Чтение онлайн

— Она новенькая, отстала! — бодро доложила Маргина.

— Немедленно вооружить! — кивнула Эстата фрее Рома. — Все на борт, отправляемся!

Фреи, толкаясь, погрузились на флаэсину, и она, чуть дрогнув, поднялась в ночное небо. Звезды молчаливо смотрели в глаза фрей и, отражаясь в них, любовались собой. Внизу блеснула река, и звезды заглянули в неё, но не понравилось и они вернулись в романтические глаза фрей.

А те мечтали о любви, подвигах, и о красивых рыцарях – ну как же без них. Фреи Леметрия и Чери мечтали о Хенке, Перчик, сжимаемый объятиями Розарии, мечтал о свободе, а Хенк думал о Байли, которая в это же время смотрела на те же звезды из окошка домика, нанятого Питером Вейном, и думала о Хенке, которого она навсегда потеряла.

Маргина думала о дочерях, а фрея Эстета, стоящая на носу, всем своим мощным торсом думала о том, как бы взять в плен какого-нибудь марга, и насиловать его целую ночь.

Фрея Рома, стоявшая у руля, смотрела в ограждённый перилами люк в полу, и, в отличие от звёзд, следила за рекой, так как та вела их к цели — вначале в городок Боро, затем в Хари. Фреи, немного помечтав, привалились друг к другу и, посапывая, потихоньку заснули.

Ва-Гор настороженно смотрел на поблёскивающую звёздами воду, на противоположный безмолвный берег, проверяя своим безошибочным чутьём свои же глаза. Чутьё никогда его не подводило, благодаря чему его племя сумело выжить. Рядом шевельнулась Ва-Мава, его женщина, следующая за ним, как горная кошка, преданная ему до конца.

Речушка, перед которой они стояли, плыла влево, и дальше вливалась в большую реку, Лею, как её называли местные жители. Ва-Гор ещё раз глянул на противоположный берег, и взмахнул рукой.

Тут же, справа, мелькнула мохнатая серая шапка Ва-Гима, его первенца, и этот берег оскалился стрелами прикрытия. Ва-Гим ужом ушёл в воду, не издав ни единого всплеска. «Как я!» — гордо подумал Ва-Гор, и впился взором в противоположный берег – там должен появиться Ва-Гим.

Всплеска он не услышал, но по маленькой зяби, ушедшей с противоположного берега, Ва-Гор понял – сын на том берегу. Он не берег сына, как другие. Он его жалел, и, поэтому, всегда бросал вперёд. Только умелый, умный и сильный сможет выжить в этом мире – а другой сын ему не нужен.

Ва-Гор снова взмахнул рукой, и серые тени скользнули в воду, двигаясь быстро и бесшумно. Пора и ему! Вода привычно обожгла тело – ночи холодные, но такой холод ничто по сравнению с холодом вершин.

Из деревни Литу, по азимуту 12 градусов 31 минута 5 секунд вышел чёрный человек в чёрном костюме, чёрной шляпе, черных, блестящих штиблетах. Даже белки глаз у человека оказались чёрного цвета. На вопрос хозяина харчевни, мимо которой он проходил, не хочет ли он закусить, человек молчаливо приподнял чёрную шляпу, и очень правильно, и вежливо сказал:

— Бла-годарю! — и почесал дальше, не обходя кустов, строго по прямой линии. Если бы какой-нибудь случайный человек отправился за ним следом, он очень бы удивился, что даже преграды в виде воды чёрный человек не обходил, а шёл прямо по дну.

Но так как любопытных не имелось, а до ближайшей реки ещё шагать и шагать, то никто насладиться таким зрелищем не мог. Чёрный человек хотел встретить того, кто пробудил его к жизни и которого другие называли его сыном. Кто его знает, может быть, он из-за сына и почернел от горя.

Утро оказалось прохладным. Маргина вскинула глаза и увидела синее небо, а на нём ослепительное солнце, прицепившееся к пику самой высокой горы на горизонте. Чтобы немного согреется, Маргина встала и выполнила упражнение с мечом, который вертелся перед ней, как блестящий диск. Фрея Рома спала, а возле штурвала стояла фрея Эстата, которая одобрительно смотрела на упражнения Маргины.

