Чтение онлайн

Но умолять звучит как слабость. Внутренне, я могу попросить его дать мне свой член. Но вслух, как черт побери, я собираюсь пресмыкаться?

– Пожалуйста, мог бы ты подарить мне содержимое этой коробочки?
– спрашиваю я, пытаясь смягчить свои обычно резкие слова. Я ведь в этом не так ужасна, верно?

Коннор не двигается.

– Разве ты не говорила что-то об окончании обучения с отличием?
– спрашивает он весело. Да, я часто упоминаю этот факт в наших спорах. Это такой себе аргумент, учитывая, что Коннор закончил обучение с таким же количеством похвал.

– Самым высоким отличием, - не сдаюсь я, передо мной появляется вызов. Мне слишком сильно нравится спорить с Коннором Кобальтом. Но сегодня вечером моя интуиция говорит, что он собирается втянуть меня в серьезные неприятности.

– Самое высокое отличие, - его губы вздрагивают.
– Ну, тогда, если ты так умна, то должна знать, как правильно умолять о чем-либо.

– Я же сказала пожалуйста.

– Скажи это так, словно действительно подразумеваешь сказанное,- он опускает черную коробочку на мою голую грудь так, что мягкий бархат касается моей кожи. С привязанными к изголовью руками, я никак не смогу ее раскрыть.

– Может, ты хочешь, чтобы я называла тебя сэр?
– не имею представления, как далеко мы собираемся зайти.

Его глаза мрачнеют.

– У меня есть собственный способ делать это, собственные правила, - он проводит пальцами по моей ноге, что еще сильнее усиливает боль в месте между моими ногами, которое так долго, очень долго ждет его прикосновений.
– Сэр - довольно безликое слово. Ты можешь называть меня Коннор, а если будешь себя действительно хорошо вести, я даже разрешу тебе называть меня Ричардом.

От его слов мое тело расслабляется. Мой взгляд снова возвращается к коробочке у меня на груди, и нетерпение пробегает по моему телу, словно холод.

– Просто открой ее, Коннор, - говорю я сердито.

Он сильно сжимает мое колено и проводит рукой к верхней части бедра, сжимая пальцами мою плоть.

– Нет.

Как одно слово может содержать в себе столько силы? Я сильнее сжимаю бедра, так что голени начинают болеть от силы соприкосновения друг с другом. Я настолько обнажена перед ним. Так возбуждена. И к тому же должна умолять о том, чего желаю. Я чувствую, как становлюсь еще более влажной, и Коннор понимающе приподымает брови.

Моя киска сжимается.

Господи Иисусе.

Чем дольше ожидание, тем большей пыткой все это становится. Так что я отбрасываю свою гордость и делаю глубокий вдох.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, открой коробочку, - молю я, почти что шепотом.
– Я так сильно хочу этого.

К моему удивлению, он открывает бархатный футляр, отбрасывая крышку. Мое сердце делает кульбит, когда я вбираю взглядом все бриллианты, нанизанные в длинные ряды. Из них буквально состоит все ожерелье. Оно светится и переливается в тусклом свете, драгоценности влияют на меня почти так же как и его слова.

А затем я наконец осознаю, какой тип ожерелья представляют собою все эти камни. Это не просто колье. Нет. Эти бриллианты вставлены в кожаную ленту с серебряной пряжкой в задней части.

Это ошейник.

Гнев закипает во мне, как никогда доселе.

– Я - не твоя зверушка.

– Ты - моя зверушка, - он подымается на кровати.
– А еще ты - моя девушка. Моя любовница. Так же как и я - твой мужчина. С одним лишь отличием...
– он делает паузу, повышая градус царящего между нами напряжения, - я всегда буду сверху.

В одно мгновение он хватает меня за обе ноги и вытягивает их по сторонам. Я пытаюсь вырваться из его хватки и вернуть свои бедра в положение "закрыто-ты-не-можешь-мною-владеть", но его взгляд останавливает меня. Взгляд Коннора Кобальта вообще очень сложно игнорировать. От его нового мрачного выражения лица мое тело замирает в абсолютной неподвижности.

А затем уголки его губ приподымаются. Как у чертового болвана.

– Позлорадствуй, если это все чего ты хочешь. Мне же абсолютно не весело, - возмущаюсь я.

Улыбка на его губах затрагивает глаза.

– Тогда останови меня, - бросает он мне вызов. Но одновременно с тем Коннор опускается поверх меня, прижимаясь всем своим телом. Его таз напротив моего, а эрекция вжимается в мой центр, так сильно ненавидящий и одновременно любящий его.

Я не могу остановить Коннора.

Даже если бы действительно хотела этого.

Я едва дышу, когда он бережно оборачивает кожаный ошейник вокруг моей шеи. Его пальцы касаются моей кожи, когда он застегивает его у меня на затылке.

Моя злость растворяется в отчаянной необходимости и жажде. Все мое тело взывает о его прикосновениях, желая знать каково будет, когда он окажется внутри меня. Как я почувствую себя в первый раз.

Коннор снова отстраняется от влажности моего тела, моей позиции и готовности. Я наблюдаю за тем, как его взгляд порхает от моего нового бриллиантового ошейника к румяной от его прикосновений груди и ниже - к мой изнывающей по нему голой плоти. Просто погрузись уже в меня.

Он опирается рукой о матрас возле моей головы и целует в висок; его губы движутся вниз к моему затылку, а затем к полноте моей груди, соблазнительно медленно.

– Коннор, - стону я, нуждаясь в том, чтобы он ускорился.

– Не разговаривай, - говорит он хрипло, его губы смыкаются на моем соске и сильно всасывают. Невидимая сила подымает мои бедра над матрасом, желая большего контакта с его телом. В ответ он вжимается своей твердой выпуклостью в мой пах, подавляя мои движения и разжигая желание.

– Кон...

Его рука взлетает к моему рту, заглушая звук моего голоса. А затем он продолжает исследовать мое тело своим языком. Я во власти его рта, его медленного и мучительного темпа ласк.

Все формы умственной активности покинули меня. Мои мысли превратились в глупое, нелепое скандирование. Ниже, ниже, НИЖЕ!

– Нишшшеее!
– бормочу я ему в руку.

И Коннор кусает мягкую плоть моего бедра - сильно. Боль простреливает через мое тело, зажигая внутри еще что-то новое. Что-то более сильное и пьянящее. Мне нравится порка. Нравится удушье. Так что мне не стоит удивляться тому, что от укуса на моем бедре щеки и шея заливаются румянцем. Но я удивляюсь.