Чтение онлайн

Она подняла крошечные ручки к моей груди и провела по моим мускулам, ощущая каждый выступ, её ладони были, словно языки пламени, скользящие вниз по моей ледяной коже, и я жаждал этих прикосновений повсюду. Когда она опустилась к моему полотенцу, то удивила меня, проведя рукой по моей промежности.

— Сидн...

Она слегка сжала меня, и все слова, которые я собирался сказать, смешались в голове.

Я застонал и опустил голову к её плечу, слегка целуя её шею.

— Что ты делаешь?

Спрятавшимся в тени коридора, нам с Сидни оставались считанные секунды до непристойного обнажения. Проведя губами по её подбородку, я почувствовал, как её пульс ускорился, и она задрожала. От чего я задрожал вместе с ней.

— Я не знаю, что делаю, Питерс, — прошептала она, прижимаясь бёдрами к стене. Пока её руки ласкали мою кожу вдоль талии, я склонился и поцеловал мочку её уха.

Вскоре мы оба тяжело дышали, находясь в шаге от того, чтобы быть обнаруженными у раздевалки, но я бы взял Сидни везде, где бы только смог. Даже если бы это произошло во время первого тайма на футбольном поле, когда тысячи поклонников кричали бы мне, чтобы я «забил гол». Эта мысль заставила меня рассмеяться, и, хоть Сидни и не знала причину, она улыбнулась в ответ у моего подбородка.

Ченс и Фернандо вылетели из двери и разинули рты, когда увидели, как интимно я прижимаюсь к Сидни. Боковым зрением она заметила их и улыбнулась. Я ожидал, что она сорвётся и убежит, но ей было плевать, и от этого я возбудился ещё сильней.

— Убирайтесь отсюда, — рявкнул я, и они, крича и насвистывая, поспешили уйти дальше по коридору.

Я ощутил, как порыв холодного ветра достиг моей задницы и, опустив взгляд, обнаружил полотенце на полу. Сидни провернула это, пока я кричал, но, вместо того, чтобы прикрыться, я сделал шаг назад, предоставив ей обзор.

— Чёрт, — пробормотала она, скользя рукой по моему бедру. — Ладно, забери меня у общаги через час.

Когда она наклонилась, чтобы поднять с пола полотенце, её лицо оказалось рядом с моей промежностью. Мягкие, выбившиеся из пучка волоски, касались моей кожи, и я закатил глаза, сдерживая стон.

— Иисус, Сидни. Тебе не кажется, что мы уже на том этапе, когда можно пропустить ужин?

Она покачала головой, задевая мой ствол завитками волос, прежде чем встать. Затем перекинула полотенце через плечо и ленивой походкой направилась вперёд по коридору.

— Я вытяну из тебя все до последнего цента, богатенький мальчик, — крикнула она, проходя сквозь двери стадиона.

Я всё ещё тяжело дышал, острая потребность в Сидни кипела в моих венах. Прислонившись к стене, где она только что стояла, я прижался к холодному цементу.

Мне нужно было взять себя в руки, прежде чем войти в раздевалку. Я хотел её так долго, и мне в буквальном смысле не хватило нескольких сантиметров. Я не был уверен, сколько ещё её поддразниваний смогу вынести.

В конце коридора распахнулась дверь, и я заметил силуэт тренера.

— Что, чёрт возьми, ты делаешь, Питерс? Всё так плохо, что ты теперь пристаешь к стенам? Я видел, как та девушка уходила. Лучше сосредоточься на игре в субботу.

— Да, сэр, — выпрямившись, крикнул я. Прикрывая своё хозяйство, я побежал обратно в раздевалку и обрадовался тишине. Я был единственным, кто остался, поэтому принял ещё один душ и, думая о заднице Сидни и её пухлых мягких губах, помог себе достичь освобождения. Губах, которые мне удастся отведать сегодня вечером, даже если это будет всё, что мы сделаем. Я бы занялся этими губами. Они преследовали меня годами, и я никогда не мог найти им равных.

Глава 31

О чём, чёрт побери, я думала?

Я не думала. Моё тело реагировало.

В ту же секунду, как увидела Питерса в полотенце, я сразу же возбудилась. Нестерпимое желание нарастало у меня между ног. К Грею Питерсу. Мой мозг кричал не доверять ему, но каждый нерв звенел, когда я прикасалась к невероятным мышцам его груди.

И с чего бы мне не доверять ему? На самом деле, именно ему не следовало доверять мне.

Это ведь я сплетничала в эфире. Смешала его образ с грязью. И основываясь на чём? На чём-то, что услышала, не до конца проснувшись, сквозь закрытую дверь общаги два года назад?

Трусиха. Тогда я струсила. Не смогла перебороть унижение. Я должна была открыть ту дверь и накричать на него. По крайней мере, тогда точно знала бы, что это был он. Вот что сделала бы сегодняшняя Сидни. Нет, она бы пошла ещё дальше.

По дороге в свою комнату, я получила экстренное сообщение от Джека. Он хотел встретиться в общаге атлетов. Либо Джеку нужна была помощь, либо он узнал о Сандэй Лэйн. Я всегда считала, что Джек способен на убийство. Мы же, как-никак, родственники, и новость о Кареглазом девственнике могла довести его до предела.

— Я не могу до неё достучаться, Сид.

Я уселась на кровати Джека. Комната пугающе напоминала комнату Питерса на первом курсе. Тот же громоздкий двойной матрац. То же восьмиугольное окно эпохи семидесятых. Те же красавчики атлеты, расхаживающие по коридору практически без одежды (я не очень-то возражала).

— Она больше не разговаривает со мной, но оставляет мне записки. Ну, понимаешь, подсовывает их под дверь. — Джек перестал расхаживать туда-сюда и указал на щель между дверью и полом. — Раньше на этой неделе я сидел на кровати, когда появился розовый конверт. Когда я резко распахнул дверь, увидел высокую блондинку, одетую во все чёрное, которая уходила по коридору. Она нырнула в закусочную, а, когда я прибежал туда, открыла окно и спустилась по пожарной лестнице, как воровка-форточница.

Я легла на кровать Джека, уставилась в потолок и расхохоталась. Мысль о быстроногой, одетой в чёрное Элисон взорвала мне мозг.

— Это не смешно, Сид.

— Как ты понял, что это была Элисон? Больше похоже на кого-то из румынской команды по гимнастике.

— В письме говорилось: «Мне жаль, Джек. Скучаю по твоему милому личику. С любовью, твоя помешанная на салатной заправке Норвежская принцесса». А внутри лежало печенье «Шоколадный поцелуй».

Ах, эти дурачки, но они были влюбленными дурачками. Кстати говоря, о «крайностях» (та стадия, на которой мы находились с Питерсом), я выхватила свой телефон и написала ему встретиться со мной в комнате Джека.