Котик для сильной и независимой
Шрифт:
— Чушь какая-то, — пробормотал Морган, наощупь выискивая опору за спиной. Наконец облокотился о столярный стол. — В каком смысле паразит? Как блохи?
— Блохи, скажешь, катар! — гыгыкнул Ванно. — Я ещё думаю, почему это девчонка в восторге от твоего юмора. А оно — вон оно чё. Всегда буквальные примеры выдумываешь?
— Давай к блохам! — перебил Морган, борясь с подступившим откуда-то смущением.
— Девчонка слышит своего паразита громче всех когда-либо живущих держателей Силы. Именно поэтому и спонсирует исследования, предоставляя тело под эксперименты. Но иногда с ней происходит странное. Такое вот, как сегодня ночью. Ванно думает, она просто устает. Перегревается. Не в прямом смысле. И если усталость накапливается, то девчонка пытается с этим покончить. Однажды, мы гонялись за ней по трем дальним секторам. Это было ужасно. Ванно думал, сойдет с ума!
— Значит, она просто устала? — Морган в задумчивости потер мочку уха. — Не мудрено, когда тебя окружают одни зануды, а ответственность на тебе гигантская. Бедняжечка. Я могу что-то сделать для неё?
— Отдай ей стартеры. Конечно, если тебе жаль только её. Девчонка мечтает об эвтаназии.
— Так поэтому её не убивают? — догадался Морган. — Я всё думал, что за интриги, что за страх. Канцлеры боятся её убить!
— Да, они хотят, чтобы девчонка служила их целям. Свергла Императора, взошла на престол, правила, как выгодно СШГ. Но власть — последнее, что её интересует. Хотя из девчонки вышел бы отличный самодержец.
— Ванно, скажи честно, — Морган открыто посмотрел на вакуйя, в надежде призвать его быть искренним. — Ты врал мне про Судьбу, да? Ты с ней таскаешься только из-за страха перед крахом Вселенной?
— Катар, Ванно не может тебе точно сказать, из-за чего с ней таскается. Она — моя судьба! Точка! — рыкнул вакуй, но вдруг усмехнулся и вздохнул. — Всё слишком запуталось. Вначале это была просто Клятва, потом я узнал, кто она на самом деле, от Лорда Банник, которая и попросила меня охранять. А теперь… — Ванно отвернулся. — Не знаю… Она дитя, чистая помыслами, несущая свет. Ванно иногда думает, что Тёмная Материя могла бы принести в этот сумасшедший мир хоть какой-то покой. Не от радости вакуйи занимаются убийствами, взращивает молодежь в традициях Палачей. На Вакхийю давят налогами. Мы бы с удовольствием разделили участь третьих миров, изолировались, но увы, планета в центре важнейшего торгового сектора, никто нас не оставит в покое. Как будущий правитель, я ищу пути выхода из этого положения. Девчонка умная, она что-нибудь придумает. К тому же у неё много чему можно поучиться. Например, состраданию.
— Ладно, теперь хоть немного понятно про судьбу. Непонятно только…
— Секретничаете, мальчики? — прервала их Мурси, зашедшая в отсек. Она уже была одета в изоляционный черный костюм и готова к вылету. — Он отдал тебе стартеры?
***
Очень скоро капитан и Ванно вернулись. Ребята не успели даже позаниматься, как следует, хотя Морган, манипулируя их тщеславием, заставил на спор показывать лучшие результаты в беге. Мурси не обратила ни на кого внимания и сразу уселась за штурвал, выводя отряд в очередную запланированную зону. Пока корабль следовал из точки приема к назначенной цели, капитан не показывалась на глаза, а если и удавалось Моргану с ней пересечься в столовой или же в общей комнате, говорила и смотрела на него холодно.
Но это не было то равнодушие, каким Мурси когда-то его травила. Обычный официальный тон, как будто она обращалась к совершенно незнакомому случайному попутчику. Таким же тоном она общалась и с остальными. Джеймисон заметно сник, а Боббьер, внезапно вспомнив свои страхи, теребил кончики лекк. И только Клара не заметила ничего.
Ночью Морган опять почти не сомкнул глаз. Он всё прислушивался, стараясь уловить в тишине шлёпанье босых ног по палубе. Вдруг Мурси захочет переброситься с ним парой словечек, а, может, пойдет в транспортный отсек и он перехватит её. Но на корабле висело убивающее всякую надежду безмолвие.
