Красавица для янтарного змея, или Тайна черной саламандры
Шрифт:
Но змей проигнорировал мое отрицание, не поверил.
– Судя по твоей реакции, это не так. Тогда я более чем удовлетворен платой, – усмехнулся он, лаская своими золотыми глазами.
– Раз получил, что хотел, то нам лучше поскорее расстаться. Я сама разберусь, куда мне идти и что делать. Понятно? – повысила я голос, чувствуя, что сейчас заплачу.
Я еще дрожала после поцелуя, ощущала вкус мужчины, его руки на талии. И изо всех сил пыталась избавиться от непрошеного чувства, и уж тем более – не показать янтарному, что мне понравилось. Это и расстраивало. Для меня первый поцелуй имел значение, а змей так легко сорвал его.
Я находилась на грани нервного срыва, но ни за что не призналась бы ему, что у меня до сих пор дрожали колени, как только вспоминала о поцелуе. Иначе он вообще не отстанет.
– Что ж, раз ты отказываешься от моего покровительства, можешь идти. Ты свободна, принцесса, – указал он рукой на мостовую. – Не проси меня потом помочь.
Я не поверила своим ушам. Он так легко меня отпускал? Я даже растерялась, думала, станет уговаривать.
Ну и ладно. Не очень-то и хотелось. Сама справлюсь!
Я демонстративно развернулась и, стараясь больше не смотреть на Мирена, пошла вперед. Хотя так и подмывало повернуться и взглянуть на его лицо напоследок.
Но как только ушла за дом, испугалась. Незнакомый город, ночь и пустые улицы. Куда идти, когда даже денег с собой нет? Я хотела вернуться к Мирену, но гордость не позволила. Он сказал, этот город еще не завоеван, значит, здесь мне нечего бояться.
По высоким башням, темнеющим вдалеке, я примерно определила, где центр Ойрина, туда и шла.
Несколько раз на своем пути встретила прохожих, но мне повезло – никто не обратил внимания на девушку, кутающуюся в плащ. От теплой ткани пахло дымом и благовониями, а еще остался запах Мирена, и я чувствовала его особенно хорошо своим повышенным змеиным обонянием. И почему-то это успокаивало, словно змей находился рядом и присматривал за мной. Я лишь сильнее куталась в плащ, мне не хотелось расставаться с этой вещью.
Насколько хватит зелья, что скрывал мой запах, неизвестно, но пока я чувствовала себя в относительной безопасности. Как только удастся раздобыть еду, я покину этот город. Мне лучше сторониться нагов. Кто знает, как все повернется, если они вдруг почувствуют мой настоящий запах.
Я не слишком надеялась на свое высокое положение вдали от дома. Мужчинам сложно устоять против соблазнительного вызова. Мама всегда говорила, что мы с сестрой должны остерегаться мужчин. Они не способны контролировать свои желания. Только во дворце я могла чувствовать себя в безопасности и только сейчас это поняла.
Безумная выдалась ночь! Я так устала, что едва переставляла ноги. Казалось, никогда не доберусь до какого-нибудь постоялого двора.
Зрение нагини позволяло видеть даже в темноте, меня мрак не сильно беспокоил. Больше волновало другое.
Я не имела ни монеты, чтобы заплатить за ночлег и еду, но зато на мне оставались драгоценности, от которых отказался Мирен. Но не все такие странные, как он. Надеюсь, удастся выручить за них более-менее приличную сумму денег.
Я понятия не имела сколько они стоят на самом деле. Принцессе во дворце не нужно беспокоиться о таких вещах. Там я смотрела на дорогие украшения, как на нечто обыденное, а теперь впервые задумалась об их цене. Они могли стать моим спасением.
На одной из улиц, освещенной парой фонарей, я наконец-то заметила вывеску с говорящим названием «Гостевой дом ниара Морисса». Кажется, это именно то, что мне нужно!
Набравшись смелости, я постучала молоточком в дверь. Мне открыла служанка. На ее лице мелькнуло удивление. В Азармине женщины редко путешествуют в одиночку, без мужчин.
– Вы принимаете постояльцев? – спросила я.
Меня окинули внимательным взглядом, но дорогой плащ и платье, часть которого можно рассмотреть, внушали доверие – и меня пропустили внутрь.
Служанка провела меня в канцелярию. Войдя, я встретилась с хозяином, он сидел за столом и явно подсчитывал выручку за день. Как увидел меня, деньги в мешочках сложил вниз.
– Мне нужна комната, ниар Моррис, – сказала я, заметив его вопросительный взгляд.
– Двадцать медных за сутки, питание и свежее белье включено, – как скороговорку произнес хозяин.
Такой стыд я давно не испытывала. Я не имела даже одной медной монеты! Неловко в этом признаваться.
– У меня… – я слегка замялась, все же мне не приходилось заказывать комнату, – … есть кое-что другое.
Я сняла серьги и протянула владельцу постоялого двора. Насколько знала, в них чистейшие бриллианты и рубины.
У того глаза на лоб выкатились, его руки подрагивали, когда он прикоснулся к семейной реликвии.
Он рассмотрел камни под линзой, достав ее из ящика стола.
– Откуда подобные украшения? – с подозрением спросил он.
– Они мои, можете не сомневаться.
Но хозяин не слишком поверил.
– Мне не интересно это знать, как ты их получила. Но за ворованные украшения, пусть и достойные королевы, я много не дам. Я рискую шкурой.
Я сглотнула комок в горле. Я не могла признаться, кто такая, поэтому решила не спорить. Может, он просто подумал, что я работала служанкой во дворце и стащила украшения?
– Этого достаточно, чтобы заплатить за комнату? – осторожно спросила я.
– М-м-м… Он вновь посмотрел на серьги и я заметила жадный блеск в его глазах. Корысть победила страх. – Пожалуй, их хватит, чтобы оплатить за… неделю проживания. Служанка проводит тебя в комнату, можешь располагаться там.
Фамильные драгоценности считались сокровищем, думаю, за них я могла купить не только таверну вместе со всеми слугами, но и половину города. Но у меня в данный момент не оставалось выбора.
Голос трактирщика не понравился, как и его оценивающий взгляд на меня, но я решила, что мне просто везде мерещится опасность. Даже там, где ее нет. Неделя меня вполне устроит. За это время найду способ сообщить своей семье, где нахожусь. И серьги верну.
Я поднялась по деревянной лестнице на второй этаж, следуя за девушкой-прислужницей. Она показала мне, где что находится. Если что-то понадобится, я могла позвонить в колокольчик, дернув за шнурок. Но пока мне требовался только отдых, еда и одиночество.