Чтение онлайн

— Полагаю, ты расскажешь мне все!

Она вытерла глаза, поправила волосы и постаралась перестать плакать.

— Я медитировала, восстанавливая в памяти ночь в имении правителя Мори. Я видела два эпизода из того, что произошло. В первом случае я была в его комнате, когда он спал. Он проснулся и посмотрел на меня. Он спросил меня, кто я такая и что там делаю. Потом он полз, размазывая по полу кровь из своих ран. И молил меня о пощаде.

Сано слушал — с ужасом, который нарастал с каждым словом Рэйко. Из них следовало, что она по собственной воле пробралась в спальню и внезапно напала на беспомощного правителя Мори.

Рэйко вздрогнула и продолжила рассказ:

— Второе видение было еще хуже. Я была с ним в постели. Он лежал на мне. Мы занимались… — Она стала царапать себе плечи, словно пытаясь соскоблить плоть, которая касалась правителя Мори, и затрясла головой.

Воображение Сано дорисовало эту сцену. Его объял невероятный ужас: все складывалось так, что его жена соблазнила в ту ночь правителя Мори.

— Потом у меня в руках появился кинжал. Я бросилась на правителя Мори. Я ударила его кинжалом. — Рэйко показала, как она это сделала. — Сано содрогнулся. — А затем… — Ее затошнило, из горла вырвались сдавленные звуки. — А затем я стояла на коленях над лужей крови. В ней плавала белая хризантема. В руках у меня были гениталии правителя Мори. — Рэйко опять изобразила, как это было. Сано показалось, что он действительно видит у нее в руках отрезанный, окровавленный член. — Потом я сказала… я сказала: «Поделом тебе, порочный выродок!»

Она бросилась на пол и зарыдала так, что тело ее забилось в конвульсиях.

— Поэтому, как ты видишь, это правда. От нее не спрятаться. Я его убила! Я заслуживаю наказания!

Сано был так ошарашен происходящим, что утратил дар речи. Еще недавно он сожалел, что не располагает надежными свидетельствами того, как произошло убийство. Теперь они у него были. Собственные воспоминания Рэйко были самыми вескими уликами против нее. И все же его не покидало странное чувство облегчения — Рэйко наконец была с ним искренна. Сейчас, когда между ними не было недосказанности, он, как никогда прежде, был склонен оправдывать ее.

— Быть может, эти видения не означают того, чем кажутся, — сказал он с усилием.

Она села и недоверчиво посмотрела на него красными, распухшими от слез глазами.

— Что еще они могут означать?

— Возможно, ты просто вообразила то, что увидела в них.

— Едва ли. Они были такими яркими. — Рэйко была в отчаянии. — Они происходили в реальности. Я знаю, что все это было, как бы мне ни хотелось поверить, что это одни лишь видения.

— Может, это были сны. Сны могут очень походить на явь. Возможно, в выпитом тобой вине был яд, который послужил причиной столь сильных галлюцинаций, что ты подумала, что они — воспоминания о происходивших в реальности вещах.

— Но это нам неизвестно! Как мы можем быть уверены в том, что я не делала того, о чем мои воспоминания говорят как о содеянном мною?

— Я знаю тебя. — Сано взял ее влажные, холодные хрупкие пальцы в свои. — Я знаю, что ты не могла убить правителя Мори.

На ее лице мелькнула тень, словно облако проплыло над разоренной бурей местностью.

— Ведь нельзя сказать, что в прошлом мне не доводилось убивать. Почему же я не могла убить в этот раз?

Сано отбросил мысль о том, что его жена настолько обвыклась отбирать жизни, что лишилась моральных ограничителей, способных остановить ее.

— В других случаях ты убивала, защищаясь. Или чтобы защитить других. Это не было убийством. К тому же у тебя не было причин убивать правителя Мори. Ты сама это говорила.

— Может, я оказалась перед ним потому, что он задушил мальчика. Может, я хотела узнать, что он сделал с сыном Лилии. Может, я хотела покарать его за их убийство. — Рэйко опустошенно вздохнула. — А может, и не было мальчика. Лилии, Дзиро… Все они из какой-то выдуманной истории… Может, я убила правителя Мори, потому что мы были любовниками и он решил меня бросить.

Она с подозрением взглянула на Сано.

— Или, может, я сделала это, потому что он пытался предать тебя.

— Нет, — сказал Сано; он был раздосадован тем, что она может считать, что сказанное во время сеанса медитации может быть правдой, несмотря на то что медиум созналась в мошенничестве. — Это не так. И если даже ты не можешь вспомнить все, что произошло той ночью, ты наверняка не могла забыть всего, что привело к ней.

— Не могла? — Лицо Рэйко застыло, отражая неуверенность, испуг. — У меня такое чувство, будто я схожу с ума. Я больше не знаю, на что способна. Я уверена лишь в том, что убила правителя Мори.

— А я уверен в том, что ты его не убивала, — сказал Сано с растущей страстной убежденностью.

Но Рэйко покачала головой:

— Мой долг — умереть. А твой — сделать так, как я прошу.

— Ни за что! — Сано притянул Рэйко к себе. Он чувствовал, как затрепетало ее тело, когда она приникла к нему.

— В таком положении нам еще не приходилось быть, да? — прошептала она. — Прежде нам всегда удавалось что-то предпринять, а теперь… У нас ничего не выходит. На этот раз нам по-настоящему конец, да?

— Нет, не конец! — ответил Сано. В нем зрела решимость не сдаваться. И он хотел наполнить ею душу Рэйко.

Она подняла к нему лицо. Ее глаза, округлившиеся от страха, пристально смотрели на него.

— Что мы можем сделать?

Он собрал все свое мужество.

— Мы будем верить в себя! Мы не оставим своих попыток. И мы выясним то, что произошло!

— Но наши усилия зашли в тупик. Что, если раскрыть это преступление нам просто не по зубам, как бы мы ни пытались?

Сано почувствовал, как у нее в животе толкнулся их еще не рожденный ребенок, услышал вдалеке голос Масахиро.

— Не смей даже думать об этом!

Так они сидели — в тишине, находя утешение друг в друге. Сано вдруг очень захотелось остановить время. Сохранить это мгновение, когда они вместе и им ничто не грозит, отсечь от них весь внешний мир. Но в дверях появился слуга.

— Прошу простить, что потревожил вас, но вас хочет видеть сёсакан Хирата.

Сано не хотелось оставлять Рэйко одну, и это был тот случай, когда он был не рад другу. Но отложить встречу было невозможно.

— Я сейчас приду, — сказал он слуге.

Рэйко вцепилась в него, на ее лице застыл страх, будто она думала, что он уже никогда больше не вернется.

— Тебе лучше переодеться в сухое. Я скоро вернусь к тебе.

Она кивнула. Сано оторвал жену от себя. Хирату он нашел в одиночестве в комнате для приемов. Тот выглядел усталым, но лицо его буквально лучилось радостью.

— Я нашел кое-что, что может оказаться очень важным, — сказал Хирата.

Сано вновь поразился тому, как он изменился. Он, казалось, светился, и единственная в этой комнате лампа явно была ни при чем. Словно упорные тренировки лишили его части плоти, чтобы выпустить на поверхность энергию, которая переливалась в его теле. Но хоть эта перемена и была хороша для Хираты, расследованию она не дала ничего.