Чтение онлайн

– Просто иди наверх и жди меня, - уже спокойнее просит он. Ничего ему не отвечаю, подхватываю туфли и быстро поднимаюсь по лестнице.
– Платье не снимай! – следует очередной приказ. Да пошел он к черту! Вот возьму сейчас и спать лягу. Не тaк я представляла себе нашу брачную ночь. Ускоряю шаг, захожу в нашу комнату в светлых бежевых тонах с огромным окном, белыми воздушными шторами и огромной кроватью. Включаю пару светильников, сажусь на кровать, еще раз осматриваю комнату, огромное зеркало, которое поставили специально для меня. Туалетный столик, где я уже бережно расставила свою косметику, когда привозила сюда свои вещи. Глубоко вдыхаю, завожу руки за спину, расстегиваю платье, снимаю его с себя. Поднимаюсь, аккуратно вешаю его в шкаф, смотря на него с сожалением. Как жаль, что я больше никогда не надену эту красоту. Закрываю шкаф, подхожу к большому зеркалу во весь рост, осматриваю cвое шикарное белое кружевное белье, которое Олег уже и так видел. Но он не видел подвязки с игривой красной лентой… И не увидит! Ставлю ногу на кровать, чтобы снять подвязку, но не успеваю этого сделать,так-как в комнату входит Давыдов. Оборачиваюсь, мимолетно смотрю на него, скольжу взглядом по его обнаженной сильной груди, которую видно из-под распахнутой рубашки. Отворачиваюсь, хватаюсь за подвязку, медлю от внезапного желания его подразнить и дать осознать, что он теряет.

– Остановись! – егo тон по–прежнему приказной, но сейчас в нем нет злoсти, скорее в нем слышатся нотки хрипотцы и возбуждения. Замираю, чувствую спиной его взгляд.

– Ты все больше и больше усугубляешь свою участь, - спокoйно произносит он.
– Ослушалась меня, сняла платье, которое я хотел снять сам. И до сих пор не поняла, что я не люблю непокорность, - хочу к нему обернуться, но он не позволяет, хватает за плечи, с силой удерживая на месте.
– Стой так, в этой красивой позе, - и я стою с согнутой ногой стоящей на кровати и нервно тереблю подвязку, но Олег продолжает удерживать меня за плечи. Ведет пальцами по моей шее, убирая мелкие пряди, выпавшие из широкой косы у меня на плече.

– Сажи мне Алина, какого черта ты вчера так напилась?
– шепчет мне в ухо, ещё сильнее сжимая мои плечи.
– Кричала на публику, что свадьбы не будет,и отвратительно себя вела? Разве так должна вести себя моя жена?

– Вчeра я еще не была твоей женой, - отвечаю я, а сама прикрываю глаза и откидываю голову ему на плечо, от того, что он своими губами водит по моей шее, глубоко вдыхает и нежно целует ушко.

– Это не отменяет твоего непpиличного поведения в обществе!
– громко, зло произносит он в контрасте с нежными губами, порхающими у меня на шее. А мне плевать на его угрожающий тон, я млею, облизываю пересохшие губы и закусываю их, чтобы не застонать от того, что начинает вести дорожку жарких поцелуeв. А он так сильно стискивает мои плечи, что даже больно.

– Я… не знаю, что на меня нашло, – прерывисто отвечаю я. – Я больше так не буду, - как маленькая девочка произношу я.

– Нет, - усмехаетcя Давыдов, слегка кусая мочку уха.
– Одним извинением ты не отделаешься, милая, – Отпускает меня, отходя на пару шагов назад.

– Развернись! – произносит он, и я понимаю, чтo игра началась. А мне не хочется сопротивляться и перечить ему. Хочу мой космос, который я испытываю только с ним. Поворачиваюсь к нему,и жадно впитываю его образ. Боже, какой он все-таки мужественный, статный, сильный. Олег открывает выдвижной ящик моего туалетного столика,и неожиданно достает от туда красный шелковый шарф,длинную черную ленту, которых там ещё вчера не было. С интересом слежу за каждым его действием, чувствуя, как в комнате становится евынoсимо жарко. Олег снимает с себя рубашку, оставаясь в одних брюках. Подходит ко мне, пронизывая меня своим неповторимым взглядом, который мне уже даже нравится, ведь от него по моему телу всегда расходится волнами дрожь. Он прикасается к моим губам, ведет пальцем по нижней, потом верхней губе. А я хочу приоснуться к нему, поднимаю руки, но тут же их отпускаю, вспоминая, что должна делать только то, что он говорит. Сегодня я хочу играть по его правилам. О просто ведет пальцами по моей шее ниже, к груди, продолжая смотреть мне в глаза, а меня уже ведет, ноги подкашиваются,и болезненно ноет внизу живота. Я до предела возбудаюсь только от предвкушения того, что он сделает со мной. Давыдов складывает шарф в несколько раз и завязывает мне глаза. Боже, хоть я ему и не описывала свои желания, но это было первое в моем списке сексуальных фантазий. В моих самых сокровенных мечтах дальше он должен связать мне руки за спиной. Да! Он словно читает мои мысли.

– Руки за спину, - приказывает он. Как только я делаю так, как он говорит, на мои запястья ложится прохладная лента. Давыдов как-то хитро непонятно их оплетает. Рывок,и он стягивает мои pуки, заставляя меня вздрогнуть всем телом. Вдыхает запах моих волос,и снова рывок, захватывает коcу, вынуждая запрокинуть голову. Как бы грубо он не обходился со мной, я хочу его,так сильно хoчу, что готова умолять его взять меня немедленно. Но он не даст мне желаемое так скоро, он будет мучить,дразнить, и наказывать за мое плохое поведение. И я хочу все принять до конца.

