Чтение онлайн

– Прости меня, - она извиняется за созданную сцену, за истерику, за момент паники.
– Я...

– Человек, - заканчиваю я за нее. Я убираю ее волосы за ухо.
– Ты - человек, Роуз. Мы все такие.

Я смотрю на остальных ребят. На Рика, Ло и Лили, застывших в неловком молчании. Нам нужно еще много чего обсудить, но я не двигаюсь, ожидая, пока Роуз будет готова.

Она несильно сжимает мою руку и кивает.

– Тогда давайте закончим начатый разговор, - говорю я, подымаясь вместе с ней, удерживая возле своего бока.

Там, где я хочу, чтобы она была всегда - рядом со мною.

После короткого разговора с Коннором и его успокаивающего присутствия, я чувствую себя немного спокойной, но все остальные ребята так же напряжены, как и раньше. Рик скрестил руки на груди и наблюдает за Лили и Ло, ожидая столь редкого противостояния между ребятами.

Она спросила его, пил ли Ло алкоголь. И этот единственный вопрос выбил его из колеи сильнее, чем что-либо. Ее слова, ее чувства к нему означают больше, чем все сказанное и сделанное Риком, мною или Коннором.

– Я просто... я не понимаю, почему ты не хочешь показать нам свои таблетки и доказать обратное, - говорит она едва слышным голосом.

– Так ты занимаешь в этой ситуации их сторону, а не мою?
– возмущается он.

– Я не занимаю ничью сторону, - ее лицо искажается, пока Лил размышляет обо всем этом.
– Я просто хочу знать правду, Ло.

– Я не пил, - он неоднократно качает головой, но его глаза становятся красными, чем дольше он делает так, рассказывая нам свою сторону истории.
– Но я не могу доказать этого. Я прекратил принимать антабус месяц назад.

– Что ты сделал?
– кричит Рик.

Ло касается своей груди в оборонительной позиции.

– Они сводили меня с ума! Меня беспокоила паранойя по поводу того, что я ем - не содержит ли моя пища случайно хоть немного алкоголя. Я представлял себе рвоту от этой дерьмовой чертовой еды. Я не могу принимать этот препарат в течение всей своей гребаной жизни!

Прежде чем его брат успевает ответить, Ло возвращает все свое внимание к Лили.

– Ты должна мне верить, - говорит он отчаянно.

– Я верю, - говорит она, без колебаний.

У него на лице появляется выражение облегчения. Подойдя к кровати, он тянется, чтобы обнять Лили.

Но в этот момент происходит нечто странное. Лили отталкивает Ло, а затем указывает на него пальцем.

– Но это неправильно. Неправильно, - ее подбородок дрожит, и она пытается собраться с силами, чтобы высказать свое недовольство.
– Ты не можешь перестать принимать таблетки, лишь потому что они сводят тебя с ума. И ненормально, что ты сохранил это в тайне от меня... от нас...

Глядя на то, как они оба начинают плакать, просто невозможно не ощутить себя здесь лишним.

– Моя грудь пылает, - говорю я Коннору. Мне правда хочется уйти. Но нам все еще нужно поговорить с Лили о видеозаписи.

Коннор потирает мою спину и целует в висок.

Это так приятно. Быть с ним рядом. В подобные моменты я не могу себе представить, что буду делать, если снова останусь одна. Я бы почувствовала себя разбитой и нецельной.

Лорен притягивает мою сестру в свои объятия. Или может это она притягивает его. Сложно сказать.

– Мы будем бороться, просто чтобы ты знал, - шепчет она.
– Я посплю в комнате Дэйзи.

Его лицо снова перекашивается от боли.

– У тебя не было секса в последние три дня. Я собирался...
– он смолкает, глядя на то, как Лили качает головой.

– Меня сейчас волнует не секс. Я переживаю о том, чтобы ты был здоров и не пил.

Я усмехаюсь. Не могу сдержаться. Черт побери, это происходит. Моя грудь вздымается. Словно меня погрузили в воду. Эти слова Меня сейчас не волнует секс никогда прежде не сходили с уст этой девушки.

Лорен выглядит крайне удивленным и восторженным, как и я.

– У нас есть еще один вопрос, - заявляет Рик.

Я бросаю на него ненавидящий взгляд.

– Мы не должны поднимать его прямо сейчас, - говорю я. Моя сестра только что выступила против секса, как навязчивого, вредного занятия. Мы должны поддержать ее, а не ставить под сомнение ее способность удержаться от секса в общественной уборной.

Рик смотрит на меня так, словно я сгубила все клетки мозга, а затем хватает камеру.

– Посмотрите это, - говорит он Лили и Лорену.

Они становятся перед камерой и смотрят видео, по мере просмотра щеки Лили заливает румянец. Когда мы все слышим ее слова "Я могу тебе сделать минет?" ее глаза расширяются, а рука взлетает вверх, так, словно она готова ответить на заданный во время классного урока вопрос.

– У меня был плохой день, - защищается она.

– Шшш, - шипит Лорен, его глаза сужаются на камеру. Доносятся стонущие и ахающие звуки, и вдруг Лили, как и Лорен, впадает в замешательство.
– Что это?
– спрашивает Ло.
– Это какая-то ебаная шутка?

– Ты нам скажи, - опровергает Рик.
– Вы трахаетесь в общественной уборной посреди дня.

– Нееет,– говорит Лорен медленно.
– Мы не трахались в уборной. Мы не трахаемся нигде, кроме как в своей спальне. Вероятно, кто-то смонтировал видео.

– Так ты не просила Лорена сделать ему минет?
– спрашиваю я сестру.

Ее похожий на сыпь румянец распространяется на шею и руки.

– Я сделала это...
– бормочет она.

– Но тогда я сказал ей "нет", - добавляет Лорен. Я не знаю чему верить. Я хочу восстановить свою веру в них, но доказательства довольно убедительны. Разве можно отредактировать видео прямо на камере? Это же не одно и то же, что смотреть видео с компьютера.

– Тогда что вы на самом деле делали 30 минут в уборной?
– спрашивает Коннор, как бы невзначай. Его вопросы всегда кажутся менее схожими с допросом, а больше походят на обычный разговор.

Мы с Риком терпим неудачу в этом плане.

– Я отчитывал и наставлял Лили на путь истинный, - объясняет Ло.

– Мне это было нужно, - соглашается она. Она смотрит на него с благодарностью во взгляде, но видимо вспоминает свое более ранее заявление, потому что делает шаг в сторону, прокладывая между ними небольшое расстояние.
– Мы по-прежнему боремся с нашими зависимостями.