Чтение онлайн

— Майор, к вам посетитель. Артур Уилсон, журналист “Зеркала Ландариума” и мой муж.

Ответ майора Артур не разобрал. Но Мэри дала знак заходить.

В другое время журналист бы назвал коллекцию книг внушительной. Но после двадцатифутовых шкафов в корпусе Музея библиотека Кордстоуна выглядела блекло. Да и сам хозяин занимался здесь не чтением, а сидел в обустроенном под курение углу возле окна.

Слух майора заметно притупился после долгих лет пушечной стрельбы. Знавший об этом Артур начал говорить громко и четко, стараясь артикулировать каждый слог.

— Майор Кордстоун, добрый вечер! Спасибо, что согласились на встречу.

— Мистер Уилсон, садитесь. Желаете сигарету?

— Нет, благодарю. Майор, не хочу впустую тратить ваше время, сразу перейду к делу. У меня появился вопрос, на который может ответить только профессиональный военный с большим опытом и широким кругом знакомств.

Чтобы не перегружать рассказ подробностями, Артур сосредоточился на встрече инженера с предполагаемым инготийцем. И попросил уточнить значение отметины у того на лице.

— Это определенно полковой слуга. Мне рассказывал, что многие офицеры брали себе прислугу из юношей и молодых мужчин из племен. Традиция закончилась лет восемь назад, когда на материк прибыла христианская миссия для обращения дикарей к вере в Христа.

— Миссионеров возмутило такое поведение?
– понимающе кивнул журналист.

— Разумеется. Я уважаю святых отцов. Но они слишком оптимистичны по отношению к людям. И не осознают, что такое военная необходимость. Дикари воспринимают только язык силы. Хоть в Инготии, хоть в Бхарун-Жуа или любой другой колонии.

— Мог ли кто-нибудь из офицеров привезти ординарца-инготийца в Ландариум? При повышении, либо после увольнения из армии?

— Да, вполне. Но вряд ли такое встречалось часто. Вы сказали, что у того незнакомца на щеке было три цифры. Инфантерия. Выходцы из богатых семей идут служить в кавалерию либо на флот.

— Думаете, отставные пехотные офицеры не могут себе позволить жить в Ландариуме?

— В доме с прислугой - определенно нет. Только если это ушедшие на покой бригадные генералы и выше. Но такие люди все на виду, уверенно скажу, что никто их них не держит колониальную прислугу.

— А чтобы отпрыск богатой семьи попал в инфантерию, то прежде он должен заметно провиниться?

Делавший долгую сигаретную затяжку Кордстоун кивнул.

— Либо этот человек был неусерден в военной академии. Либо совершил проступок уже на службе. Во второе я поверю охотнее. Последние десятилетия Инготия - настоящая могила для карьеры. Нет возможности себя проявить. Континент находится слишком далеко, чтобы кто-то пытался его захватить. А местные племена давно подчинились короне.

— Благодарю вас, майор. Вы только что сократили круг поисков в десятки раз.

***

Следующую несколько дней Артур провел в библиотечном корпусе Музея Альбии Матры. Беседа с майором позволила существенно сузить область поиска. С другой стороны, помимо новостей из Инготии пришлось просматривать подшивки светской хроники.

К исходу недели появился определенный результат. Недостаточный, чтобы идти к полисменам. Но уже позволявший сделать следующий шаг. Журналист отправил записку Джеки с просьбой о встрече. В предстоящем деле могла потребоваться как помощь самого фабричного человека, так и его товарищей по социал-демократическому движению.

Накануне Артур зашел в офис “Зеркала”. Не вдаваясь в подробности, рассказал главному редактору о текущем прогрессе. Все ради возможности получить от казначея деньги на дополнительные расходы. Мистер Тернер дал разрешение, но с явным сомнением.

Времени у Артура оставалось немного. Терпение редактора явно заканчивалось. И если в следующие несколько недель не появится результата, то Артура перекинут на новую тему.

С социалистом они встречались в пабе “Перепел и котелок”, который находился неподалеку от дома журналиста. В этот раз первым пришел фабричный человек. Артур еще в дверях заметил рослого Джеки. Махнул рукой и подошел к стойке.

Решил, что уже можно тратить фонды редакции и купил себе и собеседнику по порции картошки с рыбой и горького эля.

— Это лишнее, мистер Уилсон. Я в состоянии прокормиться самостоятельно.

— Не волнуйся, платит “Зеркало”. Тем более, я снова хочу попросить о помощи.

— Тот военный вам что-то рассказал? — Джеки не смог скрыть интереса и подался вперед.

— Разговор с майором Кордстоуном помог. Но ответ я нашел в Музее Альбии Матры. Причем благодаря новости в хорошо знакомой мне газете - “Ежедневной всемирной хронике”.

Артур кратко пересказал разговор с отставным артиллеристом. И сразу же перешел к выводам по итогам последних дней исследования старых номеров.

— Нам нужен человек из богатой семьи, переведенного в пехоту за какой-то проступок. Причем настолько серьезный, что офицера сослали в далекую бесперспективную Инготию. И я нашел такого человека.

— Но их наверняка значительно больше, — осторожно заметил социалист. — В армии служат тысячи богачей. И многие определенно нарушают закон. Люди ведь.

— Согласен. Но я нашел только одного. И решил, что лучше проверить этот случай. Если нет - то продолжу поиски. Не забывай, на кону человеческие жизни.

К их столу подошел официант, поставил перед каждым по тарелке с едой. Вернулся к стойке и вторым заходом принес кружки эля объемом в половину пинты. Артур отодвинул ужин в сторону и продолжил рассказ.

— Я нашел запись о переводе лейтенант-полковника королевских инженерных войск Кристофера Мура в Сто девятнадцатый пехотный полк. С понижением в должности до майора и, разумеется, переездом в Инготию.

— Когда это произошло?

Прежде, чем ответить, Артур сверился с записями.

— Примерно семнадцать лет назад. Ссылка длилась целое десятилетие. Мистер Мур вернулся в Ландариум, был восстановлен в воинском чине, и следующие пять лет служил в штабе королевских войск. Потом ушел в отставку.

— Вы думаете, этот Мур и есть убийца?

— Нет, — Артур пододвинул к себе тарелку и нанизал ломтик жареного картофеля на вилку. — Он умер полгода назад.

Джеки выглядел обманутым. Он покачал головой и неодобрительно спросил: