Чтение онлайн

Я свернулась калачиком на огромной застеленной кровати и закипела от злости.

Мне нужно уехать отсюда. Вернуться в свою квартиру. Слава богу, я не прекращала платить за аренду.

Я хотела подождать несколько недель, просто чтобы выяснить, поладим ли мы с Дэвоном. Как оказалось, поладили.

Нам мешало только одно – его невеста.

А может, Луиза даже не его невеста, но она была права в том, что сказала мне, когда Дэвон еще не вернулся домой.

«Дэвон всегда поступает правильно, и сейчас правильный поступок – жениться на мне. Признай поражение, Эммабелль. Для тебя игра проиграна. У него нет выбора».

Позади раздался тихий стук в дверь. Я не шелохнулась и не издала ни звука.

– Можно? – хрипло спросил Дэвон с той стороны двери.

Его голос звучал отнюдь не виновато. Скорее казалось, что он нарывается на ссору. Что ж, ему сегодня повезло.

– Это твоя квартира.

Дэвон сказал ей, что я стриптизерша. Иначе она бы меня так не назвала. Наверное, хвастался, что я владелица бурлеск-клуба. Многие мужчины считали мой род занятий низменным и привлекательным. Но привлекательным не в плане «однажды я на ней женюсь». А скорее как «глянь, какую чокнутую я трахаю».

Я почувствовала, как матрас позади меня прогнулся. Его внушительная фигура расположилась на кровати, и я ничего не могла с этим поделать.

– Я бы хотел еще раз подчеркнуть, что мы с Луизой не вместе и не помолвлены. Я бы никогда не переспал с тобой, если бы был с другой.

Я издала смешок, отказываясь поворачиваться к нему лицом.

– Брось. Ты сам признался, что спал с другими, после того как я забеременела.

– Спать с другими и иметь постоянного партнера – не одно и то же.

– Ну тогда иди и скажи другим своим подружкам, что наконец-то нашел свою единственную.

– У меня нет других подружек, – раздраженно сказал он, будто из нас двоих именно я вела себя неразумно. Разве? – В тот день, когда тебе прокололи шины, я перестал отвечать на звонки других женщин. За кого ты меня принимаешь?

– Ох, поверь, ты не захочешь, чтобы я отвечала на этот вопрос.

В комнате воцарилась тишина. Я слышала щебетание птиц и гудки машин за окном. В самый разгар дня все привычные звуки кажутся очень угнетающими, когда весь твой мир рушится.

– Давай, женись на ней, Дэвон.

В конце концов, это станет прекрасным доказательством тому, что он точно такой же, как и все остальные мужчины в моей жизни. Неверный и ненадежный.

– Ты этого хочешь? – произнес он как вопрос. Причем с большим подвохом.

Он что, хотел моего благословения, чтобы оставаться хорошего о себе мнения?

Этот мужчина меня погубит. Но я уже давно усвоила, что у разрушения есть и обратная сторона.

Оно закладывает основу для восстановления.

– Да, – неожиданно ответила я. – Ничто не осчастливит меня сильнее, чем возможность видеть, как ты женишься на другой. Может, тогда ты наконец перестанешь за мной бегать. Начинает веять отчаянием, знаешь ли. Особенно от мужчины твоего-то возраста.

– Ты не так молода, как думаешь, – с сожалением сказал он.

– А ты обдумываешь такой вариант, – осуждающе ответила я.

Черт, я сама не понимала, о чем вообще думала. Что говорила.

Зачем я его подталкивала?

– Да, – тихо сказал он.

Все внутри меня разбилось на тысячу осколков.

Вот что бывает, когда открываешься, пусть даже самую малость.

– Что ж… – я улыбнулась, надеясь, что Дэвон не видит слез, которые потекли по лицу. – Не позволяй мне стоять у тебя на пути.

Я почувствовала, как приподнялся край кровати, когда он встал и пошел к двери.

– Я тебя понял, Мечта.

Следующие несколько недель я была раздражительной и агрессивной.

Вымещала свою злость всюду, где только могла. Громко стучала по клавиатуре, пока работала с электронными таблицами у себя в кабинете. Кричала на Росса по тупейшим причинам, когда он осмеливался заговорить со мной о чем-то, кроме работы.

Когда мама приехала в гости из пригорода и привезла детскую одежду желтого цвета, я разоралась, что покупать вещи до рождения ребенка – плохая примета.

А еще я почти уверена, что всюду бегала трусцой, а не ходила пешком, из-за адреналина, несшегося по венам.

С того дня я больше ни разу не видела Луизу, но могла только догадываться, что Дэвон продолжал с ней видеться.

Он больше не приходил домой ровно в шесть, как раньше.

Честно говоря, я вообще почти не виделась с ним. Если мы все же встречались, что обычно случалось рано утром, когда я, проснувшись, шла перекусить, а Дэвон возвращался с занятий фехтованием, то он лишь коротко кивал мне, но не задерживался, чтобы выслушать ежедневные словесные оскорбления, которыми я щедро его осыпала.

Сильнее всего я ощущала острое, страшное чувство потери. Я сожалела о каждом случае, когда ужасно с ним обращалась, понимая, что сама во всем виновата. Я была невыносима с самого первого дня. А теперь, когда захотела стать для него сносной, стало слишком поздно.

Я не сомневалась, что Луиза до сих пор околачивалась в Бостоне с единственной целью – прибрать его к рукам.

Дэвон уходил из дома в любое время дня и ночи, вероятно, знакомясь с ней поближе, восстанавливая былую связь и планируя их новую совместную жизнь.

Однажды утром, когда мы оба оказались на кухне, я не сдержалась.

Пока он готовил себе протеиновый коктейль, а я наливала в стакан матчу, я повернулась к нему и спросила:

– Как там поживает Луиза?

– Вполне неплохо, – холодно ответил он.

В этот момент я по обыкновению вставила бы колкость или какое-то оскорбление, но была так измотана, так подавлена и так зла на саму себя, что только спросила:

– Так вы?..

Дэвон приподнял бровь, ожидая окончания вопроса.