Чтение онлайн

В глубине души Коннер и сам хотел этого.

— Мама, а ты не думала, что я могу оказаться таким же, как отец? — спросил он. — Вдруг мне будет недостаточно одной женщины?

— Насколько я помню, ты никогда не относился серьезно ни к одной женщине, — продолжала мама. — Однако со слов Джейн я поняла, что с появлением Николь все изменилось. Или я ошибаюсь?

— Да, мама. Николь — первая женщина, пробудившая во мне серьезные чувства.

— Твой отец любил всех своих женщин, Коннер. Я долго с этим боролась, но потерпела поражение. У него не было той единственной, которую он выделял бы из множества других. Ты не такой, как он.

— Но что, если я ее предам, мама?

— Любовь — самое сильное чувство на земле. Если даже у вас с Николь ничего не получится, попробовать стоит. Не нужно себя обманывать. Вы оба заслуживаете счастья.

Коннер долго молчал, пытаясь собраться с мыслями.

— Сынок, так я скоро увижу вас вместе?

— Мама, если мы помиримся, ты узнаешь об этом первой.

Голова Коннера буквально раскалывалась. Он повесил трубку и встал с кровати. Слова матери наполнили его решимостью. Надо вернуть Николь.

Он принял душ, побрился и посмотрел на себя в зеркало. Усталый взгляд и круги под глазами — перспектива предстать в таком виде перед любимой женщиной не прельщала его.

Он не знал, как ее вернуть. Но знал, что должен это сделать.

Наконец Коннер взял телефон и набрал ее номер. После долгих гудков включился автоответчик. Коннер оставил сообщение:

— Это Коннер. Я прочитал твою колонку в журнале. Нам нужно поговорить.

Он положил трубку, но через пять минут позвонил снова. Не дождавшись ответа, отложил телефон в сторону.

Да, теперь Коннер не сомневался, что любит Николь. И она должна знать об этом. Он вышел из дома и отправился в ближайший ювелирный магазин. Свои слова он хотел подкрепить обручальным кольцом.

Кроме того, Коннер купил браслет с сердечками. Увидев его на прилавке, он поразился игре света в кристаллах Сваровски. Этот блеск напомнил ему ту искру, которая промелькнула между ним и Николь в момент их первой встречи.

Захватив по дороге цветы и шампанское, он отправился домой — ждать звонка. В три часа дня Николь наконец позвонила — в тот самый момент, когда Коннер, устав томиться в ожидании, уже готов был ехать к ней.

— Здравствуй, Николь.

— Здравствуй, Коннер. Что случилось?

— Я хочу пригласить тебя к себе, чтобы обсудить твою статью.

— Не думаю, что это хорошая мысль.

— Пожалуйста, — попросил он. — После всего, что между нами было, ты не сможешь мне отказать.

Николь вздохнула:

— Хорошо, я вызову такси.

— Рэнделл ждет тебя у подъезда.

Коннер повесил трубку. Он осмотрел комнату — все ли выглядит так, как надо. Затем сел в кресло. Начался отсчет самых длинных пятнадцати минут в его жизни. Услышав шум подъехавшего лифта и приближающиеся к его квартире шаги, он вытер о полотенце вспотевшие ладони и обратился к Небесам с мольбой: пусть Николь простит его.

Ей не верилось, что она снова оказалось в пентхаусе Коннера. Николь старалась притвориться, что приехала сюда только ради ребенка, но на самом деле в ее сердце вновь затеплилась надежда.

Увидев Коннера в дверях, она сразу вспомнила момент расставания. Затем его холодное и неожиданное «прощай» в коридоре студии. Как ни надеялась она на счастливый исход этой встречи, Николь боялась, что все может закончиться так же болезненно.

— Проходи, — пригласил ее Коннер, отступая в сторону.

Не успела Николь переступить через порог, как он схватил ее и крепко прижал к себе. Настолько крепко, что она уже не могла сдержать слезы.

Коннер поцеловал ее в губы. Николь не могла ему отказать. Она верила — на этот раз он позвал ее, чтобы она осталась.

Коннер поднял ее на руки и понес в гостиную. Николь увидела, что комната украшена розами, и огромный букет ждет ее на кушетке. Коннер не стал садиться рядом.

— Спасибо, что приехала, — сказал он.

— Прости, что не прислала статью на одобрение.

— Я позвал тебя не за этим.

— Тогда в чем дело?

Он обхватил голову руками. Николь не забыла, что означает этот жест. Коннер волнуется.

— Я попросил тебя приехать, потому что понял, каким был глупцом. Я дважды глупец, потому что дважды упустил свое счастье.

— С этим трудно спорить, — едва сдерживая слезы, согласилась Николь. Происходящее, по ее мнению, просто не могло быть правдой. — Неужели ты передумал?

Коннер опустился на одно колено возле нее и коснулся пальцем округлившегося живота:

— Я не желаю своему ребенку такого детства, какое было у меня. Никаких тайн, секретов и лжи. Поэтому я хочу…

— Что? — спросила она после недолгой паузы.

— Хочу сказать, что я люблю тебя, Николь.

Слезы потекли по ее щекам.

— Ты уверен? Несколько дней назад ты говорил, что не можешь предложить мне большего.

Коннер кивнул:

— Я уверен. Все это время я любил тебя, но ты была права — я боялся признаться в этом даже себе. Я по тебе скучал, Николь. Я так сильно по тебе скучал. — Его глаза наполнились слезами. — Я люблю тебя и надеюсь, что ты меня не разлюбила. Но даже если так, я готов на все, лишь бы снова завоевать твою любовь.

— Я не разлюбила тебя, Коннер, — призналась Николь, вставая.

Она одной рукой дотронулась до его щеки, а другую положила на свой живот. Коннер поднялся и снова прижал ее к себе.

— Я не могу жить без тебя, — прошептал он ей на ухо. — Ты говорила, что я боюсь демонстрировать свои чувства. Ты права. Но тебе не удастся найти человека, который будет любить тебя сильнее, чем люблю я.

— Мне не нужен никто другой, — ответила Николь и поцеловала его в губы.

— А теперь, — Коннер снова опустился на колено и вытащил из кармана небольшую коробочку, — Николь Рейнолдс, согласна ли ты стать моей женой?

Она присела рядом ним и вынула из коробочки кольцо:

— Да, Коннер Макейфи. Я согласна.

Он обнял Николь, поцеловал в обе щеки и в губы:

— Ты беременна, но, может быть, отметим твое согласие бокалом шампанского?

— Разве что половинкой, — улыбнулась молодая женщина.

— А пока я открываю бутылку, предлагаю тебе заглянуть вот сюда. — Коннер достал из кармана еще одну коробочку.

— Ты меня избалуешь.

— Я твой должник. К тому же безумно влюбленный.

Николь примерила браслет, и сердечки-кристаллы заиграли под лучами солнца.