Чтение онлайн

— Хочешь поменяться?

— Что?

— Ты говоришь, как я должна действовать, а я говорю, каким будет твой следующий шаг.

— Звучит как плохая идея, — отвечает она.

— Это похоже на нас.

— Нам определенно стоит ее перенять, — подтверждает Рафаэла, и вскоре мы обе смеемся. — По крайней мере, мы забавные, — комментирует она и пожимает плечами, заставляя меня смеяться еще больше.

— Да, могло быть и хуже. Мы могли бы быть глупыми и скучными. Определенно, все могло быть гораздо хуже.

ГЛАВА 44

ВИТТОРИО КАТАНЕО

Мне было трудно не пропустить семейный ужин и не отправиться прямиком в свое крыло, когда, еще сидя в машине, я встретил в окне тревожный взгляд Габриэллы, возвестивший о моем возвращении домой. Ничего удивительного, если учесть, что весь сегодняшний день я провел так, что голос, запах, вкус малышки терзали меня, потому что они были лишь воспоминаниями о прошедших часах, а не компанией настоящих моментов.

Весь гребаный день.

Каждый мой шаг, каждое решение, каждый разговор были последствиями моего упорного отказа поддаться своим первобытным инстинктам, которые говорили мне вернуться домой и трахать Габриэллу, пока мы оба снова не вырубимся от изнеможения.

Я думал, что знаю, что значит сдаться, но даже не представлял, как сильно желание обладать Габриэллой захлестнет меня. Одного взгляда на то, как она спала в моей постели этим утром, завернувшись в мои простыни, а аромат моего мыла пропитывал ее кожу, было достаточно, чтобы я стал твердым.

Проведя последние два часа за семейным столом, слушая, как мама рассказывает о хорошей дочери Саграда, которую она собирается пригласить завтра на ужин, я выхожу на лестничную площадку своей гостиной и обнаруживаю, что она пуста, но в ней горит свет.

Образ Габриэллы, завернутой в разноцветные одежды и делающей приседания несколько недель назад, заполняет мое сознание и заставляет меня чувствовать себя нелепо. Почти так же, как и то, что первое, что я делаю, войдя в собственный дом, - ищу ее.

Я нахожу ее на сиденье под окном, точно такую же, какой она была несколько часов назад. Распущенные волосы ниспадают по плечам и спине, на ней облегающие брюки, а ноги босые.

— Что такого интересного в этом пейзаже, что заставляет тебя часами смотреть на него каждый вечер? — Габриэлла удивляется, услышав мой голос.

— Ты всегда такой тихий! — Восклицает она, поворачиваясь ко мне и испуганно прижимая руку к груди. Я подхожу ближе и выглядываю в то же окно, но не нахожу ничего достойного внимания. — Бассейн, — признается она через некоторое время, снова отвернувшись к стеклу.

— Бассейн? — Она кивает. — То, на что ты смотришь неделями, бассейн? — Еще одно утвердительное покачивание головой. — В твоем шкафу нет бикини? — С любопытством спрашиваю я, и образ обнаженной Габриэллы, плавающей только для моих глаз, наполняет меня удовлетворением. Однако лицо девочки краснеет от моего вопроса.

— У меня есть несколько. — Я сужаю глаза, ожидая ответа, который так и не последовал.

— Так в чем же проблема? Почему ты тогда только смотришь и никогда не плаваешь?

— Я не умею плавать. — Ее голос звучит очень тихо, прежде чем она переводит взгляд на меня. В очередной раз, когда я не могу остановить свою реакцию, которую способна вызвать только она, мои брови поднимаются. — И я боюсь утонуть. — Вторую часть она произносит низким голосом.

Я должен сказать ей, что в бассейне неглубоко и что если она не ребенок ростом в четыре фута, то утонуть ей не грозит. Однако ни одно из этих слов не слетает с моих губ.

— Хорошо. Тогда давай разберемся с этим. Иди надень бикини, Габриэлла. Я научу тебя.

— Сейчас? — Спрашивает она, ее глаза расширяются от смеси неуверенности, ожидания и удивления, которые на лице любого другого человека выглядели бы нелепо, но на ее лице они выглядят восхитительно.

— У тебя есть какие-нибудь планы? — Спрашиваю я, и ее прозрачное лицо показывает мне быстрое разочарование, промелькнувшее в ее глазах, прежде чем она качает головой в сторону, отрицая это. И все же я смеюсь. Габриэлла хочет секса, что совсем не удивляет меня после прошлой ночи. Я наклоняюсь к ней, и ее шея следует за моим движением, тоже наклоняясь. — Ты уверена? — Я дразню ее, и она облизывает губы. Влажность, от которой они блестят, это приглашение, от которого я не знаю, как отказаться.

Я втягиваю ее губы в свой рот и посасываю, ее сладкий вкус - еще одно новообретенное пристрастие. Первое пристрастие – это вкус ее нижних губок, она первая за всю мою жизнь, которую я ел и буду лакомиться ею дальше. Второе пристрастие видеть, как малышка кончает.

Мой язык отказывается оставаться в стороне ища ее губы, требуя ее мягких прикосновений.

Она жадно отвечает, стонет мне в рот, и я отстраняюсь, прежде чем прижму ее к окну и трахну на сиденье, которое ей, похоже, так нравится. Но так же, как я вижу ее каждый вечер, как только подъезжает машина, любой мужчина, патрулирующий перед домом, тоже может увидеть, что здесь происходит, а обнаженное тело Габриэллы и выражение ее удовольствия, это не то, чем я готов делиться.

— Кровать — не единственное место, где я могу тебя трахнуть, Габриэлла, — шепчу я и получаю еще один низкий стон в ответ. — А теперь иди и надень одно из твоих бикини.

***

Не помню, когда я в последний раз ходил в бассейн. Открытое пространство, окруженное деревянной мебелью в деревенском стиле и стенами с арочными проемами, никогда не было моим любимым в доме, даже когда я был мальчиком, и это была часть крыла моих родителей.

Надев плавки, я жду Габриэллу уже в бассейне и начинаю гадать, сколько бикини ей нужно перебрать, если ей требуется больше пятнадцати минут, чтобы появиться. Вода теплая, и я раскрываю руки, упираясь ими в край глубокой части, которая покрывает меня до груди.

В одиночестве невозможно не задаваться вопросом, что я делаю. Мне не нужно было быть здесь, если все, чего я хотел, это погрузиться в теплую киску Габриэллы. Но, как бы мне этого ни хотелось, это невозможно, ведь до вчерашнего дня девушка была девственницей.

Это не значит, что я не мог бы получить от нее что-то другое, например, ее рот вокруг моего члена. Но для любой из многих моих идей о том, что делать с Габриэллой, нахождение в бассейне, собираясь играть в учителя плавания, не является обязательным условием.