Чтение онлайн

Сурин решительно направляется к пострадавшим, и я удивлена, что сначала она проверяет не Суверена, а Сориэла. Мы все наблюдаем, как на ее искаженном болью лице появляется облегчение, когда она понимает, что он жив, и на мгновение мне становится не по себе, даже острить не хочется. Катана вновь вспыхивает у нее в руке, и деваха прожигает меня взглядом.

– Я порву тебя за это, – рычит она сквозь стиснутые зубы.

Остатки моего сочувствия тут же испаряются

– Он сладко спит, так что успокойся. И вообще, я могла бы перерезать горло всем вам, пока вы были без сознания. И все еще могу, между прочим. Но я пришла не ради убийства. Так что хватит угрожать, если не хочешь нарваться на ответ.

Вален наклоняется ко мне и шепчет:

– Кому ты там собралась перерезать глотки?

Мой возмущенный взгляд говорит ему: «А что? Я же могла!»

Он улыбается и качает головой.

– Возможно, стоит начать с извинений, когда остальные проснутся, – подсказывает он.

– Ты что, рассчитываешь, что лидеры сильнейшей магической расы в мире поблагодарят тебя за то, что ты всего лишь усыпила их? – шипит Сурин, возвращая к себе внимание. Хорошо хоть катану не пускает в ход.

Сориэл стонет, стонет и мужчина с черной кожей и странными глазами.

– Что ж, думаю, сейчас мы это узнаем. Ну, насчет благодарности, – говорит Торрез.

Я съеживаюсь от напряжения и начинаю повторять про себя позитивную мантру: «Пожалуйста, не казните нас».

– Пап, как ты себя чувствуешь? – спрашивает Сурин Сориэла, и я открываю от изумления рот.

– Твою мать, я ставил на любовника, а не отца, – шутит Сиа, и Бастьен хмыкает в знак согласия.

– Что произошло? – хрипит Сориэл, садясь ровнее.

– На нас напали, – сообщает Сурин, и теперь они оба, папочка и дочка, смотрят на меня.

Я вновь цепляю на себя улыбку, которая должна значит: «Я вас не убила, так что давайте успокоимся», – и даже слегка машу рукой, как глупенькая девочка.

Но Сориэл настроен решительно, в его глазах нет ни тени улыбки.

– Прежде чем вы примите решение, о котором пожалеете, например, скомандуете: «Отрубите им головы», позвольте объяснить… – начинаю я.

Сориэл молчит, и я теряюсь в догадках: это можно рассматривать как разрешение продолжить, или же он обдумывает все возможные способы заставить нас страдать из-за моей неслыханной дерзости.

Мужчина, чьи глаза так напугали меня, хрипит: «Продолжай», и я вздрагиваю от неожиданности. Совсем забыла, что он тоже пришел в себя, пока мы переваривали родственные связи Сурин.

Обращаюсь к Сориэлу:

– Я познакомилась с вашим братом, Адриэлем, и это оставило определенные шрамы в моей душе. Я подумала, что вы это он. Не догадалась про близнецов. Сходство выбило меня из колеи.

Серьезно, Винна?

– Эм-м-м, я знаю, вам кажется, будто я пришла, чтобы замутить тут какую-то хрень, но, клянусь, это совсем не так. Я просто хотела найти ответы, только и всего.

– Где сейчас мой брат? – спрашивает Сориэл, и, похоже, он готов спрыгнуть со своего трона и отправиться на его поиски. Правда, не с целью обнять.

– Он был в Беларуси… – расплывчато отвечаю я и искоса смотрю на Бэкета.

Не знаю, стоит ли говорить, что я превратила близнеца Сориэла в пепел. Прямо сейчас фраза «Эй, кстати, я убила вашего брата» может дать непредсказуемый результат.

– Что? – вспыхивает Сориэл. – В Беларуси? Мой братец снова залег на дно? – Он ударяет кулаком по подлокотнику своего трона и выкрикивает что-то похожее на проклятие на незнакомом мне языке.

– Нет… эм-м, я убила его, – говорю я, искренне надеясь, что удар кулаком означает «Чтоб ты сдох, братец!»

Сориэл удивленно смотрит на меня.

– Именно поэтому я была так шокирована, когда вы вошли в зал. Простите за попытку вас убить, но я клянусь, я просто перепутала.

Скрещиваю пальцы, надеясь, что каким-то образом Сориэл и мужчина с невероятными глазами проявят хоть какое-то понимание. От меня не ускользнуло, что ни один из них не повернулся проверить, как там их Суверен. Я не совсем понимаю, почему Сурин и эти двое очнулись, тогда как больше никто не приходит в себя, но уповаю на то, что очнувшиеся настроены снисходительно.

– Ты убила Адриэля? – с неверием шепчет Сориэл.

– Да.

– Ты сказала, что пробила наш защитный барьер ради ответов. На что? – сменяет тему Мистер Жуткие Глаза. Он так долго обдумывал мои слова?

Мгновение я решаю, с чего начать.

– Мне сказали, что я Страж, но, как оказалось, никто точно не знает, что из этого следует. Я долгое время думала, что я такая единственная, но потом выяснила, что это не так. Я пытаюсь понять, что все это значит. Кто я и почему у меня такие способности…

Не зная, что еще сказать, я останавливаюсь, но потом добавляю:

– Мы все старались как можно лучше справиться с трудной и запутанной ситуацией. Я надеялась, что в городе Стражей мы перестанем брести в темноте. Но если бы я знала, что вы попытаетесь убить нас, я бы не пришла.

Раздается еще один стон, привлекший внимание всех. Крылья Ори слабо встрепенулись, сообщив о том, что пернатый тоже приходит в себя.

– Смертный приговор был вынесен единолично. И на самом деле предполагалось, что он будет приведен в исполнение, только если вы будете представлять угрозу, – заявляет Мистер Жуткие Глаза и переводит тяжелый взгляд на Сурин.

– Таув, ты что, не заметил, что она сделала? Она определенно угроза, – возмущается рыжая воительница. – И эти, что с ней, тоже.

Я рычу на нее и угрожающе делаю шаг вперед. Вероятно, я не улучшаю ситуацию, но ее пренебрежительное отношение к жизням людей, которых я люблю, затуманивает мой рассудок.

– Чушь собачья. Мои Избранные были без сознания, когда вы свалились с неба. Нас было всего шестеро, а вас где-то двадцать, если не больше.

– Семеро, – поправляет Ори, откидывая длинные черные волосы с лица. Пошатываясь, он встает на ноги.

Семеро? Ах да, он имеет в виду Вона. Я не говорю этого вслух, но Вон, по сути, бессознательная марионетка, которая не может поднять руку, чтобы защитить себя самостоятельно, не говоря уже о том, чтобы напасть на них.

– Они не понесли потерь, и боевые действия прекратились, когда Сурин отметила некоторых из них как Избранных, – заявляет Ори, отряхиваясь.

Он не замечает убийственного взгляда, который девица бросает на него, пытаясь предостеречь.

– Что? – вскрикивает Сориэл и поворачивается к дочери, требуя объяснений.