Маргина перегнулась через борт – внизу плыли поля, а впереди змеилась широкая полоса воды – река Лея. На её излучине лепились к берегу домишки, тянущиеся длинной улицей, а перпендикулярно ей, прямо из центра, торчала вторая улица, которая бежала бы и дальше – да вот только воткнулась в холм.

— Хари! — сообщила Маргина, и Эстата кивнула ей в ответ.

— Буди их, — кивнула она на сопящих девушек, и Маргина принялась их расталкивать, негромко повторяя: «Подъем! Подъем!» Девушки с трудом, как котята, расклеивали глаза, с хрустом потягивались, и щурились на яркое солнце. Фрея Эстата потянула за штурвал, вытягивая из гнезда чёрный кристалл, и флаэсина, как в пропасть, легко пошла вниз. Девушки взвизгнули, и фрея Эстата, довольно улыбнулась.

— Где мы? — спросила Леметрия, оглядываясь по сторонам.

— В Хари, — сообщила Маргина.

— Девочки, так писать хочу, — запрыгала Чери, потом глянула на сидящего рядом Хенка, покраснела, и первой выскочила из приземлившейся флаэсины.

— Всем оправиться! — зычно крикнула Эстата и девчонки, как спелые фрукты из дерева, посыпались за борт. И сразу же остановились. Чери, выпрыгнувшая раньше, стояла тут же, и забыла, куда она бежала. Всю площадь перед зданием совета забили телеги, а люди, в основном женщины, лежали повсюду в неправильных позах, забинтованными кто где: туловища, головы, руки и ноги.

Остро пахло лечебными травами. Все погрузилось в громкие крики, стоны, ругательства и плачь. Эстата отправилась искать руководство, а фрея Рома зычно крикнула:

— Не расходиться! Ходить по надобности парами!

Маргина подошла к Леметрии и Хенку и сказала:

— Всё! Мы опоздали! Я теперь не знаю, как это остановить!

— Мне необходимо встретиться с отцом, — сказал Хенк, — я уверен, что смогу его убедить!

— Послушаем, что скажет Эстата, — сказала Маргина, — а там решим.

Прибежала Чери, виновато глянула на всех:

— Ну, что? — ей, за всех, ответила Леметрия:

— Ждём Эстату!

Злющая Эстата пришла через несколько минут, страшно ругалась и метала взглядом молнии.

— Все на борт! Взлетаем!

Да, спрашивать что-либо у неё вряд ли удастся! Флаэсина под управлением фреи Рома взвилась вверх. Река Лея в этом месте делала большую излучину, и туда, в центр сражения, по указанию фреи Эстаты направляла флаэсину фрея Рома. Вскоре показалось и поле сражения. Маргина глянула вниз, и сердце сжалось и похолодело – внизу кучками, как разноцветный ковёр, лежали тела фрей и маргов. Кое-где одинокие фигуры ковыляли неизвестно куда, натыкались друг на друга и расходились вновь. Девушки-фреи свесились с бортов и, с белыми лицами, испуганно глядели вниз. Фрея Рома едва нашла пустое место, куда и посадила флаэсину. Фрея Эстата первой соскочила на землю и крикнула:

— Живых – на борт, мёртвых – хороним!

— А чем хоронить? — подала голос Чери, на что Эстата обернулась и зло крикнула: — Руками!

Маргина дёрнула Чери: «Молчи!» — и та обиженно надулась. Фреи принялись за работу. По примеру Маргины, вытаскивали мечи и ковыряли неглубокие и длинные могилы, чтобы уложить тела рядами. Пока копали – ещё ничего, а вот когда потащили трупы – нескольких фрей пришлось приводить в себе.

Обезображенные, залитые кровью и измазанные землёй окоченевшие трупы вряд ли кого оставляли равнодушны. Пахло кровью и немного тленом. Маргина собрала вокруг себя самых крепких фрей и Хенка, и доставку трупов взяли на себя. Остальные ковыряли землю. Солнце повернуло на вторую половину, а поле по-прежнему горбилось трупами. Маргина подошла к Эстете: