Чтение онлайн

— Элайни, — сказали обе Элайни. И переглянувшись, засмеялись.

— Вот то-то и оно! — кивнула Маргина.

— Да, блин, — сказала Элайни, гостья Земли, — нам нужно как-то различаться?

— А что тут сложного? Я Элайни, а ты Элайни «два»?

— Почему это я «два»?

— Потому что я первая вернулась.

— Перебьёшься!

— А мы? — спросил последний Сергей.

— Что мы? — удивилась Маргина.

— А нам как себя называть?

— А за вас у меня голова не болит, — отмахнулась Маргина, — мне бы с дочками разобраться.

— А я? — не к месту сказал Хамми: — Я так понял, нас Хаммов тоже два?

— А тебя, кот, я вообще пока не знаю, — сказала Маргина, — тебе проще, я тебя Глюком назову.

— У нас Глюк уже есть, — подала голос какая-то Элайни.

— Будет Туманный Глюк! — хихикнула, не удержавшись, Маргина.

— Почему Туманный? — спросила какая-то другая Элайни.

— Так он у вас гвозди ест, — сказала Маргина, — с головой у него что-то.

— Ничего у него с головой нет, — защитила Хамми Элайни с Земли, и погладила его, — и не гвозди он ест, а эти…транзисторы, у нас таких не делают.

— Одно слово, Туманный он, — констатировала Маргина, — и у вас обоих гвозди в голове. Нормальные дети, не плодятся, как кролики, а от тебя Элайни, можно ожидать чего угодно.

— Это ты кому говоришь? — ехидненько спросила Элайни с Земли.

— А вам всем, Элайням! — сказала, а потом прыснула Маргина.

Хамми, или точнее новоявленный Туманный, считал одну Элайни, потом другую и убеждённо сказал:

— Да они похожи, как две капельки росы.

Элайни засмеялись и, вдруг замерли, уставившись на свои руки.

— У тебя тоже? – одновременно спросили они друг у друга и увидели, что у них обоих пропал перстень с голубовато-зелёным амазонитом.

Флаэсина, упав на Перчика с неба, спружинила на сене, и мягко приземлилась на землю. Все четыре колеса арбы отлетели в сторону, лошади, с передком и возницей на ней, ускакали подальше от греха, и только Перчик одиноко лежал на земле.

— Ты дур-р-р-а набитая, зачем дёргала за рычаг? — кричала Чери на Леметрию. Та, ещё не отойдя от шока, не осталась в долгу:

— Сама дура, кто так управляет? Ищи вот теперь кристалл! — и они, переругиваясь, опустились на карачки и принялись искать на дне флаэсины свалившийся кристалл. Марг Фогги, о котором в пылу ссоры девчонки забыли, выбрался на землю из наклонившейся флаэсины, и облегчённо вздохнул – такой полет он не скоро забудет. Он ещё раз вздохнул и оглянулся – хорошо! Больше он в эту флаэсину не сядет ни за что. Что это там валяется? Он подошёл и увидел на земле Перчика.

— Перчик? — удивлённо спросил Фогги. Перчика он знал по Академии. Несмотря на то, что в друзьях они не ходили, Перчик свой человек – марг. Он похлопал его по щеке и позвал: — Перчик?

Тот не реагировал. Фогги подошёл к борту флаэсины, пытаясь привлечь спорящих фрей:

— Чери, Леметрия!

— Чего тебе? — обернулись фреи, ну, перебил прямо на самом интересном месте!

— Здесь Перчик!

— Какой перчик, — озабоченно спросила Леметрия, — ты не ударился, случайно?

— Здесь марг, Перчик! — уточнил Фогги.

— А что здесь марг делает, шпионит? — уставилась на него Чери.

— Нет, по-моему, он не дышит, — вежливо уточнил Фогги.

— Не дышит? — обрадовалась Леметрия. — Сейчас сделаем искусственное дыхание.

— Я умею, — сказала Чери.

— Отвянь, — сказала Леметрия, перелезая через борт, — ты вон, флаэсиной уже поуправляла.

Она наклонилась к Перчику и всплеснула руками, узнав его, а потом принялась усердно делать искусственное дыхание. Как-то очень добросовестно, потому что Чери сказала: — Боюсь, ты его совсем задушишь!

— Не возникай, — отозвалась Леметрия, вытирая губы, и снова впиваясь в губы Перчика. Тот как-то ожил и даже обнял Леметрию.

— Что они делают? — возмутилась Чери до глубины души. Перчик, не открывая глаз, сказал: — Розария…

— Маму, наверное, вспоминает, — умиляясь, сказала Леметрия, и продолжила медицинские процедуры, терзая губы больного.

— Леметрия, хватит! — крикнула Чери, а потом радостно обернулась к Фогги:

— Нет, ну ты видел, что она делает?

Наконец Перчик раскрыл глаза и уставился на Леметрию: — Леметрия?

— Узнал, — сказала Леметрия, лёжа на Перчике, и продолжила спасательные операции, отчего больной тяжело задышал, но подниматься не стал, так как Леметрия ему совсем не мешала.

— Вставайте! Вы долго будете валяться? — прикрикнула на них Чери.

— Что-то у меня в спине торчит, — сказал Перчик.

— Ну-ка, давай, посмотрю, — сказала Леметрия и перевернула Перчика.

— О кристалл нашёлся! — сказала она, показывая черный кристалл от флаэсины. Перчик поднялся и увидел марга Фогги.

— Фогги! А ты как здесь? — удивился он.

— Я послом, от Хенка… Главного Марга то есть… к фрее Маргине, — мялся Фогги.

— К Маргине? Так Хенк жив? — обрадовался Перчик.

— А ты что? Знаешь Хенка? — спросила Чери.

— Он мой лучший друг, — сказал Перчик.

— Хенк сейчас Главный Марг, — сказал Фогги.

— Что мальчики – полетели? — спросила Чери.

— Нет! Я больше не полечу! — замахал руками Фогги.

— Ты что, трусишь? — покосилась на него Чери.

— Ничего подобного! Дальше мне предписано добираться без вас!

— Ничего мы такого не слышали, — наехала Чери и повернулась к Леметрия, — скажи Лемка?

— Да, я такого не слышала, — поддержала подруга.

— Без нас ты дальше не поедешь, — подвела итог Чери, — иначе мы тебя арестуем, как вражеского шпиона.

— Перчик, а ты это… — начал Фогги, — …ты тоже с нами?

— Конечно он с нами, — решила за него Леметрия, — он мне поможет рулить, да Перчик?

Перчик дипломатично промолчал, так как в уме решал задачку о любовном треугольнике, и поэтому Фогги, как где-то военный человек и посол державы, принял героическое решение сам: — Хорошо летим.

Шергу удалось ускользнуть от ваду, когда в их лагерь нагрянули Элайни, Сергей и Хамми. Всё-таки скоты эти ваду. Их вожак, этот Ва-Гор, гордый индюк, повёлся на Маргину и испортил ему – Шергу, так тонко задуманную месть. Мало того, он держал Шерга, как раба. И Шерг, со всех ног, кинулся в Тизер, где его ещё помнили, как советника и Маргины, и Иссидии.