Чтение онлайн

Потом взрослые начали какие-то свои разговоры, а я подошла к Лимончику. Он сидел в просторной клетке с качелями и колокольчиком.

— С Новым годом, Лимончик! — сказала я и дала ему кусочек яблока.

— Пр-р-ривет! — отозвался попугай и забавно позвонил в колокольчик.

Я рассмеялась:

— Нет, ты скажи: «С Новым годом! С Новым годом!»

Пока я учила Лимончика новым словам, начался домашний концерт. Папа взял гитару и вместе с дядей Андреем запел свой любимый романс:

«Утро тума-а-ан-ное, утро седо-ое…»

Мама не удержалась и позвала меня — чтобы я продемонстрировала свои таланты. Пришлось сесть за пианино и в который раз сыграть «Сурка» Бетховена. И даже спеть: «Из края в край вперёд иду…»

Выступать мне помогал Лимончик. Птицу выпустили из клетки, и она сразу перелетела на верхнюю крышку пианино. Попугай то внимательно слушал мелодию, склонив набок головку, то начинал быстро бегать по зеркальной крышке — туда-сюда, туда-сюда… Лимончик танцевал!

После выступления я ещё позанималась с Лимончиком, разучивая «И мой суро-ок со мно-ою…»

Конечно, мы еле-еле успели на последний автобус до города. В заснеженном центре было пустынно и очень красиво. Всюду висели сказочные электрические гирлянды, а в окнах и витринах виднелись сияющие ёлочки.

Подошёл наш трамвай. В пустом вагоне сидели кондуктор и три-четыре пассажира. Время приближалось к двенадцати. В вагоне было тихо, только колёса бодро стучали по рельсам.

И вдруг чей-то тонкий скрипучий голос пропел:

— И мой суро-ок со мно-ою…

Потом послышались звуки, похожие на пианино, и снова: «И мой суро-ок со мно-ою…»

Все начали недоумённо оглядываться друг на друга, а мы уставились на мамину большую сумку, куда она положила пирожки «на дорожку» от тёти Иры и свою тёплую шаль. Звуки раздавались оттуда.

Когда мы открыли сумку, то увидели выглядывающего из-под маминой шали попугая Лимончика. Он деловито выковыривал изюм из пирожков.

Попугай уставился на нас и снова громко проскрипел:

— И мой суро-ок со мно-ою…

— Попугай! — объявил всем папа и стал звонить дяде Андрею.

— Следующая остановка — улица …тр-бр-фью! — с присвистом вещал из сумки Лимончик, копируя голос диктора.

— Ну прямо цирк! — умилилась кондуктор.

Мама быстро закрыла сумку, чтобы проказник не вылетел. Это попугаю не понравилось, и он стал сердито вопить и свистеть:

— Улица, улица… Пр-ривет! Др-р-ружок, съешь пир-р-рожок! Фью…

Когда до нашей остановки оставалось совсем чуть-чуть, воздух за окнами вдруг взорвался фейерверком.

Золотые фонтаны взлетели справа и слева и рассыпались сотнями звёзд в тёмном ночном небе. Это чудо повторялось снова и снова! Трамвай, казалось, уже не бежал по блестящим рельсам, а плыл в море волшебного огня.

— С Новым годом! — объявил водитель трамвая.

— С Новым годом! — сказала кондуктор.

— С Новым годом! — начали поздравлять друг друга пассажиры.

Все улыбались. Мне кондуктор дала красивую новогоднюю конфету с длинной пушистой бахромой.

Под громкие взрывы разноцветных ракет мы добежали до дома. Там нас ждал перепуганный шумом Фантик. Я подхватила пёсика на руки и шепнула ему на ушко:

— С Новым годом, трусишка! А у нас гость…

Гость, то есть Лимончик, выбрался из сумки, отряхнулся от крошек и взлетел на мамин любимый фикус.

— Др-р-ружок, съешь пир-р-рожок! Следующая остановка! Фьюу-у! — прокричал попугай и присвистнул, глядя на ошеломлённого Фантика.

Довольный эффектом, какаду громко хлопнул крыльями и торжественно пропел:

— «И мой суро-ок со мно-ою…»

А папа сказал маме:

— Ты прости меня, что мы так встретили Новый год, в трамвае и с попугаем…

— Это был самый удивительный Новый год в моей жизни! — смеясь, ответила мама.

Напоминаю вам, друзья, — А вдруг не слышал кто-то — Отныне на родителей Запрещена охота! И под кроватью затаясь, И за углом буфета, Нельзя теперь в родителей Стрелять из пистолета! Запрещено подстерегать На кухне и в гостиной, Когда они на водопой Идут тропою длинной. Поверьте, ваша доброта Ещё вознаградится: Родители всего одни И могут пригодиться! Советы укротителя: На дикого родителя Не надо топать и кричать, А надо лаской приручать! Я в своей родной квартире, Как на службе строевой. У меня все командиры, Только я здесь рядовой! Всем я должен подчиняться: По приказу — одеваться, По приказу — умываться, Ровно заправлять кровать. По команде — есть садиться, По заданию — учиться, По режиму — спать ложиться, По будильнику — вставать! Теперь вам ясно, почему Начал огрызаться я? Конец терпенью моему. Демобилизация! Нет вопроса Хуже и вредней, Чем вопрос «А кто из нас главней?» Если задаёшь такой вопрос, Значит, ты до дружбы Не дорос. Потому что, Если мы друзья, Должен понимать, Что главный — я!

После уроков Витя Малёхин и Боря Журналов как всегда играли 45 компьютерные игры. Да так заигрались, что не заметили, как за окном стало темно. Тут и мама Вите на мобильный позвонила:

— Опять у Бори играете? Вы хоть уроки сделали?

— Делаем! — сказал Витя, глядя на так и не раскрытые учебники и тетрадки.

— Всё равно пора домой!

— Ни доиграть не успеем, ни уроки сделать, — расстроился Витя, пряча мобильник в карман.

— Доиграть успеем! — сказал Боря и остановил игру. — Только Ольге Васильевне надо позвонить, чтобы она нас завтра не спрашивала. Тут у брата такая хитрая программка есть, голоса меняет…