Красавица из 5 «В»
Шрифт:
— Какая принцесса?! — загалдели мы. — Ты ничего не понимаешь…
Ребекка мигом надулась. Начались первые проблемы. Выручила мама:
— Бекки, ты будешь Прекрасной Дамой!
С этим моя сестра согласилась.
В итоге мы придумали просто грандиозное представление! Бекки играет на синтезаторе, я пою и ещё фехтую с Виталиком, Мишка с Тимуром делают акробатический этюд.
И все мы в мушкетёрских костюмах и со шпагами. Кроме, конечно, Прекрасной Дамы — Бекки, которая в своём платье принцессы будет сидеть где-то там, позади, за синтезатором.
В конце нашего шоу у меня на плечах будет стоять Тимур, как самый лёгкий из мушкетёров.
Мама пообещала помочь с костюмами и тут же позвонила своей подруге Нелли. Тётя Нелли работает в детском театре.
Всё складывалось отлично!
Мы усердно репетировали, сначала каждый по отдельности. Потом собрались все вместе в школе. Бекки скоро надоело бегать с нами, и её игру просто записали для наших репетиций на диск.
Самая последняя, генеральная репетиция прошла замечательно. Мама волновалась не меньше нас.
Накануне конкурса она сама подготовила наши костюмы и аккуратно сложила в два новеньких жёлтых пакета.
Утром мы с сестрой проснулись по будильнику и сели завтракать. Бекки вяло ковырялась в тарелке, мне тоже есть не хотелось.
Мама внимательно взглянула на Ребекку.
— Бекки, ну-ка посмотри на меня! — вдруг сказала она и дотронулась губами до лба сестрёнки. — О, у тебя лоб горячий! Вот ваша вчерашняя горка! Докатались!
И тут же принесла градусник.
— Тридцать восемь! — ахнула мама. — Ребекка, живо в постель!
Сестра слабо сопротивлялась, но тут точку поставил папа, который по утрам подвозил нас в школу. Я же обречённо сказал:
— Мам, всё пропало.
— Нет, прекрасно выступите и без Ребекки! — заявила мама и принесла диск с записью.
— Я сама позвоню Артуру Артуровичу и всё объясню. Попрошу его, чтобы вам не снимали баллы.
Папа торопился на работу. Я не глядя схватил один пакет, кинул туда диск и, расстроенный, побежал за папой. Мы уже опаздывали.
В школе у зала я наткнулся на своих друзей. Они важно разгуливали в мушкетёрских костюмах, гордо демонстрируя шпаги. Я быстро объяснил им всё про больную сестру, про температуру, сунул ошеломлённому Мишке в руки диск и помчался в костюмерную.
Но самое страшное было впереди!
В пакете оказался костюм Бекки! Я тупо смотрел на длинное воздушное платье в оборочках и бантиках и с горечью вспоминал свой великолепный мушкетёрский костюм.
Мысли роились и путались у меня в голове…
Выйти на сцену было необходимо! Невозможно подвести команду. Выйти без карнавального костюма — это явно ещё один минус.
Эх, была не была! Я с отвращением стал натягивать на себя платье Прекрасной Дамы. К счастью, оно тянулось в ширину. Обувь не подошла. Я в отчаянии оглянулся и увидел запасные мушкетёрские сапоги. Надел. Не босиком же идти.
Вместо моей чудесной мушкетёрской шляпы я нахлобучил ужасный парик с накрученными буклями.
Увидев меня, ребята выпучили глаза.
— Ребекка! Ты не болеешь?! — в один голос спросили они.
— Это я, Реми… — прошипел я сквозь зубы, — костюм дома остался, — добавил я и забрал у оторопевшего Виталика свою шпагу.
— Время! Время! На выход! — торопил Артур Артурович, выпихивая нас на сцену. — Действуем! Новые акценты! Импровизация! Вперёд!
И вот я на сцене. В платье Бекки и со шпагой в руках. По залу прокатился лёгкий шум. Тут заиграла знакомая музыка, она захватила нас, и мы стали двигаться почти автоматически, забыв обо всём.
Свет бил в глаза, и мы никого не видели… Но слышали… Представляю, как это было!
Путаясь в юбках, Прекрасная Дама прыгала по сцене и исступлённо вопила в микрофон припев бравой мушкетёрской песни:
— Мушкетёры, вперёд! Мушкетёры, вперёд!
Вдруг, высоко выбросив вверх ногу, как и полагалось по сценарию, Прекрасная Дама, показала всему залу свои великолепные мушкетёрские штаны. Это была единственная часть моего костюма, которую я надел ещё дома. И, конечно, сапоги!
Зал грохнул от хохота. Этого Прекрасной Даме показалось мало, и она стала отчаянно биться на шпагах с мушкетёром Виталиком. Юбки очень мешали, и пришлось их подхватить свободной рукой.
— Давай, Бекки! Не сдавайся! — кричали девчонки из зала.
— Это Реми! Давай, Реми! — кричали мальчишки.
А в это время на заднем плане Мишка с Тимуром старательно выполняли сложный акробатический этюд со шпагами.
Завершить выступление мы планировали пирамидой, и вот один из мушкетёров внезапно оказался на плечах Прекрасной Дамы и поднял шпагу вверх. Двое других поддерживали это сооружение, картинно опираясь на своё оружие.
Зал гремел и рукоплескал!
Только что мы с ужасом ждали позорного провала, а вместо этого получили сразу три награды: билеты в аквапарк — за первое место в нашей возрастной группе, приз «За оригинальность» и билеты в цирк, а ещё приз зрительских симпатий, в виде огромного шоколадного торта.
В тот же день мы дружно съели наш приз зрительских симпатий, оставив кусочек Ребекке. А когда сестра выздоровела, все вместе побывали в цирке и в аквапарке.
Вредная Ребекка всё время повторяла:
— Если б не я, вы бы не получили столько призов!
Но, скажу вам по секрету, все говорят, что гвоздём программы была Прекрасная Дама… со шпагой!
История с попугаем, или Как мы встретили Новый год
Тридцать первого декабря папа вдруг решил, что мы должны обязательно навестить дядю Андрея.
Дядя Андрей — папин старый приятель — живёт далеко за городом.
— Ура! — закричала я. — Едем к дяде Андрею с тётей Ирой! Едем к Лимончику!
Лимончик — это говорящий попугай с жёлтым хохолком, какаду.
Мама пыталась папе возразить:
— Мы же решили встретить Новый год дома, своей семьёй!
Своя семья — это папа, мама, я и наш пёсик Фантик.
— А мы и встретим дома! — бодро ответил папа. — Я всё рассчитал! Проводим старый год в гостях, пообщаемся — и бегом на автобус. К одиннадцати часам будем дома.
В общем, папа маму уговорил.
Как всегда, у дяди Андрея было замечательна! Мы обменялись новогодними подарками, сели за праздничный стол у нарядной ёлочки и стали пить чай с вкуснейшими тёти Ириными пирожками.