Чтение онлайн

— Снайпера нанял я, — признался он, — а вот мальчишку с ножом — Виктория. После твоей смерти, наследство получила бы не она, — он сделал паузу и вцепился в него острым взглядом, — а твоя дочь, которую ты сейчас пытался всучить мне.

Руслан нахмурился и выпрямился.

— О чем ты, черт возьми, говоришь?!

Руслан шарил по нему бегающим взглядом, боясь упустить важную деталь, но Савичев продолжал смотреть на него и неожиданно его губы растянулись в недоброй улыбке, почти в злой усмешке.

— Трофимов, ты папа этого ребенка.

— Это неправда!!! Там всего один раз было, и мы предохранялись, — сказал Руслан скорее себе, чем ему.

— Стопроцентной защитой является воздержание, а резинки, если ты говоришь именно о них, имеют свойства соскакивать, рваться и вообще застревать в женщине…

— Заткнись!!!

— Она тебе не сказала о ребенке, — продолжил Савичев. — Хотя, зная эту лису, можно предположить, что ждала удобного случая. И вот он представился. Она решила моими руками подправить свои дела. Я уверен, что Вика ждала, пока снайпер сделает свою работу. Но тут он облажался и она, чтобы не терять такой шанс взяла дело в свои руки.

— Заткнись!!!

Его голос отозвался от голых стен невидимой вибрацией. Руслан вскочил на ноги и стул, опрокинувшись, издал неприятный звук. Горло и легкие сжались до такой степени, что ему стало трудно дышать.

Савичев испугался, тоже поднялся на ноги и сделал несколько шагов в сторону выхода. Руслан пытался выровнять дыхание, унять пустившееся в галоп сердце и замотался по комнате из стороны в сторону, словно зверь в клетке. Неправдоподобная мысль стучалась в его сознание, но он боялся пропускать ее и принять. Это не могло быть правдой! Только не таким образом!

— Ну ты и влип, — услышал Руслан сзади его голос и обернулся. — Теперь ты догадываешься, кому именно нужна твоя смерть, даже больше, чем мне?

Его словно озарила вспышка, и все детали разорванной временем картины стали на свои места. Причина, по которой его потянуло именно в этот городок — Алиса! Он вспомнил, как много раз пытался прогнать от себя отцовскую симпатию к девочке, объясняя это себе тем, что тронулся умом после аборта Марины. А ведь чувства к девочке были настоящими! Он не сошел с ума!

— Господи, — прошептал Руслан, чувствуя колотящееся от переизбытка чувств сердце и дрожь в теле.

Он несколько раз сжал и разжал кулаки, пытаясь прийти в себя. Савичев это расценил по своему и на всякий случай взялся за ручку двери. Стены давили на него и заставили побежать к выходу. Ему нужно было выйти на свежий воздух. Савичев быстро отошел в сторону и все же успел бросить, когда Руслан открыл дверь:

— Того парня с ножом к тебе послала Вика и договорилась с ним, чтобы он в качестве заказчика указал меня. Здесь нетрудно догадаться. Я готов ответить за поджог и снайпера, но никак не за делишки этой змеи.

Руслан замер, нервно провел рукой по волосам и обернулся. Его злость полностью испарилась, а на его место пришла растерянность и чувство нарастающей паники. Он ничего не ответил и, практически оттолкнув в сторону появившегося из ниоткуда Коновалова, последовал к выходу.

— Руслан Алексеевич, — окликнул его следователь и побежал за ним. — Есть разговор.

— Никаких разговоров! — отрезал он, выскочив наружу и направляясь к своей машине.

— Это касается Комаровой Виктории.

Руслан выругался и резко остановился. Все его мысли были заняты Алисой, а точнее злой иронией судьбы, заложником которой он оказался. Следователь чуть не врезался в него, но сумел избежать столкновения.

— Хотел вам сообщить, что тот парень после моего ухода поменял свои показания. Недавно с коллегами поговорил по телефону. Савичев к нападению с ножом не имеет никакого отношения.

— Я знаю, — произнес он севшим голосом. — Я знаю. Твою мать! Все это не укладывается в голове!

— Вы себя нормально чувствуете? — спросил Коновалов, вглядываясь в его лицо. — Не садитесь сейчас за руль. Идемте, я налью вам кофе.

— Не хочу я ничего! — Руслан нервно провел по шее рукой и снова вздохнул.

— Кстати, полицейские направились в дом ее матери. Предположительно, Виктория находится там. Надеюсь, никуда не сбежала.

— Не трогайте ее, — неожиданно для себя произнес Руслан и удивил следователя.

— Она заказала ваше убийство и…

— Она мать моего ребенка! — сказал он так, будто выругался, а не констатировал факт. — Если от меня что-то зависит, то я напишу и подпишу, — добавил он, махнув рукой уже ничего не понимая, что произносит.

— Это уже невозможно.

— Я могу забрать заявление обратно?

— Нет, сотрудники правоохранительных органов не имеют право его отдавать просто по первой просьбе. Зачем вы вообще это делаете?

— Я же сказал, что она мать моего ребенка, — сказал Руслан и прислонился к бамперу машины. — Я сейчас узнал, что у меня есть ребенок.

Следователь ничего не ответил. Почти стемнело. Опускающееся за горизонт солнце показывало угасающие лучи и окрасило его в оранжевый цвет. Руслан посмотрел по сторонам. Несколько пешеходов прошли мимо забора отделения полиции и скрылись за поворотом.

— Это хорошо или плохо? — спросил Коновалов.

— Хорошо, что ребенок есть, плохо, что я пропустил ее рождение, и еще хуже то, что мне предстоит теперь сказать ей, почему я появился в ее жизни спустя столько лет. Я вообще не понимаю, нужно ли говорить об этом ей. Я не знаю, как теперь с ней заговорить и что делать.

— Это девочка или мальчик?

— Девочка, — ответил он. — Алиса. Ей почти шесть лет. Господи…я даже не знаю день ее рождения! Я о ней ничего не знаю! Только то, что она любит мороженое и животных. Больше ничего.

— Вы не переживайте, — произнес Коновалов, полностью заинтересовавшись в жизни постороннего для него человека. — Я иногда тоже забываю о днях рождениях своих детей. Все из-за работы. Жена напоминает и мне за это очень стыдно.

Трофимов понимал, что ситуации у них совсем разные.

— Нужно сделать так, чтобы Виктория не пострадала в этом деле, — сказал Руслан, проигнорировав его откровение о детях. — Я понимаю, что она хотела моей смерти, но ее осуждение скажется на ребенке, ее сестре и матери. Если от меня что-то зависит, то я сделаю.