Чтение онлайн

— Он абсолютно здоров. — Объяснил Золтар. — Но в данной ситуации, ему лучше находиться в таком состоянии. Ближе к Лиакасу он очнется. Не бери в голову.

— Ладно, забирайтесь на борт. Там вас ждет теплая каюта, вкусный ужин и ваш друг Ларвилас.

— Да увеличится твое состояние в тысячу раз, Великий капитан. — Громогласно произнес Азакар и первым ступил на трап корабля.

Путь в Лиакас лежал по реке Шенна. И добраться туда предстояло как можно быстрее, пока королевские ищейки не начали на них охоту. Золтар нутром чуял, что кровавая битва в Вальтальском лесу уже давно не является тайной. Маги Святой Земли в сопровождении «псов» герцога уже прочесывают Приграничную территорию. И оставаться в этом месте было опасно. Батаб закончит суд на Дворцовой площади и ринется на поиски Сальвата.

Юный сорванец, освобожденный тремя неизвестными бойцами, будет сниться ему в ночных кошмарах. И кошмар этот закончится только после того, как молодого парнишку постигнет участь гномов «Пивной Бороды».

Корабль благополучно отчалил от пристани.

Только после этого, некромант расслабляюще выдохнул. В Лиакасе они найдут проводника, о котором упоминал Карабар. И тот доставит их в Сахарную пустыню. Но, кто этот человек — Золтар не имел никакого понятия. Ему было известно только имя.

Конечно, у него все еще имелась монета с кровью покойного друга, из которой при желании можно было выжать еще малость информации, но особо надеяться на этот трюк не стоит — он может оказаться пустышкой. Да и магию Святая Земля тут же почует. С уверенностью возьмет след, и никакие Всевышние Боги не остановят приспешников Таррона. А потому не стоит забывать, земли Лиакаса тоже принадлежат герцогу. Боевых «псов» в красных доспехах в том месте не меньше, чем в Вальтальском замке.

Их затея не стоила бы и ломаной медяшки, если бы не одно но!

Кровь Джарета!

Она наверняка могла многое рассказать. Больше, чем они знали с Карабаром вместе взятые. И Слава Богам, Золтар знал, как ее достать!

В соседней каюте без сознания лежал молодой мальчишка, являющийся прямым кровным потомком целителя из Сухой Тропы.

Неприятный шум в голове понемногу утихал.

И та боль, что тяжелым грузом затуманивала сознание, с облегчением отступала. Разум снова принимал этот мир во всей его красе. И ничего приятнее не было, чем снова броситься в его объятия.

Тяжелые веки с трудом приподнялись, да еще не с первого раза. Осмотреть неизвестную территорию было приоритетным делом. Все остальное немедленно отодвинулось на второстепенный план.

Первоначально в глаза бросился неприятный сумрак. Такой мрачный, что создалось впечатление, будто парень прямиком нырнул не в Тальгард, а в Царство принцессы мертвых, следуя за своими горными товарищами. Но потом, здравый смысл возымел верх над искусственным воображением. Он медленно, но с поразительной точностью достроил необходимую картинку.

Каюта корабля.

Ну, или что-то, сильно похожее на это место.

Сальвата постоянно покачивало из стороны в сторону, и за пределами этого замкнутого пространства время от времени слышался плеск воды.

Юноша лежал в удобном гамаке. Рядом располагался небольшого размера стол с лежащими на поверхности незнакомыми записями, чертежами и набросками. Это определенно подходило под описание каюты капитана или его помощника. Другого объяснения он просто не мог подобрать.

«Море или река?» — мысль материализовалась внезапно.

Единственной возможностью узнать, где же он, собственно говоря, находится — была близлежащая дверь. Плотно закрытая, она, словно умоляла ею воспользоваться.

Как только зрение восстановилось, вынуждая детали мрачной каюты преобразиться в знакомые образы, Сальват заставил себя встать с удобной кровати и медленно двинулся к выходу. Ожидать от этого мира теперь можно чего угодно. Так менялся Тальгард. Боевые соратники теперь подло нападают сзади и лишают сознания. Да еще в численном большинстве.

Немного прищурившись, юноша направился в сторону спасительного выхода, готовясь к неизбежным последствиям.

Мальчишечьи руки торопливо отворили долгожданную дверь, а ноги ступили за порог помещения, в очередной раз, покоряя неизвестность.

И все-таки солнечный свет стал для него неожиданным.

Ослепительные лучи обожгли глаза. Влажный речной воздух молниеносно ударил в лицо, проникая в ноздри и обогащая мозг внушительной порцией кислорода.

Парень пошатнулся на качающейся палубе и, не удержавшись, распластался на ней, словно беспомощный зверек.

Золтар тут же подскочил к упавшему юноше, и усадил того на деревянную бочку:

— Все в порядке?

— Ты хотел меня убить! — Сальват узнал некроманта.

И прекрасно помнил, как тот ударил его чем-то тяжелым по голове.

На затылке распласталась огромная шишка, и слегка отдавала ноющей болью.

Некромант дружелюбно улыбнулся:

— Я хотел тебя спасти. Если бы люди Батаба нас заметили — ты был бы уже мертв.

Сальват взглянул в глаза Золтару, пытаясь распознать в его взгляде ложь. И как бы он не старался, обмануть себя не получилось. Сказанное, действительно походило на правду. Ту, что была известна им обоим.

— Что произошло на площади? — молодой парень имел право знать.

Его «сородичи» из клана «Золотого Молота» предстали пред «справедливым судом». Если можно так выразиться.

— Понимаешь, Сальват, — некромант сделал все возможное, чтобы его голос не дрожал. — По указке Таррона герцог нарек их предателями. Судя, по всему, вы выпустили страшнейшее зло, что способно погубить Тальгард. И король поверил ему.

— Мерзавец!

— Не то слово! Никто в Тальгарде не знает до конца всей правды, а уже витает слух, что гномье отродье покорилось самой Тьме. Вот, о чем я предупреждал тебя все это время. Их было уже не спасти.

— Разве они заслуживали такой презрительной смерти? — Сальват взглянул в глаза своему спасителю.

Золтар покачал головой:

— Я впервые вижу такое на Дворцовой площади. Герцог Батаб устроил там что-то невообразимое. Мы все конечно понимаем, что он недружелюбно относится к другим расам, но преподнести такое — ни одному здравому человеку и в голову бы не пришло. То, что произошло этим утром на площади, казнью назвать просто язык не поворачивается. Я даже слово подобрать не могу для этого бесчеловечного поступка…