Чтение онлайн

Косовары бдели. Нахмуренные брови, побелевшие пальцы на рукоятках винтовок, мокрые от пота лбы — все выдавало нешуточное нервное напряжение.

И немудрено.

Нападение на группу, случившееся на хуторе, стало для бойцов УЧК полной неожиданностью. Они привыкли к тому, что в Македонии им опасаться нечего, если только не совершать преступлений против коренного населения. Полиция милостиво относилась к вооруженным отрядам, ведущим «освободительную борьбу», строго соблюдая договоренность о нейтралитете. Косовары чувствовали себя здесь вольготно и сыто, развернули торговлю героином и вербовку проституток, в общем — занимались привычным делом. Отдыхали, вкусно ели и пили, курили травку, сопровождали своих командиров в необременительных поездках.

И вдруг выскочила, будто из преисподней, фигура в камуфляже, уничтожила за полминуты половину отряда и сбежала на «мерседесе» командира. Сам командир с братом и двое американцев остались лежать на хуторе.

Спустя час — потеря еще троих.

И главное — неизвестный пользовался бесшумным оружием, сводившим на нет численное превосходство албанцев. Сложно преследовать противника, если он имеет возможность послать пулю в полной тишине и никак не обнаружить собственного местоположения.

Один из бойцов оторвал руку от цевья винтовки и вытер пот. Второй на секунду отвлекся и шикнул на своего молодого товарища.

«Пора», — решил Влад.

Оба албанца находились примерно на одной линии.

Рокотов прицелился в старшего и нажал на спуск.

Голова косовара взорвалась. Пуля прошла через левый висок, оболочка из тонкой меди развернулась «розочкой», и из нее вырвался свинцовый сердечник, ударивший изнутри черепа в правое ухо. Куски мяса и осколки костей в фонтане крови и мозговой жидкости брызнули на лицо молодого албанца.

За три десятых секунды боец оказался залит кровью своего напарника с ног до головы.

Владислав передвинул ствол вправо.

Двадцатилетний косовар со скрежетом выметнул съеденный завтрак, бросил винтовку и выпучил глаза.

«Хеклер-Кох» кашлянул.

Две пули вошли одна над другой — в солнечное сплетение и в основание горла, в ложбинку между ключицами. Албанца впечатало в стену траншеи. Тело на мгновение нелепо стояло под углом, а затем медленно рухнуло навзничь.

Биолог быстро выбрался из укрытия и проверил подсумки убитых.

Гранат не оказалось.

«Плохо. Парочка противопехотных мне бы совсем не помешала… Ладно, будем справляться тем, что есть в наличии. — Рокотов выглянул из траншеи. Остальных косоваров видно не было. — Теперь надобно забраться повыше…»

Владислав нажал на спусковой крючок «стэна», направив его ствол в грудь старшего албанца. Винтовка отозвалась дробной очередью, десятиграммовые пули разворотили тело до позвоночника.

Биолог бросил «стэн» и, пригнувшись, побежал к виднеющемуся в сотне метров двухэтажному строению с башенками по углам крыши.

Российский Президент уперся взглядом в пробивающуюся между плитками дорожки весеннюю травку и склонил свою дынеобразную голову.

В десятке шагов от скамейки застыли охранники. Единственные, кому Глава Государства мог безоговорочно доверять. Служба Охраны после ухода ее бывшего руководителя перестала быть общероссийской финансово-лоббистской структурой, сотрудники вернулись к исполнению своих прямых обязанностей. Правда, начальник охраны после увольнения ушел в политику и принялся писать книжки, в которых сладострастно топтал своего бывшего шефа, но это было уже не важно. Обиженного генерала с лицом, про которое говорят в народе — «за полдня не обгадить», мало кто слушал. Кропает мемуары, старается выглядеть несправедливо обиженным — ну и пусть. Чем бы дитя ни тешилось…

Соратники разбежались.

Одни ушли в бизнес, другие — под крыло столичного мэра, этого приплюснутого кепкой злобного карлика, третьи уехали за границу, четвертые болтаются где-то на обочине власти, пятые пооткрывали институты и фонды собственного имени, шестые тщатся на волне народного недовольства вернуться на белом коне. Никому не дает покоя ни властное кресло, ни протирающее его седалище. Каждый норовит пнуть побольнее, выступить с разоблачением, затмить своим «знанием» предыдущего оратора, обвинить Президента в очередном смертном грехе…

Даже премьер туда же.

«Старая сволочь…» — вяло подумало Первое Лицо.

Попав на должность председателя правительства, этот бывший разведчик, бывший экономист, бывший журналист и бывший дипломат тут же затеял собственную игру. Спелся с красным большинством Думы, набрал себе соответствующих замов и помощников, отгородился от прессы, демонстративно пренебрежительно стал отзываться о Президенте.

Словно уже сам руководит страной.

Презлым заплатил за предобрейшее.

Поздно очухался Президент, ох поздно! Надо было раньше внимательно изучить досье премьера, затребовать независимое исследование, подключить к этому неангажированных специалистов.

Но лучше поздно, чем никогда.

Неделю назад такой документ Главе Государства предоставили. Посмотрел Президент на пять страниц машинописного текста, и чуть ему плохо не стало. Все с ног на голову.

Оказался премьер совсем не таким, как фигурировал в официальном деле. Мелочен, злопамятен. Но если б только это! Хуже всего было то, что все его успехи и достижения оборачивались сплошным надувательством.

За время его пребывания на посту директора Службы Внешней Разведки были расшифрованы сотни российских агентов. Почему, как — ответа нет. Одни победные реляции и доклады об «усилении кадрового состава». Мол, заботился директор о профессиональных кадрах, в обиду их не давал, усиливал ряды грамотными специалистами и прочее. А иностранные агенты «сыпались», как перезрелые груши…

Взялся решать проблему Ирака — и тут не слава Богу! Вместо снятия санкций с Багдада — новые бомбардировки, сотни жертв. Как с Олбрайт ни встретится, так обязательно через неделю американские самолеты наносят удар. Совпадение? С чего бы это?

Добило, конечно, Косово. Президент до последнего дня все же надеялся, что многомудрому премьеру удастся перевести разговор с Западом на мирные рельсы. Можно потребовать от Милошевича уступок, даже введения ограниченного контингента наблюдателей, надавить авторитетом России.

Надавил!

Да так, что после прямого телефонного разговора с Мадлен та помчалась к Биллу с воплями о необходимости бомбить, бомбить и бомбить. Российский премьер вместо конструктивных предложений намекнул, что его страна будет проводить политику невмешательства в дела НАТО. Естественно, штатовцы не смогли удержаться от демонстрации силы.

И все это премьер выдает за успехи своей дипломатии. Снюхался с этой жабой из Госдепа, лобызается на международных саммитах, распевает с ней дуэтом песенки из «Вестсайдской истории». И по-тихому отправляет собственную страну на задворки.

Ничего, указ подписан, завтра премьер вылетит из кресла, как мяч из-под ноги форварда.

Следующий кандидат уже назначен.

Правильный, безынициативный генерал, политрук из пожарников. Правда, говорят, что он не справляется ни с каким порученным ему делом, но сие требует проверки. Можно дать ему месяц-два на раскачку и спросить результат. Провалит заданный урок — пойдет на вольные хлеба, сдюжит — останется премьером до следующих выборов.

Президент наклонил голову в другую сторону.