Чтение онлайн

— Уннер, — ладонь ректора Стортона легла на мою. — Унни, стой. Я должен объясниться.

— Я слышала достаточно, — отрезала я. — Если вы не видите ничего плохого в изменах, то я не желаю в этом участвовать!

— Уннер! — окликнул ректор Стортон, пока я безуспешно пыталась открыть дверь. — Уннер-р-р-р…

Мое имя перешло в рык, я услышала треск ткани, и ладонь ректора, лежащая на моей, за доли секунды превратилась в лапу, рукав черной рубашки разошелся по шву.

Провались все к низвергнутым! Моя попытка снять проклятье не сработала?

Это значит, что я на самом деле не люблю ректора Стортона? Или что я пока не отдала ему то, что должна отдать?

И почему, чтобы мантикора тут все съела, я в глубине души радуюсь тому, что проклятье, нас двоих связывающее, все еще действует?!

Я просто жалкая. Мачеха бы за такое мне не дала пряник, и была бы права!

— Проклятье. Уннер-р-р, — голос ректора Стортона прозвучал тихим рокотом. — Уннер, будет лучше, если вы обернетесь.

Его тело, увеличившееся в несколько раз, покрытое звериной шерстью, почти касалось моего, и я слышала, как в груди ректора Стортона бьется огромное сердце, чувствовала макушкой его тяжелое дыхание.

— Будет лучше, если вы меня выпустите, ректор Стортон. Решить вопрос с невинностью мы, боюсь, сейчас не в состоянии.

Я покраснела от собственной дерзости, но ничуть о ней не жалела. Да, я не аристократка. Я не благородная леди, у меня нет компаньонки, меня некому защитить, а моя репутация втоптана в грязь. Глупо делать вид, что я, как и Лаура, понятия не имею, о чем идет речь.

Молчание, воцарившееся после моего ответа, затягивалось.

— Уннер, будьте внимательны с тем, что я сейчас скажу. Помолвка с принцессой не имеет значения, потому что никакой помолвки нет.

Я обернулась, чувствуя, как в груди колотится сердце. Вот глупая! Как будто это что-то для меня меняет!

— Я не дура, ректор Стортон. Все знают о вас и о принцессе. К тому же…

— А еще все знают о вас, Танг, и о половине адептов мужского пола академии, но от этого сплетни не становятся правдой.

— Но…

— Ее высочеству пятнадцать, Танг! Она ребенок! — зарычал ректор, и его чудовищная морда исказилась гневом. — За кого вы меня принимаете?

Длинный пушистый хвост заметался из стороны в сторону, острые уши прижались к голове.

О, он в самом деле зол.

Но меня таким не испугаешь.

— Вы ведь пока и не женитесь, — заметила я, скрестив руки и стараясь говорить спокойно.

Учитывая, что меня потряхивало, вряд ли моя попытка была успешной.

— Танг, я ведь говорил вам, что не могу жениться, — раздраженно махнул хвостом ректор Стортон.

— Вы говорили, что никогда не женитесь на мне. Спасибо, я хорошо это усвоила, хоть никогда и не давала повода подумать, что заинтересована в браке. А сейчас, ректор Стортон, я хотела бы вернуться в свою комнату.

— Боюсь, ты все не так поняла, Танг, — осторожно произнес ректор Стортон.

— Что же здесь можно не понять?

Он ничего не ответил, только стоял и смотрел на меня этими своими невыносимо синими, как море, человеческими глазами, так привычно и так неправильно выглядящеми на звериной морде. Волосы, аккуратно собранные в хвост сзади, растрепались и превратились в светлую гриву.

— Я должна идти, ректор Стортон.

Хватит, я устала. Уж лучше Томас или Ходж! К ним я, по крайней мере, ничего не чувствую. Их слова не ранят так сильно.

— Ты хотя бы понимаешь, что со мной делаешь, Танг? Хотя бы немного?

— О чем вы?

Он покачал огромной головой.

— Нам нужно в Стортон-холл.

Сердце подпрыгнуло к самому горлу. Поместье, которое уже успело стать мне родным, уютная библиотека, Дрангур, треск огня в камине… Нет, это тоже будет слишком больно.

— Боюсь, в этом нет нужды.

— Вы хотели узнать, что случилось с моей семьей?

Я растерянно кивнула. Но какое это имеет значение?

— Тогда потрудитесь уделить мне немного вашего драгоценного времени и почтить мое родовое поместье своим визитом, — сказав это, он насмешливо поклонился. — Отомрите, Танг. Мы направляемся в Стортон-холл и, ради всех святых, отойдите от шкатулки с крылоключом.

— А если я не хочу никуда идти?

— Боюсь, вам придется. Я все еще ректор, и вы обязаны слушаться.

Я не успела ответить, когда ректор Стортон отвернулся.

— Бен! — рыкнул он.

Молчание.

— Бэн Тернер, у тебя есть минута, чтобы показаться мне!

Снова молчание.

Когда мне уже показалось, что ректор Стортон спятил и разговаривает сам с собой, раздался скрипучий голос:

— Я ничего не слышал! Меня здесь нет.

Ректор Стортон стоял спиной ко мне, но я могла бы поклясться, что он закатил глаза.

— Я в этом абсолютно уверен. Тем не менее, хочу спросить, раз уж ты меня все равно не слышишь: не желаешь ли ты отправиться в Стортон-холл и увидеть Дрангура?

Снова тишина. Когда я уже подумала, что призрак не ответит, из шкафа вынырнул белый бок.

— Дрангура?

— Да, твоего старого приятеля. Раз уж и я, и Уннер, все равно в курсе твоего… положения, я подумал, что ты не откажешься посидеть с ним за бокальчиком, то есть, чашкой, разумеется, чая. Хотя, если ты не хочешь…

— Разумеется, хочу! — подлетел призрак к самому лицу ректора Стортона. — А я смогу пройти через защиту Дрангура? За ворота? Правда, смогу?

— Разумеется, — повторил ректор Стортон. — Я ведь тебя приглашаю.

Призрак радостно затрясся, напоминая пущенный по воде камень, и снова попытался похлопать короткими ручками.

— Ну так чего же мы ждем? Кстати, Олли, я, возможно лезу не в свое дело, но хочу тебе сказать, что твое поведение…

— Ты прав, Бен. Дело не твое. Уннер?

Ректор Стортон повернулся ко мне и вопросительно заглянул мне в глаза. Я сглотнула. С одной стороны, я хотела только оказаться подальше отсюда. С другой стороны… мое любопытство.

Оно в конечном итоге и взяло верх.

— Ректор Стортон, — кивнула я, делая шаг в сторону и давая ему доступ к шкатулке с крылоключом.

Он неловко отогнул огромной лапой край мантии и вытащил из внутреннего кармана завязанную узлом веревку, подцепив ее когтем. Удовлетворенно кивнул.

— Уннер, вы позволите вашу руку?