Чтение онлайн

— Я знаю, ладно? Оно передавалось по семейной линии. Это условие доступа к моему трастовому фонду. Но все зовут меня средним именем, Пейсли, — сказала я, заметив девушку, на которой были пижамные штаны пейсли26. Моя больная тема, пижама на людях. Имейте хоть немного самоуважения.

— Откуда знаешь Джека? — спросила Тереза, вот тогда-то я и поняла, что если кто-то и захочет «заняться» непригодным для социума Джеком Портером, то это будет Тереза Дентон. Девчонка набрала ноль по шкале самоуважения, но, я была готова поспорить, десятку по печально известной шкале кисок.

— О, мы встречались в старшей школе. — Я издала долгий грустный вздох. — Я просто скучаю по нему. На днях была с тем квотербеком из вашей команды, и это было таким разочарованием. То есть, да брось? Парень считает, что он король мира, а сам может продержаться не дольше, чем горит спичка. Вот она горела, а потом раз и уже потухла, понимаете?

Тиффани и Тина покачали головами, но Тереза кивнула, соглашаясь с моим заявлением.

Я проглотила желчь, которая поднималась по горлу. Следующие слова прожгут дырку в моей гортани, но было видно, что Тереза клюнула.

— Джек всегда был таким нежным. Мог продержаться часами. Это говорит о том, что он самоотверженный полковник. — У меня во рту пересохло.

— Полковник? — Спросила Тиффани. — Это что ещё значит?

Что такое полковник? Как этих людей вообще приняли в колледж?

Мой предательский мозг путал слова. Мозг, я знаю, что это неправильно, но сделай это ради Джека. Сделай это ради Джека.

— О Боже. Я имела в виду любовник, — с трудом выдавила я, пока часть моей души умирала. — Думаю, сказала полковник, потому что Джек такой твёрдый и толстый, что может прямо повелевать тобой своим агрегатом. — В тот момент я с намёком кружила раскрытой рукой у своих нижних областей. — Ну, вы понимаете. Как полковник.

— Правда? — Вступила в разговор Тина, обдумывая мои слова и одновременно облизывая край вилки. — Никогда бы не подумала. То есть он не так часто с нами разговаривал, просто, вроде как, проходил в противоположную сторону любой комнаты, где бы мы не находились.

— Думаю, боялся, что его репутация раскроется, — сказала я, взяв ещё одну вилку и начав мять торт вместе с ними. — Ведь как только это всплыло в старшей школе, начался настоящий ад, но мне всегда было грустно, что я не в его вкусе, не то чтобы...

— А какие девушки ему нравятся? — вмешалась Тереза, потянув меня за руку через стол. У неё пена шла изо рта.

— Ему нравятся блондинки с небольшой россыпью веснушек, с сильным изгибом бровей, у которых нижняя губа больше верхней, зеленоглазые с золотой каёмкой вокруг зрачка и курносые, — быстро сказала я, называя все черты её лица.

— Тереза, так это же ты! — завизжала Тина рядом с ней. — О Боже!

В общем, после этого я сказала им, что найду его завтра и признаюсь в вечной любви, вот тогда они и обрушили на меня информацию про конуру. Сегодня вечеринка в конуре... только по приглашениям... Джек будет там... Тереза будет там...

Глава 24

— Я богат, — объявил Фернандо, когда я вошёл в гостиную.

На Ченсе была его геймерская гарнитура, он быстро нажимал на кнопки джойстика Иксбокса. Мы оба обернулись к Фернандо. Он лежал на диване в боксёрах, обмахивая себя шестью хрустящими стодолларовыми купюрами, как арабский принц.

— О чём ты? — выплюнул Ченс, и устремил взгляд обратно на экран, где Скотт Джонсон водил десантника с автоматом Калашникова вокруг грузового контейнера.

— Ну, я вышел забрать почту и это, — Фернандо поднял белый конверт с подписью «Микрочлен» спереди, — было приклеено внутри коробки.

Я выхватил конверт из его рук и вырвал записку изнутри.

Не знала, что твои родители бедны. Я не краду у работяг, только у бестолковых качков. Целую, обнимаю ~ Стерва.

Я не знал, что с этим делать. Сначала Сидни непреднамеренно освободила меня из когтей тренера Сэмюельса, а теперь раскаивается, что обманула меня. Неужели у DJ Зловещей и правда было сердце где-то очень глубоко, в этой холодной чёрной брюшной полости? Я должен был сожалеть о своей смертельной угрозе, тогда в автобусе. Каждый слышал меня, и я знал, что Джек настучал на меня Сидни, но какое мне до этого дело?

Ну, чёрт. Глубоко внутри я знал какое. Тренер был прав. Я был слегка одержим Сидни. Мне нравилось её подкалывать, потому что так ей приходилось обращать на меня внимание. Каждый раз, когда я видел её самодовольный ротик, мне хотелось поцеловать его. Каждый раз, когда она говорила что-то грубое или раздражающее, мне хотелось прикасаться к ней до тех пор, пока она не заткнётся. Каждый раз, когда видел её, ощущал огненную ярость и невероятное желание.

Ладно, хватит уже о войне, которая велась в моей голове. Простите, что гружу вас этим, но вам ведь видно, откуда растут ноги, верно? У каждого в жизни есть человек, которого хочется придушить в одну минуту и зацеловать в другую.

— Это мне, дебил. — Я протянул руку.

Фернандо отдёрнул руку назад, защищая наличку.

— Твои родители не бедные. А мои бедные, — ответил он, позарившись на деньги у его груди.

— То есть ты признаешь, что ты Микрочлен? — Я постучал ногой по ножке дивана и похлопал по своей открытой ладони. — Давай сюда.

Его огромный рот скривился, но он отдал наличные. Только я потянулся за ними, как он отдёрнул руку назад и улыбнулся.

— Стерва — это кто?

— Отдай, толстячок, — зарычал я. Я не собирался признаваться в том, что Сидни Портер обставила меня на шестьсот долларов. — Не твоё дело.

— Сидни Портер, — заговорил Ченс, отодвинувшись в сторону, прежде чем я успел дать ему затрещину. — Я знал, что это она. Ты одержим, Питерс. И я знаю, кто она... понял это в ту ночь, когда DJ Кретин там разоблачал себя на весь интернет. Она та девчонка с первого курса.

Фернандо сел и издал нелепый вой от смеха.

— Сидни Нахью? О Боже. Родители Джека удочерили её? Святые небеса.

Я выхватил деньги у него из рук и покачал головой.

— Ты о чем? её не удочеряли.

— Нет, удочерили. Я помню ту вечеринку на первом курсе. — Голос Фернандо был уверенным, и он поднял взгляд на ребристый потолок, выуживая воспоминание из недр памяти. — Вы, парни, отправили меня на этаж для гостей, чтобы раздобыть информацию о тех девчонках, которые оставались на ночь.

Он замолчал, и я мог видеть, как крутились шестерёнки в его крошечном мозгу.

— Я заставил их назвать свои имена, чтобы мы добавили их к нашему выдуманному списку гостей: Бритни Сондерз, Меган Личнер и Сидни Нахью. Они произносили мне имена по буквам и все такое, и я четко помню, что Сидни сказала: «Моя фамилия Нахью».