Чтение онлайн

Зак удивленно посмотрел на нее и пошел вперед.

— Ну, правильно, давайте пойдем по темной, страшной дороге, — сказала Элис, но все же последовала за ним. — Дай мне посмотреть карту.

Поппи передала ей карту и фонарик. Асфальт на аллее был разбит, и ребятам приходилось идти очень осторожно. Они прошли мимо мусорных контейнеров и задних дверей ресторанов.

Вокруг было неестественно тихо, как будто все живое уснуло. Эхо их шагов было самым громким звуком в районе нескольких кварталов. Заку это казалось одновременно зловещим и захватывающим. Будто бы весь мир на какое-то время был в полной их власти.

— Там есть роща. Рядом с водой, но нам придется перейти шоссе. Мы уже недалеко. — Элис указала на карту.

— Там густой лес?

— Не очень. Скорее парк. Небольшой, окруженный забором парк, выходящий к реке. Но это и не детская площадка с качелями. Слишком маленький, чтоб там можно было незаметно развести костер, но там нас, наверно, не будет видно с дороги.

Зак кивнул и позволил ей вести. Он не знал, как разжечь костер. Просто казалось, что это одна из тех вещей, которые делают в лагере, помимо игры на лютне и потягивании сидра.

— Это была такая ужасная идея, — ворчала Элис. — Как тебе удалось убедить меня, что это хорошая идея? Это была ужасная, ужасная, ужасная идея.

Они прошли супермаркет с припаркованным грузовиком на задней площадке, из которого выгружали плоские коробки. Прошли закрытый магазин с выпечкой, в котором все еще горел свет. Магазин источал аромат свежего теста и плавленого сахара. Живот Зака заурчал, он достал из упаковки палочку Твизлерс. По сравнению с восхитительным запахом на вкус конфета напоминала сладкую резину.

Он засунул руку в коробку и достал побольше, чтоб угостить Элис и Поппи по парочке Твизлерс на случай, если они тоже голодны.

— Спасибо Вам, добрый сэр, — сказала Поппи с маленьким поклоном.

— Я не собираюсь тебе подыгрывать, — ответил Зак, яростно откусив кусок конфеты.

Поппи выглядела удрученно, даже глупо, потому что еще минуту назад подколола Зака. Он не знал, из-за чего она расстроилась. Если бы она не ткнула, что он играет, он бы не остановил ее.

— Может быть, вы уже прекратите? — сказала Элис, направляя фонарик на тротуар. С одной стороны рта она держала красную конфету, как будто сигару.

Поппи взглянула на свои ноги.

— Мы раздражены, потому что устали, вот и все.

Зак начал говорить что-то о том, что это ее вина, что они устали, когда понял, что, сказав это, он может на самом деле подтвердить ее мнение о том, что он раздражен.

Шоссе представляло собой длинное полотно дорожных полос с еще более широким виадуком, но в половине пятого утра они увидели всего один грузовик, освещавший дорогу так ярко, что казалось, будто наступил день. Как только он приблизился, Поппи и Элис взялись за руки и побежали к разделительной полосе. Они быстро забрались на бетонный блок, а Зак на своих длинных ногах легко его перепрыгнул. Затем они перебежали дорогу с другой стороны, несмотря на то, что никаких машин не было.

Край леса был редким и спускался под крутым углом. Они перепрыгивали ветки и неровные участки земли. Длинные тягучие побеги кустарников цеплялись за ноги. И после нескольких минут бега Зак почувствовал, что они убежали достаточно далеко. Они все еще могли видеть огни Ист Рочестера с одной стороны и лишь бросить взгляд на мерцающую, покрытую рябью поверхность реки Огайо с другой.

— Ну вот, пришли, — Элис приглушила фонарик рукой. — Думаете, мы, правда, можем тут заночевать?

Ветки деревьев свисали над их головами, с земли исходил запах лежалых листьев, и, несмотря на то, что они были совсем недалеко от шоссе, Зак почувствовал себя далеко-далеко от привычного мира. Как будто они и вправду оказались в какой-то волшебной стране, где в небе парят драконы, а магия является обычным делом.