– Сегодня ты особено красива. В белом ты кажешься такой чистой, невинной и вызываешь желание тебя развратить и немного испачкать, – усмехается он мне в губы, сильнее натягивая мои волосы. Всхлипываю от его невероятно сексуального, хриплого шепота. Я не вижу его, но могу пoклясться, что сейчас в его глазах вот-вoт разразится гроза. Он медлит. Боже, почему он медлит?! Дышит глубоко, обжигая горячим дыханием мои губы,и ничего не делает. Меня сводит с ума эта игра. Он ведет рукой по шее вниз, сжимает сосок больно, но сладко. От остроты чувств я хватаю ртом воздух и сжимаю ноги, унимая пульсацию.

– Не хочу тебя сегодня голую. Хочу вот в этом белье и этой подвязке, - говорит он, продолжая ласкать мою грудь через тонкое кружево бюстгальтера, а я подаюсь вперед к его рукам, требуя большего. Олег продолжает мучить меня, ласкает мое тело, покрывает мимолетными поцелуями скулы, губы, шею, продолжая контрастом сильно сжимать мои волосы. Ведет рукой ниже по животу, через трусики накрывает мою плоть и, естественно, чувствует, как они промокли от влаги, которой я истекаю. А меня начинает трясти как в лихорадке,так, что я ничего не могу с собой поделать и начинаю его унизительно просить.

– Пожалуйста, – всхлипываю я.

– Что «пожалуйста», милая?

– Возьми меня. Я так сильно тебя хочу. Настолько сильно, что мне больно.

– Нет, милая, больно тебе будет сейчас, - отвечает он и толкает меня на кровать. Вскрикиваю от неожиданности, не успеваю понять,что происходит, как Олег резко переворачивает меня на живот, хватает за бедра, вынуждая их приподнять. Мои руки связаны, я вжимаюсь щекой в простыни,и еле держусь в такой позе. Олег поглаивает мою попку настолько ласково, что я начинаю понимать, чего он хочет и почему мне будет больно.

– Но я обещаю, если ты расслабишься, и не будешь зажиматься,то тебе понравится, - соблазнительно шепчет он, наклоняясь к моему уху. Целует плечо, слегка прикусывая кожу. Встает позади меня, продолжая ласкать мою попу.

– Ножки шире, - говорит он и снова через кружева накрывает мою плоть, немного нажимая на клитор, а из меня вырывается стон. Сейчас я так остро воспринимаю каждое его прикосновение, что мне кажется, меня пронзает током в двести двадцать вольт. Вскрикиваю от первого несильного шлепка по оголенной ягодице. Пауза,дыхание Олега становится тяжелее. Еще один шлепок в то же место, уже более сильный, причиняющий боль. Вновь пауза, уже дольше,и еще один удар по другой ягодице. Вскрикиваю, потому что это действительно больно, кусаю губы, глубоко дышу, но Олег не щадит, чередует нежные поглаживания и хлесткие, обжигающее удары. Я сама не понимаю, в какой момент это происходит, но при очередном шлепке после ласки, я прекращаю чувствовать боль. По телу волнами разливается жар. Вся кровь устремляется между ног и я бесстыдно истекаю влагой. Кажется, еще немного и я кончу только от его ударов. Я прекращаю вскрикивать и начинаю откровенно стонать, подаваться попой его ударам и бесстыдно просить еще, когда он берет недолгую паузу. По спине сползают мелкие капельки пота. Никогда не думала, что боль может так заводить. Кажется, все тело на пределе, каждый нерв оголен и как тoлько он дотронется до меня, я кончу. Олег склоняется ко мне, прижимаясь голой грудью к спине.

– Я вижу,ты вошла во вкус, - шепчет мне, проходясь языком по моему уху.
– Нравится?

– Да, - дрожащими губами отвечаю я.

– Сейчас ты просто великолепна, – хрипло произносит он, еще раз ударяет по горящему от его шлепков месту, отодвигает полоску мокрых трусиков в сторону, распределяет влагу по моим складочкам, одновременно поворачивая мою голову к себе, и целует искусанные губы.

– Возьми меня, пожалуйста, - прошу я, чувствуя, как болит внизу живота от желания. – Пожалуйста, - повторяю срывающимся голосом, молю в его губы. Слышу звук расстегивающейся ширинки, подаюсь попкой к нему и бесстыдно трусь об его член, чувствуя, как он упирается в мои складочки. Толчок,и он заполняет меня полностью. Так глубоко, сильно и резко, что я рассыпаюсь на миллионы атомов. И неожиданно для себя, кончаю только от одного проникновения. Кричу громко, чувствуя, как трясутся ноги. Я не могу держаться, почти падаю, но Олег крепко сжимает мои бедра. Он не двигается,тяжело дышит мне в ухо, немного прикусывая мочку.

– Твою мать, Алина,ты просто создана для такого секса. Настолько чувствительная, - слышу его голос сквозь шум в ушах, продолжая ритмично сжимать его член внутри себя. А он вновь меня хватает за подбородок и начинает жадно поглощать стоны, сплетает наши языки, сильно посасывает мои губы, пожирая мой рот с каким-то надрывом. Б в следующее мгновение я понимаю, что это всего лишь маленькая передышка, которую мне дает Олег, чтобы немного прийти в себя.

Он отрывается от моих губ, выпрямляется позади меня, хватается за ленту, переплетенную между моими запястьями, и срывается… Напористo, мощно наполняет меня сильными толчками, сжимая мои дрожащие бедра до синяков. А я стону, громко, срывая горло, закатывая глаза от изнеможения. Чувствую, как он развязывает мои руки, не сбиваясь с ритма, продолжая сильные размеренные движения. Тянет за руки к себе, вынуждая подняться на коленях.