Академическому Чемпионату за кубок.

– То есть не так уж плохо?
– я улыбаюсь.

Ее глаза прищуриваются.

– Не все из нас были в состоянии два часа учиться и запомнить каждый кусочек полученной информации.

– Я учился больше двух часов, готовясь к университетским чемпионатам, - я тянусь и хватаю Эдвил с прикроватной тумбочки, а затем выдавливаю таблетку.
– Тебя просто не было в Пенсильванском университете, чтобы увидеть меня, а жаль. Мы могли бы вместе заниматься, - я делаю паузу, перед тем как добавить.
– Я отличный преподаватель. Просто спроси у своей сестры.

Она закатывает глаза, но за маской надменности скрывается улыбка. Потому что, если бы я не преподавал Лили экономику, Роуз уверена, что нас бы не было сегодня здесь. Но я верю в то, что сам творю свою судьбу. Мы оказались вместе, потому что оба хотели этого больше чем, что-либо иное. У нас обоих был выбор, и мы оба сказали друг другу"да".

Это не судьба.

Это простой выбор.

И решение. Амбиции. Смелость.

У нас было все это.

– Много ли ты помнишь с прошлой ночи?
– спрашиваю я, ожидая, что возненавижу ее ответ. Я практически уверен, что все, начиная с клубники и дальше, было стерто с ее разума с помощью водки. Я уже смирился с этим, но перед тем как заснуть, я хотел запечатлеть эти моменты в своей памяти на всю жизнь. Что если они больше никогда не повторяться?

Это что если сжимает мое сердце пятью различными способами.

– Как много ты можешь вспомнить?
– бросает она в ответ, а затем пьет еще больше воды. Я почти что сталкиваюсь с ее враждебной натурой во всей красе.

– Все.

– И как такое возможно? Ты выпил больше, чем я.

– Ты помнишь это?
– хмурюсь я.

– Да, Ричард.

После длительной паузы, я говорю:

– Я крайне устойчив к воздействию алкоголя.

Это не совсем так. Я все еще нахожусь под влиянием Аддералла. С тех пор как я вернулся в офис Фредерика, то в течение недели не разговаривал с ним, а затем он прописал мне Аддералл. Он сдался на седьмой день, желая обсудить мою жизнь и проанализировать все подробности.

Смесь Аддералла с алкоголем - это не очень хорошая или разумная комбинация. Таблетки ослабляют воздействие алкоголя, так что я могу дольше оставаться последовательным.

На секунду Роуз отводит взгляд.

– А еще я помню...
– она краснеет.
– Неудивительно, что у меня болит попка.

Мою грудь распирает.

– Что?

– Ты шлепал меня, - она ударяет меня по руке, - ... и мне это понравилось, - она добавляет.
– В следующий раз я буду трезвой. Обещаю.

На моем лице расплывается улыбка, переходящая в смех. Она помнит. Я делаю глубокий вдох, и мой мир становится более ярким. Я не могу сдержать переполняющую меня радость. Я целую Роуз в щеку, в губы. Она помнит. Эти слова поднимают меня на новый уровень существования. Я чувствую больший кайф, чем под влиянием Аддералла.

– Что случилось после того, как ты сказал вечность?
– спрашивает она, когда я целую ее в нос.

– Ты отключилась, - говорю я, - и я уложил тебя в кровать, убедившись, что ты не облюешь саму себя.

Она смотрит на меня.

– Как романтично.

– Как по-настоящему, - отвечаю я.
– Просто помни, что наша любовная история не фальшивка.

– Если ты не смотришь Принцесс Филли, - отмечает она, задирая подбородок. Прежде чем я могу ответить, глаза Роуз медленно расширяются.

– Что?
– спрашиваю я.

– Подожди...
– она хватает меня за запястье, и ее челюсть отвисает, будто она вспоминает что-то.

– Роуз?
– мое сердце подпрыгивает. Она вскакивает на ноги, и я следую ее примеру, хватая Роуз за талию.

– Мои сестры, - говорит она.
– Я обещала спать в их комнате. Но я здесь. Я проснулась здесь. Что означает...
– она вылетает в коридор, одетая в то же платье из черного хлопка, что носила вчера вечером.

Я иду за ней следом, тревожась раз в десять меньше. Как только мы проходим мимо кухни, направляясь к лестнице, Бен спешит встать из-за кухонного стола, так и не закончив завтракать своей овсянкой. Он хватает камеру и бежит за нами. Должно быть за исключением съемочной группы, мы - первые проснувшиеся.

Тощий Бен путается в ремнях своей камеры, пытаясь обогнать меня на пару ступеней, чтобы заснять Роуз, но я держу руки на перилах, не пропуская его. В данной ситуации, я - тот, кто должен быть с ней рядом. Он может остаться на втором плане.

Она открывает двери комнаты Лили и вбегает внутрь. Я прислоняюсь к дверному косяку, и Бену приходится остаться в коридоре; он направляет камеру на меня, так как не может снимать происходящее в комнате. Он достаточно вежлив, чтобы держать дистанцию.

Роуз проносится визжа, пока не замечает своих спящих сестер. Дэйзи растянулась на кровати, разбросав одеяла вокруг себя. Лили лежит на другой стороне кровати, зарытая в кучу из одеял. Нетронутые. Целые и невредимые.

Двое ребят спят на полу.

Рик просыпается от громового вторжения Роуз. Он отрывает голову от подушки и сбрасывает стеганное одеяло. Ло подымается на колени и потирает заспанные глаза, стараясь сориентироваться в пространстве при тусклом свете из коридора.

– Что за фигня?
– шепчет Рик, стараясь не разбудить девочек. Он сердито смотрит на меня.
– Почему ты не сказал ей?

Я бросаю на него взгляд.

– И она бы мне поверила?

Даже если бы я сказал: Ло и Рик решили разбить лагерь в комнате Лили и обеспечить безопасность твоим сестрам; существует 100% вероятность, что это все равно бы не остановило Роуз. Кроме того, я был так сильно рад, что она помнит события прошлой ночи.

Рик оглядывается через плечо, проверяя своего брата, который наблюдает, как Лили зевает и потягивается. Когда Рик встает и направляется к двери, Лили соскальзывает с кровати, заворачиваясь в одеяло.