Коварные умы
Шрифт:
– Нет. – В трубке раздался пронзительный вопль, и я оторвал её от уха. – Всё что я помню, это Ника и Эштона выперли в одно и то же время.
– Эштона Уильямса?
– Ага. Тот запасной защитник, который так сильно хотел быть тобой, что мы даже думали, что он к тебе клеится.
– Ага. – Я обошёл парковку библиотеки и заметил пикап Зловещей. – Что произошло с тем парнем?
Ченс издал низкий стон, и у меня скрутило живот. Неужели он не мог подождать по крайней мере, пока я положу трубку?
– Он лузер. Постоянно пьёт в районе «Смитти». В прошлые выходные Бэннер и Эккольс видели, как он пил один шот за другим, болтая о старых добрых деньках... О боже мой... мне нужно идти... – Разговор оборвался, и как раз вовремя.
Я собирался доставить имениннице ранний подарок.
Глава 13
– Элисон... Земля вызывает Элисон. Ты в порядке?
Элисон замерла на кровати, руки по швам, а приоткрытый рот демонстрировал её идеальные зубы без кариеса. Через несколько секунд она начала медленно покачивать головой, драматично закрывая и снова открывая глаза. Я почти могла видеть в них своё страшное отражение, когда они стекленели.
– Элисон. Приди в себя. – Я хлопнула перед её лицом, и она резко дернула голову.
– Извини. Я думала, мне снится кошмар, а потом поняла. Это реальность. Ты настоящая. То, что ты собираешься надеть в клуб на свой двадцать первый день рождения, где все будут на тебя смотреть, настоящее. Это происходит на самом деле, да? – Она указала на меня костлявым пальцем. – Ты так покажешься на людях.
Я кивнула, обернувшись, чтобы посмотреть на себя в зеркало.
Я собиралась отпраздновать своё двадцатиоднолетние, одетая в костюм Железного человека.
Когда я только вынула его из коробки, то подумала, что меня разыграли, но потом прочитала смертельную угрозу. Не настоящую угрозу смерти, а смертельную угрозу для моего будущего и мечты.
Это случилось вот так. Был отличный вечер четверга после моего регулярного выпуска Сандэй Лэйн, я всё ещё пукала радугой и бабочками после того, как получила то многообещающее письмо на прошлой неделе. Наверху моей машины лежала розовая коробка, и я подумала: «Как мило. Должно быть, Джек отблагодарил в ответ за те донаты с кленовым сиропом, что я принесла ему пару недель назад».
Вместо шоколадного угощения (я предпочитаю мармеладных мишек), я обнаружила следующее письмо:
«Сидни Портер (прозвище Сандэй Лэйн),
Я знаю, кто ты, где живёшь и настоящие имена людей, над которыми ты подшучиваешь по радио. У меня есть подробные записи, и я разоблачу тебя перед всем кампусом, если предпочтёшь игнорировать мои требования. Это лишь одно из многих.
Носи этот костюм весь вечер Хэллоуина. Без вариантов. Также носи маску и репульсорные лучи. Я буду наблюдать за тобой. Ищи человека в маске черепа, сидящего впереди. Не разговаривай со мной, или я разглашу первый подкаст, относящийся к соседке – «неглубокой луже», Элисон Мейерс.
Кроме того, тебе нужно будет включить следующую фразу в свой сет: «Этот диджей Членосос». Не пытайся разбить эту фразу. Она должна прозвучать целиком.»
В общем, после того, как сотню раз пнула бок своего пикапа и выдала ряд сочных ругательств на пустой парковке библиотеки, вот она я. Тони грёбаный Старк.
Просто чтобы у вас нарисовалась полная картина, это был большой детский костюм со встроенными мягкими мускулами, сияющим тёмным треугольником в центре, пластмассовыми репульсорными лучами, которые издавали пронзительные звуки, и твёрдой пластмассовой откидной маской как, например, у сварщика.
Сегодня я была в том возрасте, когда можно было официально пить, но выглядела ни днём не старше семи.
– Почему ты решила одеться, как Железный человек? Я даже не знала, что ты фанат. – Элисон села и разгладила рукой свой костюм сексуальной пчёлки.
– О, ты знаешь. Я всегда питала слабость к Роберту Дауни младшему, а этот костюм как раз оказался нужного размера. – Я уже вспотела под объёмным наполнителем.
Мне нужно было выиграть время, чтобы вычислить, кто был моим тайным ассасином. Когда я вспомнила все свои подкасты, список врагов оказался длинным.
Элисон стояла перед зеркалом рядом со мной. На ней были чёрные шпильки, которые удлиняли её и без того длинные ноги, и у неё было глубокое декольте. Она выглядела хорошо. Не обязательно то, что выбрала бы я, но напомню, я же не «неглубокая лужа».
Подкаст про «неглубокую лужу» был старым. Это было, когда мы только начали жить вместе. Оказаться единственной второкурсницей во всей женской общаге первокурсниц было странным опытом. Я никого не знала, поэтому не хотела рисковать, решив поселиться вне кампуса с какими-то случайными соседями по комнате. Я думала, что в течение первого семестра получу опыт жизни в кампусе, заведу друзей, и, может быть, в течение второго по-другому решу вопрос с жильём.
Элисон вихрем влетела в комнату и тут же начала вешать высохшие вечерние платья со своих прошлых выпускных. Когда я спросила её, почему их было так много, ведь за всю старшую школу бывает только четыре потенциальных выпускных. Она сказала: «Ой, в моём родном городе три старших школы, и меня приглашали на все выпускные каждый год».
Потом она начала смотреть с осуждением. Наблюдая за тем, как я одевалась в те вещи, которые она не одобряла. Спрашивая, где моя тушь и тональный крем. Запиналась и бормотала о шести миллионах способов, как мои волосы могли бы выглядеть лучше.
Но теперь она стала моей подругой. Я поняла: в то, что она прожила жизнь в окружении ограниченных идиотов, нет её вины. Она начала открываться мне в том, что на самом деле чувствовала по поводу жизни в целом, и теперь носила меньше макияжа и чуть более мешковатую одежду. Мне нравилось думать, что это было моё влияние.
Тихий стук прервал цепь моих мыслей. Перевернув вниз маску, я открыла дверь. Как будто бы сильное землетрясение обрушилось на здание, Джек упал на колени и скрючился в позе эмбриона. Он смеялся так сильно, что даже не мог говорить. Держался за живот, а его лицо покраснело. Он указал на меня со слезами на глазах.
– Что. За. Хрень? – Я ударила его в бок и вышла за дверь.
В соответствии с указаниями, моя маска была закрыта, когда мы вошли в клуб. Ник, одетый, как горячий бармен, выглянул из-за стойки. Я думала, он выгонит меня, крича: «Кто впустил сюда грёбаного ребёнка?» Но он просто смотрел, как я прошла мимо и поднялась на сцену.
В этом костюме было трудно дышать. Я была ближе к Дарту Вейдеру, чем к Железному человеку. Скрежещущие звуки раздались из дешёвой пластмассы, поэтому пользоваться микрофоном будет сложно. Люди начали массово заходить внутрь, а в углу Рик прислонился к дверному проёму своего кабинета, качая головой, пока Джек помогал мне устанавливать оборудование.