На следующий день, когда корабль, наконец, приземлился на законспирированной планете, Мурси вновь предстала перед Морганом в скромном одеянии братьев во грехе. Сверху она набросила на себя грубый стандартный плащ проводников с большим капюшоном.
— Морган, вы мне нужны, — холодно произнесла капитан. — Вы должны выглядеть представительно. Обрядитесь в новый защитный костюм. Он сильно пострадал на последней операции?
— Нет, сэр, — Морган постарался ответить максимально учтиво. Мурси прекрасно видела его снаряжение после той вылазки, поэтому было совсем непонятно, к чему подобный официоз.
— Хорошо, капрал. Жду вас через полчаса в транспортном отделе.
Морган отдал честь и ушёл к себе готовиться к выходу. Сказанное капитаном — и тон, и содержание, казалось более чем странным. Да и вообще, обычно, пребывая в плохом расположении духа, Мурси сама старалась избавиться от него, а теперь зовёт с собой. И это на фоне того, что происходит между всеми на корабле. Морган занервничал. Это всё не к добру, Ванно может оказаться и правым. Почему Мурси не посвятила в свои планы? Хотя бы намекнула! И первым, что произнес катар, спустившись в транспортный отсек, была уже успевшая заесть в мозгах и изрядно взвинтить тревогу фраза:
— Что вы задумали? — слова вырвались немного грубее, чем того хотелось Моргану. — Мы же должны знать, каков наш следующий шаг!
— Капрал, — Мурси отвлеклась от установки сиденья в нужную ей позицию. — Мне казалось, мы обсудили, что наш следующий шаг будет поездка на Сибел. Вы теперь всё время будете меня встречать вопросом, что я задумала?
— Мы на Сибел?
— Нет, вначале нужно достать разрешение. А его дают только в храмах. Мы идем с вами на экскурсию в моё детство. А будете паинькой, я вам, может, че интересненького поведаю и расскажу всякую скабрёзную всячинку из истории этого замечательного места, — но тут же резко прервала свой энтузиазм и стала опять равнодушной. — Не расскажу, передумала.
— Как бы вы меня не наказывали за стартеры, я не меняю своего решения. Вернись всё обратно, я не отдал бы вам их.
— Я вас не наказываю. Я расставляю на место то, что разбросала до этого. Только и всего, — Мурси устроилась, наконец, на месте водителя. — Я никогда не машу кулаками после драки, а ищу способ избежать такой драки в дальнейшем. Не всегда успешно, но как вы сами мне сказали, я не всесильна и тоже ошибаюсь.
— Я такого вам не говорил, — покачал головой Морган, усаживаясь позади. Какая-то догадка начала вертеться у него на задворках сознания, но поймать её, чтобы рассмотреть поближе, катару никак не удавалось. Словно постоянно срывающаяся с крючка рыба, оставляющая руки пустыми.
— Значит, это сказала Ленка. Или Френсис. Неважно уже.
Наконец, к ним присоединился Ванно, и втроём они вылетели из корабля. Скайтрей понесся к горной цепи. Монастырь, храм, жилые покои молодых проводников — всё это находилось глубоко между высокими горами. Деревянные, на вид непрочные, постройки были как будто приклеены к склонам и держались лишь неведомой силой. А между ними раскачивались от ветров перекинутые подвесные мосты.
Некоторые бараки покоились на толстых балках, опорой которым служил карниз или уступ, но самые важные, по всей видимости, административные помещения представали взору в искусственных, вырубленных прямо в скале, пещерах. Сколько детей убивается каждый год при таких условиях проживания, а сколько умышленных злоключений можно списать на подобные несчастные случаи, Морган даже представить себе не мог.
Выходя из скайтрея, Мурси накинула на голову капюшон. Теперь вся она скрылась от посторонних глаз под куском коричневой ткани и походила на типичного монаха, идущего на поклонение святыням в монастырь.
Морган с любопытством разглядывал пейзаж. Холодный воздух проникал под одежду и дарил приятную прохладу. Сочная зелень настоящих деревьев всколыхнула давние воспоминания о детстве. Катар дышал полной грудью, и даже мрак настроения разгонялся такой атмосферой. Так они и проследовали в храм, в восторженной тишине, на встречу с настоятелем.