Чтение онлайн

Забыв про родного человека идиоты раболепствовали перед дрянью не жалея при этом ни сил, ни средств. Однако надо заметить, что многие забытые своими сыновьями матери пожинали плоды своего труда — один-единственный ребёнок зачастую вырастает эгоистом. Всё в жизни закономерно, что посеешь, то и пожнёшь. Логику женщин искренне считающих что мужчина должен их «добиваться» понять трудно — неужели «любовь» холуя может представлять ценность? Бороться за хорошую женщину нужно, это даже кайфово, но бороться это одно, а унижаться перед ней это совсем другое. Парадоксально, но большинству современных женщин нужны не достойные сильные мужчины (герои), а миловидные послушные рабы (холуи). Я где-то читал, что подобное мировоззрение женщин является показателем вырождения народа и я полностью согласен с этим утверждением.

Экипажи наших БТРов разместили в казарме где находились другие военнослужащие «боснийского» батальона. Зайдя в переполненное помещение я почувствовал себя неуютно. Поскольку мы были переведены из второй роты в четвёртую накануне марша то большинство парней мне были практически незнакомы. Ощущение «черепахи без панциря» усилилось чувством одиночества. Мне хотелось поделиться с близким человеком своими мыслями, обсудить всё то, чему я стал свидетелем за эти дни, но в этой казарме разговаривать мне было не с кем. Кого-то из парней я уже хорошо знал, кого знал только по имени, кого-то я раньше даже не видел, во всяком случае не запомнил. Человека с которым можно было бы откровенно поделиться своими размышлениями и переживаниями среди них не было.

Некоторые парни были заняты упаковыванием сумок, некоторые продолжали пить «горькую», кто-то просто спал. По лицам некоторых из тех кто был нетрезв можно было уверенно сделать вывод, что пьют они уже давно и не помалу. Надо отметить, что таким внешним видом отличалось всего несколько человек. Каждый был занят своим делом, при этом в казарме почти осязалась разобщённость присущая русским людям в повседневной жизни. От почти братской сплочённости появившейся у нас в первые дни косовской операции не осталось и следа, снова каждый был сам по себе.

Мне не хотелось тут оставаться и я пошёл на стоянку к своему БТРу. На стоянке я встретил своего друга, коллегу-пулемётчика Серёгу. Серёга тоже пришёл к своей машине поскольку провести последнюю ночь в Косово ему представлялось комфортнее в БТРе нежели чем в казарме. Я был очень рад встретить своего единственного друга поскольку с ним я мог поговорить обо всём что тревожило или интересовало меня. Кроме нас на стоянке было ещё несколько членов экипажей БТРов — они тоже хотели провести остаток времени здесь, а не в казарме. Поскольку к тому времени разброд в нашем батальоне был полнейший мы знали что искать нас никто не будет.

На одном из самолётов из России прилетела музыкальная группа «Голубые береты». Музыканты устраивали концерт как для вновь прибывших так и для нас, «боснийцев». Поскольку уже точно было известно, что на следующее утро мы уезжаем обратно в Боснию то этот концерт был для нас прощальным. Сцены как таковой не было, музыканты играли возле здания в котором располагался штаб. Зрители располагались широким полукругом стоя и сидя прямо на траве. «Голубые береты» играли старые и знакомые нам композиции, но кроме знакомых слов и мелодий мы услышали песню посвящённую нам — участникам марша в Косово. В песне как раз и пелось про Косово и про нас.

С учётом того, что с момента нашего марша прошло менее двух месяцев песня была на удивление складная. Мне врезался в память куплет «Мы держали, держали, ту полоску земли, где российские Илы приземлиться смогли…». Смысл же песни выражался словами «Кто мы, русские, здесь? Кем мы стали?». Под словом «здесь» подразумевалось Косово. Для меня это вопрос без ответа.

На концерт пришли почти все «боснийцы» и особого веселья в наших рядах не наблюдалось. Песню о нас мы приняли «на ура!», с выкриками и задорным свистом, но тем не менее большинство бойцов к происходящему относилось почти что равнодушно — мы устали от всего. Странно, но я не припоминаю чтобы кто-то был пьян. В процессе концерта, когда уже немного стемнело, несколько человек принялись даже подтанцовывать под какую-то мелодию, но сказать что они были выпившие я не могу. Ощущения народного гулянья не было — все держались разрозненно, своими группами. Того веселья и массовых братаний что присутствуют обычно на День десантника не наблюдалось вовсе. Типичных массовых драк свойственных этому празднику тоже не было. Мы устали и нам просто нужен был отдых.