Поппи присела на корень дерева.

— Ох, как-то тут сыро и холодно, у меня нижняя часть мерзнет. Нам нужен гамак или что-то в этом духе.

Зак опустился на колени. Земля была сырой. Такого типа сырость проникает куда угодно, впитывается в одежду. Он прислонился к дереву и почувствовал, как его накрывает отчаяние. Ему нравилась мысль о возможном приключении, но что он в этом понимал? Он не привык к суровым условиям. Не привык к жукам, грязи и прочим атрибутам солдатской и пиратской жизни. Единственный раз, когда он разбивал нечто похожее на лагерь, это была палатка, которую они с дедушкой ставили на заднем дворе. В ней оказалась куча пауков, и Зак проделал в старой ткани дыру, когда удирал от них.

Он оттолкнулся от дерева, расстегнул рюкзак и достал спальный мешок. С одной стороны он был водонепроницаемым. Зак расправил его на земле, как подстилку для пикника. Втроем они могли разместиться на нем сидя и, может, даже не промокнуть.

— Умно было захватить его с собой, — сказала Элис. — У меня только сменная одежда, зубная паста и печенье, которое мы взяли дома у Поппи.

— Ты не могла зайти домой, — напомнила ей Поппи. Она забралась на мешок и начала копаться в своем рюкзаке. — И я тебя не предупредила заранее.

Последнее предложение прозвучало почти как извинение.

Она достала Королеву из сумки. Глаза у куклы были открыты, но Поппи потрясла ее, и они закрылись. Зак был рад, что Поппи вернула голову куклы на место. Хотя было похоже, что она сделала это впопыхах и прикрутила ее неплотно. С болтающейся головой и закрытыми глазами Королева выглядела такой же уставшей, как и они, хотя это его не утешало. Поппи посадила куклу и расправила ее платье, затем опять занялась рюкзаком. Она вытащила тонкое на вид одеяло, несколько булавок и пластырей, подтаявшую плитку шоколада, упаковку мелких морковок, яблоко с коричневым пятном, свитер, пару носков, тетрадку и фигурку русалки.

— Вот, что у меня с собой. Берите, если хотите.

— Будем по очереди дежурить, как в автобусе, — сказал Зак. Он вытащил банку арахисового масла, крекеры, апельсины и лимонад и положил все, кроме напитка, рядом с остальной едой. Зака мучила жажда, и он открыл банку. Пенящаяся жидкость вырвалась наружу, и ему пришлось быстро отодвинуть банку в сторону, так чтоб она пролилась на траву. Он сделал долгий глоток.

Зак с удовольствием проглотил шипящие пузырьки.

Он думал о том, как они встретились, будучи еще детьми. Поппи ездила взад-вперед на своем велосипеде по двору, когда увидела Зака, сидящего на крылечке и читавшего старую потрепанную книгу «Джеймс и гигантский персик». Она остановилась, чтобы сказать ему, что читала книгу; книга была хороша, но не так, как «Ведьмы», и спросить читал ли он «Упреки»? Она же встретила и Элис, познакомилась с ней на ярмарке, где они были единственными девочками, которые разукрасили свои лица как Бэтгерл, а не как феи, кошки и клоуны. Первое время они втроем гуляли, свисали вниз головой с турников, пока кровь не ударяла в голову, таким образом пытаясь заставить мозг работать лучше настолько, чтоб перемещать предметы силой мысли.

Казалось, это было так давно.

— Дежурить? Но зачем? — сказала Элис, протягивая руку за лимонадом. — Не похоже, что здесь водятся орки-мародеры, или медведи, или волки, или противные, сумасшедшие старые пассажиры автобуса. Мы на крошечной полоске парка.

— Мы будем спать спокойнее, если кто-то будет нести вахту, — Зак покосился на устрашающее лицо куклы. Она как будто уснула, и Заку совсем не хотелось, чтоб она проснулась и начала бродить вокруг, пока они отдыхают. — Ну, я, по крайней мере.