Чтение онлайн

Лорен: Смотреть, как я ем, — это привилегия, а не наказание.

Бо: Мэнни прислал в офис королевский торт этим утром. Я приберег немного для тебя.

Проходит 10 минут, прежде чем она отвечает.

Лорен: Оставь его утром возле NOLA.

Я делаю кое-что получше. На следующее утро стою на улице, держа в руках дюжину красных роз и четвертинку королевского торта в пластиковой упаковке. Лорен заворачивает за угол и сразу замечает меня, прислонившегося к входной двери. На мгновение она замедляется, но затем ее взгляд падает на торт, и она снова ускоряет шаг. Я не горжусь собой за то, что подкупил ее, но, по крайней мере, это работает.

Очевидно, что наша ссора никак на нее не повлияла. Она, как глоток свежего воздуха: розовые щечки, пухлые губки, растрепанные кудряшки. Джинсы обтягивают ее бедра, а ботинки увеличивают рост на несколько дюймов, так что, если бы я захотел поцеловать ее (а я хочу), мне почти не пришлось бы наклоняться.

Она подходит ко мне, и я улыбаюсь. Ее глаза сужаются, и она выхватывает контейнер из моей руки, не прикоснувшись ко мне ни единым пальцем.

Она кивает на цветы, отпирая свою дверь.

— Симпатичные сорняки. Для кого они?

Я протягиваю их, но она не принимает. Вместо этого толкает дверь, и я следую за ней внутрь. Она включает свет и возится с термостатом. Я роюсь в шкафчиках рядом с эспрессо-машиной и нахожу пустой стеклянный кувшин. Я добавляю воду в розы, затем ставлю их в центр стойки.

— Мой папа сказал мне, что ты на днях заезжал к Престону на работу.

— Да.

— Не могу представить почему.

— У нас был разговор. Я не нарушил никаких законов, даже если хотел сломать ему челюсть.

Лорен качает головой.

— Папа сказал, что весь офис обсуждал это. Видимо, они делали ставки на то, кто победит в драке, — ее глаза встречаются с моими. — Многие его коллеги болели за тебя.

— Я был там не для того, чтобы драться с ним.

— Ну, драться или не драться, но он прислал мне сообщение кричащими буквами с ультиматумом. Мне нужно решить, либо ты, либо он.

— И что ты ему ответила?

Она берет розы, нюхает их, а затем отодвигает немного влево, чтобы они были на солнце.

— Я его не выбирала, если ты об этом спрашиваешь. Где я оставила пластиковый контейнер?

— Вон там, рядом с эспрессо-машиной.

Она находит вилку, открывает крышку и обходит барную стойку. Она садится, а я стою. Мы молча смотрим друг на друга, пока она отправляет в рот кусочки торта. Она каждый раз дочиста облизывает вилку, как будто ей невыносима мысль о том, что она может потерять хоть один кусочек.

Я улыбаюсь.

— Ты права, это привилегия.

Она отодвигает десерт в сторону и сглатывает.

— Я думала последние несколько дней…

Я киваю, чтобы она продолжала.

— Может быть, это и хорошо, что мы поссорились.

— Что ты имеешь в виду?

Она тяжело вздыхает, смотрит в окно и замирает на несколько секунд. Я не думаю, что она собирается мне ответить, но потом ее рот открывается, и из него вырывается самый неожиданный ответ.

— Ты, наверное, заметил, что на самом деле я не то, что ты мог бы назвать сексуальным созданием.

Мне приходится сдерживать смех. Где, черт возьми, она берет все это?

— Продолжай.

Она все еще стоит лицом к окну.

— У меня был секс. Я имею в виду, очевидно, да. Я не хранила свою девственность для тебя все эти годы, о боже, ты можешь себе это представить?

Да. Я мог себе это представить.

— Когда у тебя был первый раз?

Если имя Престон слетит с ее уст, я вернусь в его офис, и будут вызваны копы.

Она отмахивается от моего вопроса.

— О, это было в колледже. Неуклюже. Парень рассыпал дешевые лепестки роз по всему покрывалу, и они все испачкали. Было больно, и я ненавидела каждую секунду. Во всяком случае, с тех пор у меня был хороший секс. Я имею в виду, приличный, средний по уровню коитус. Все было хорошо.

— Звучит так, будто ты была не с теми мужчинами, но я в замешательстве, к чему все это?

— Точно. К чему это я? — она смеется и сильно тычет меня пальцем в центр груди. — К тебе, — она дрожит. — Ты меня пугаешь, и я пытаюсь понять почему. Я думаю, это из-за твоего возраста, или твоего роста, или, может быть, твоей уверенности в себе. С тобой мне не справиться. Я думаю, может быть, мне будет лучше с кем-нибудь… Я не знаю, простым? Сдержанным?

Она на мгновение замолкает, и я жду, когда она продолжит.

— Может быть, мне нужен парень с мягкими руками? Мой бывший парень Кларк всегда намазывал руки увлажняющим кремом. Они были мягче моих, и он никогда не заставлял меня чувствовать себя запуганной. Может быть, я ему позвоню. В любом случае, несмотря на то, что ты оказался на высоте в этой дурацкой истории с ультиматумом, я думаю, что нам с тобой лучше остаться друзьями, или, может быть, нам стоит отложить это еще на 10 лет. Тогда я перестану беспокоиться о том, что меня недостаточно для тебя, и смогу вернуться к твердой пище и сну по ночам.

— Нет.

Она меня не слышит.

— Я имею в виду, черт возьми, — стонет она, — я изучала сексуальные позы, чтобы привести себя в соответствие с тем, к чему ты, вероятно, привык. Без сомнения, последние несколько лет ты провел с красивыми женщинами, которые раскачиваются на стропилах, как какое-нибудь дерьмо из Цирка Дю Солей. Я не хочу с этим конкурировать, моя медицинская страховка не настолько хороша.

Теперь я действительно смеюсь, потому что все это слишком нелепо.

— Ты изучала позы для секса?

Она даже не краснеет. Это как будто мы говорим о погоде.

— У меня закончились чернила для принтера, когда я составляла своего рода грязное досье. Оно в папке под моей кроватью. Я использовала стикеры, закладки и разделители.

— Почему ты считаешь, что тебе нужно проводить исследование? Я и раньше уверял тебя, что ты соблазнительна, даже ничего не делая.

— О, ну да. Это просто, — она складывает руки на коленях и, наконец, поворачивается ко мне лицом. — В тот день, когда я пришла к тебе в офис… ты, наверное, этого не помнишь…