Чтение онлайн

— Осторожнее, — доносится будто сквозь туман смутно знакомый голос. — Тебя приложили сильнее, чем меня.

Спустя некоторое время получается сфокусировать взгляд и увидеть в углу тёмного помещения девушку… девушку… Господи, это же Пелагея!

Круги под глазами, волосы в беспорядке, но всё та же королева, которую мы тогда встретили в торговом центре. Будь на ней наряд от всемирно известных кутюрье или же лохмотья — неважно. Даже сейчас, сидя на полу со связанными руками, она не сломлена.

А вот меня усадили на стул и привязали к нему. Сарафан немного порван, но ещё похож на одежду.

— Как… — хрипло спрашиваю я. — Как ты… мы тут оказались?

Пелагея только качает головой:

— Игры больших людей. Кто бы мог подумал, что наш клиент Абдулов на самом деле не тот, за кого себя выдает, и только и мечтает отобрать наш бизнес.

Я хмурюсь. Бизнес… пусть не политика, но грязи хватает. А, когда большие деньги, то не особо заботятся о методах.

— Чего они хотят? — спрашиваю тихо, понимая, что могу не услышать ответа. Либо услышу такой, что мне совсем не понравится.

Пелагея откидывает голову на стену, упираясь на стену.

— Хотят, чтобы отдали им магазины, чего уж там. Переписали на них всё. Разумеется, мне сказали не всё, Абдулов — сексистская тварь, для него женщины хороши только в постели, поэтому и говорить мне толком ничего не стал. Он ждёт Архипа и Демьяна.

Тон, которым она это сказала, не давал сомневаться: братья точно придут за ней. Но… как быть со мной?

— Ты сама как попалась? — интересуется Пелагея. — Ладно я, не особо задумалась, когда они явились обсуждать новую коллекцию, обычное же дело.

Я невольно вздрагиваю, потому что вопрос верный. Только вот стыдно признаваться, что доверилась той, кому не следовало. Правда, я с ней не ходила в безлюдное место, а всего лишь оказалась в туалете бара, где достаточно посетителей.

— Я… — голос предательски срывается. — Я ездила в больницу к Кирюшке, а потом с подругой зашли в кафе. Там была Ляля…

Пелагея презрительно фыркает, на её лице написано всё без слов. И так ясно отношение к белокурой стерве.

— Да, согласна, — вздыхаю я. — Там была она, сказала, что больше не претендует на Архипа, вроде бы даже разговорились, потом я зашла в уборную, там она. На выходе у меня потемнело в глазах и всё…

— Сучка крашеная, — бормочет Пелагея. — Спуталась, значит, с компанией Абдулова. Решила, что тебя можно будет тоже использовать в грязных играх.

— Она… — начинаю я и тут же умолкаю.

— Что? — вскидывает на меня карие глаза Пелагея.

— Она считает, что после этого Архип вернется к ней? Ну, хорошо, я всего лишь очередная девушка, но ты— то сестра.

— Какой бред ты несёшь, Алиса, — едва не рявкает Пелагея, — тебя, видимо, хорошо стукнули перед тем, как доставить сюда.

Я тут же сжимаюсь, не ожив такой отповеди.

— Запомни, для Архипа ты не очередная. Очередную он бы не привез в свой дом.

В этот момент она так похожа на Архипа и Демьяна, что внешне, что характером… даже сказать нечего. И я понимаю, что Абдулов зря похитил эту девушку. Робости и уступчивости в ней ни на грамм.

— На что же рассчитывает это крашеная ведьма… — Пелагея снова фыркает рассерженной кошкой. — Кроме мести ей рассчитывать не на что. Если же считает, что после такого можно воссоединиться с Архипом, то в пустой голове признака мозгов не было никогда. Хотя, о чем это я… Их действительно не было.

В это время открывается дверь, и мы слышим звук аплодисментов.

— Как же вы, девочки, друг друга не любите, прямо зависть берет.

Я поворачиваю голову и вижу незнакомого мужчину. Весь такой чистый и холеный, только глаза смотрят так, что делается жутко и хочется как можно скорее спрятаться.

Хищник под налётом цивилизации. Холодный, беспринципный, невозмутимый. Он скрутит шею неугодному и пойдет дальше. Ему всё равно. Мне второй раз за короткий срок становится дурно, хотя, казалось бы, куда ещё больше?

— Зуфар, вам-то что? — чуть не выплевывает Пелагея, скривившись, глядя на него. — Алиса, знакомься, Абдулов, наш похититель.

— Как грубо, — хмыкает он, обнажая идеальные белые зубы. Улыбка, от которой делается жутко. — Алиса может пойти ко мне по доброй воле. Ничего не имею против ласковой беленькой кошечки.

— Ни за что… — хрипло шепчу я.

И совершенно не ожидаю того, что он преодолеет разделяющее нас расстояние за каких— то несколько шагов и окажется настолько близко, что невозможно отпрянуть. Сжал подбородок, дав только сдавленно охнуть.

— Что вы… прекратите…

— Помолчи, куколка, такие, как ты созданы не для разговоров. Я понимаю, почему Архип на тебя запал. Каждый мужчина поймет. Но твоя единственная добродетель — покорность.

Его рука накрывает мою грудь и сжимает. Я вскрикиваю, но он не обращает внимания.

— Ты будешь стонать подо мной от удовольствия и извиваться как на горячей сковородке, умоляя не останавливаться. Поверь, знаю, о чем говорю.

— Подонок, — шипит Пелагея.

Абдулов хмыкает, я мотаю головой, пытаясь вырваться из его пальцев, но они держат как капкан.

— Не стоит упираться, хотя, конечно, сопротивление заводит.

Он хватает меня за волосы, и я всхлипываю от боли.

— Любишь, жестко? Не проблема. Тебя покупал Архип, я знаю, поэтому не строй из себя недотрогу.

От сказанного я холодею. Хочу увидеть реакцию Пелагеи, там, наверное, омерзение, но ничего не получается. Его ладонь перебирается на вторую грудь, спускается ниже.

— Этот сарафан нам мешает, не находишь? — шепчет он на ухо, заставляя вздрагивать. — Куплю тебя, детка. Куплю за такую цену, что твоему Кагратову не снилось. Не сопротивляйся.

Через ткань сарафана он гладит мой лобок. Хочу сжать ноги, но понимаю, что тогда только усилю его касания.

— А, может быть, ты хочешь приласкать меня своим ротиком, став на колени, как настоящая первоклассная шлюха? — практически мурлычет он, и меня передёргивает от гадливости.

Слышится звук расстёгивающейся молнии на брюках. Давление на мою голову усиливается.

— Давай, куколка.

59

От ужаса я не могу даже пошевелиться. Только слышу гневный крик Пелагеи и мерзкий смех Абдулова.