Ковен возрожденных
Шрифт:
Сурин и крылатый придурок ничего не говорят, но я принимаю их молчание за подтверждение.
– Ладно, я пас насчет битвы. Передайте вашему Суверену мои благодарности за теплый прием.
Отворачиваюсь от Стражей и подхожу к парням. Пытаюсь, сохраняя спокойствие, убедиться, что все они целы, да и вообще мне хочется быть ближе к ним. Ожидаю, что Каллан, Бэкет, Нэш и Энох последуют за мной, но Энох колеблется, словно не уверен, как поступить правильно.
Крылатый страж одаривает меня очередной фирменной ухмылочкой.
– Кажется, мы не с того начали. Ну, раньше никто не переходил через барьер, не говоря уже о том, чтобы сигнализировать о своем прибытии так, как это сделали вы. Уверен, ты понимаешь, почему мы перешли к обороне.
Он выдержал паузу, наверное, ожидая моего «да». Но я молчу.
Новая попытка.
– Эм-м-м, с вашим появлением произошло нечто большее, чем мы изначально предполагали, – продолжает он, указывая на Эноха и Нэша. – Ты сказала, что искала ответы. И… могу с уверенностью сказать, что теперь и мы тоже будем их искать. Давайте забудем неудачное знакомство. Только так мы придем к соглашению…
– Неудачное знакомство? – усмехаюсь я. – Ты имеешь в виду попытку нашего убийства?
Высокомерный придурок снова улыбается, как будто ему это кажется забавным.
– Ну, чисто технически ты напала первой, – самодовольно поправляет он меня.
Я молчу, но выражение моего лица говорит само за себя.
– Меня зовут Ори, – наконец представляется он. – Это – Сурин, – чувак указывает на рыжеволосую девушку с новыми для нее метками на шее. – А ты?.. – спрашивает он, ослепляя меня улыбкой, которая, я уверена, обычно дает ему то, чего он хочет.
Меня нисколько не удивляет, что он не представил остальных. С таким самомнением этот перец не видит дальше собственного носа. Пробегаю взглядом по его закованному в черную броню телу, по черным волосам, подчеркивающим белизну кожи, и темно-фиолетовым глазам. Затем изучаю Сурин и других Стражей, стоящих по стойке «смирно», ну, за исключением раненых. Интересно будет посмотреть на их Суверена, но это от нас не уйдет.
Ори ухмыляется, словно мое молчание – это именно то, что его устраивает. Возможно, из-за неудачного опыта прошлого, когда, называя свое полное имя, я давала кому-то чрезмерную информацию о себе, я не решаюсь раскрываться перед ними.
– Я – Страж. Это мои Избранные, а остальные мои Щиты, – расплывчато отвечаю я. Про Сорика ничего не говорю, пусть сами гадают, если хотят.
– Стра-аж, – подначивает Ори, прищурившись.
– Может, в следующий раз начнешь с вежливого дерьма, а не с драки, и тогда узнаешь имена, – отрезаю я, устав от этого хождения взад вперед.
Я очень хочу уйти, но метки Избранных на моих Щитах внесли коррективы в этот план. Если они не хотят отпускать нас, что ж, мы можем пробить себе дорогу. Но даже если мы выберемся отсюда невредимыми, выйдут ли Стражи за барьер вслед за нами? При любом раскладе остается слишком много вопросов.
Смотрю туда, откуда мы пришли, и замечаю, как сжалась хватка Сурин на рукояти ее катаны. Я напрягаюсь, пытаясь понять, какой план лучший. Сразиться и рискнуть? Но тогда кто-то из нас может пострадать, если не хуже. Пойти с ними? Возможно, результат будет таким же, в смысле хреновым.
Активирую руны у себя за ухом.
– Парни, что нам делать? Вероятно, мы можем пробиться отсюда с боем. Или мы можем пойти с ними и надеяться на лучшее. Но, может, нарвемся на худшее.
– Если мы попробуем уйти, они вызовут подкрепление, и у нас будут проблемы, – отвечает Сабин.
– А если пойдем с ними, то окажемся в меньшинстве, и у нас тоже будут проблемы, – возражает Вален.
– Может, если мы сделаем, как они хотят, нам удастся завоевать их расположение. Я хочу сказать, если оба варианта провальные, то мы хотя бы можем попытаться умаслить их, – предлагает Райкер.
– Простите меня, – говорю я.
– Ты не виновата, Боксерша. Мы все надеялись на лучшее, – заверяет меня Бастьен.
– Не хочу быть тем парнем, который всегда настроен на лучшее, пока его не убьют, но, может, пернатый ублюдок прав, и мы просто не с того начали, – добавляет Вален, а я улыбаюсь, услышав подходящее прозвище для Ори. Пернатый ублюдок, хм.
– Ладно, тогда идем с ними? – уточняю я, чтобы убедиться, что мы все заодно.
Дружное «да» звенит в голове. Я отключаю руны и поворачиваюсь к Сорику и своим Щитам.
– Вы не против, если мы продолжим наше сотрудничество с новыми знакомыми?
Мгновение они обдумывают мой вопрос.
– Меня устроит все, что сохранит нам жизнь, – отвечает Бэкет, и остальные соглашаются с ним.
– Твоя мама была уравновешенной и милосердной. Думаю, что среди ее сородичей мы сможем узнать больше, чем демонстрирует наша нынешняя компания, – добавляет Сорик.
Я оставляю «давай на это надеяться» при себе и поворачиваюсь обратно к пернатому ублюдку и рыжей ворчунье.
– Ладно, ведите нас к своему Суверену, – уступаю я.
Сильно надеюсь, что мы переживем любое дерьмо, которое они могут швырнуть в нас.
– Хорошо, тогда… – Ори хлопает в ладоши и расправляет свои массивные серо-коричневые крылья.
Еще один Страж в его группе, у которого тоже есть крылья, делает то же самое.
Есть ли руны, дающие крылья?
Отгоняю свое любопытство по этому поводу, как старушка выгоняет кошек из дома метлой. Я не завидую этому придурку. К черту крылья. Снова вытаскиваю свою внутреннюю метлу, когда вспоминаю старое шоу о бессмертных, которое смотрела Бет. Нет, мы не можем просто отрубить ему голову и надеяться, что у нас от этого вырастут крылья.
Стражи взлетают в небо, как ракеты. Все, черт возьми. Даже те, у кого нет крыльев, играючи отрываются от земли.
Как они это делают?
Ори наконец замечает, что мы не взмыли в воздух вслед за остальными. Он выглядит удивленным, когда приспускается.
– Вы не летаете? – внезапно спрашивает, словно его только что озарило, и в моей голове проносится мстительный образ, как эти зазнайки, сбитые, падают на землю.
– Не-а, – беззаботно пожимаю я плечами. – Вы уж летите вперед и сообщите о нашем скором прибытии своему Суверену. Встретимся на месте, – предлагаю я.
Сомневаюсь, что они настолько тупы, но попробовать стоит.
Сурин закатывает глаза.
– Кажется, предстоит долгая дорога, – обращается она к Стражам, которые все еще находятся на земле. Сама она выглядит оскорбленной тем, что ей придется топать ножками.
– Сообщите Кворуму, что здесь произошло и что мы в пути, – распоряжается она. – Ори, спускайся, ты тоже пойдешь с нами.
Пернатый кивает, описывает лихой круг, словно хочет нас подразнить, и приземляется. Я наблюдаю за его траекторией, мне не терпится узнать, как он это делает.