Концерт продолжался достаточно долго и закончился поздно вечером когда стало уже темно. Я не дождался его окончания, мне было невесело и одиноко и почему-то даже грустно. У меня в душе присутствовала чувство нереализованности своих помыслов — если внимательный читатель помнит, помимо прочего в Югославию я ехал для того чтобы при случае помочь сербам. В Косово такой случай в общем-то представлялся каждый день на протяжении всего моего пребывания в крае. Я не реализовал свои намеренья и исправить это уже было невозможно. То, что в этом не моя вина ничего для меня не меняло. Я снова ушёл в парк к своему БТРу.

На следующее утро мы взяли свои пожитки, оружие и боеприпасы и погрузились в поджидавшие нас «Уралы». Водители БТРов должны были остаться в крае ещё на несколько дней и поэтому мы уезжали без них. Кажется в тот день я последний раз видел Толстого, как сложилась его дальнейшая жизнь я не знаю — мы никогда больше не виделись и не общались. Мы не обменялись адресами и телефонами поскольку были абсолютно неинтересны друг другу. Я даже не помню попрощались мы с ним тогда или нет. Кому-то может показаться странным, что два человека проживших рядом друг с другом много трудных дней расстались так, как расстаются случайные попутчики встретившиеся в купе поезда. Может конечно это и странно, но дело обстояло именно так — мы были очень разными людьми и даже прожитые вместе трудные дни не сблизили нас. Более того, чем лучше мы узнавали друг друга тем очевиднее для нас становилась наша несовместимость.

Уезжающие солдаты и офицеры набились в кузова «Уралов» «как сельдь в бочке». Проехать семьсот километров в кузове грузовой машины не слишком комфортно, но никого из нас это не беспокоило. Выезд колонны почему-то задержался, кажется мы выехали ближе к обеду. Мне досталось место у кабины машины, прямо передо мной было окошечко в брезентовом тенте. Наш отъезд снимали камеры нескольких новостных каналов. Поскольку остерегаться их мне больше не имело смысла то я высунулся из окошка и помахал рукой. Естественно я тут же попал в объектив кинокамеры.

Через несколько секунд после этого я был замечен своей родной тётей смотревшей новости в России. Тётя сразу же позвонила моей маме. «Уралы» тем временем набирали скорость унося нас домой … в Боснию.

Так для меня закончились косовские события тысяча девятьсот девяносто девятого года. Вернее, я думал что они для меня закончились…

События происшедшие в Косово в 1999 году стали огромной трагедией для сербского народа. Трагедия эта была организована и отчасти срежисирована самой «демократичной» страной на свете — Соединёнными Штатами Америки. Однако не только злые лидеры «великой демократии» получили пользу от расчленения Сербии.

На сербском горе поживились вообще все участники тех событий. Наибольшую выгоду получили конечно же шиптары. Они не только прибрали к рукам ухоженную и благоустроенную землю никогда ранее им не принадлежавшую, но и смогли вдоволь поглумиться над сербами. Причём, зачастую абсолютно безнаказанно. Дни напролёт албаны могли грабить и мучить сербов не неся за это ни какого наказания. Отлично потренировались на живых людях военные пилоты стран НАТО, к счастью некоторых из них всё же настигло возмездие. Наземные силы Альянса также получили прекрасную возможность проверить себя в деле — такая возможность сама по себе дорогого стоит. Как стервятники слетелись на сербское горе всевозможные политические, общественные и правозащитные деятели — делать себе громкое имя. Все телеканалы мира поднимали свою популярность за счёт «горячих» материалов из Косово, причём независимо от того за или против сербов эти материалы были ориентированы. Решительно устремились в край представители различных медицинских неправительственных организаций. На словах они ехали в Косово оказывать медицинскую помощь, на деле они ехали туда в лучшем случае тренироваться, в худшем экспериментировать — война всё спишет. Страны не входившие в НАТО, но в меру сил помогавшие Штатам убивать Сербию, смогли дополнительный раз полизать американскую жопу и получить внеочередную подачку. У лидеров исламского экстремизма тоже появился хороший повод порадоваться сербской трагедии — албанцы формально были мусульманами, следовательно расширилась зона исламского влияния. Как ни крути, наглядный и абсолютно реальный пример надвигающейся исламизации всего мира. ООН организовала бурную деятельность вокруг Косово, а о коррупции в её рядах не слышал разве что глухой. Думаю многие деятели из этой всемирной организации плотно набили свои карманы, таким образом хорошо поживившись за счёт сербской трагедии. Россия не осталась в стороне от этого «пиршества» — её вооружённые силы провели успешную операцию публично унизив превосходящие силы конкурентов из НАТО. Опять же, российская армия отлично потренировалась — без войны армейская машина «ржавеет». Как я надеюсь на переговорах с представителями США о допуске англичан на аэродром нашим политикам так же удалось выторговать что ни будь полезное для России.