Чтение онлайн

— Про «Курск» что ли?

— Какой «Курск»?! Я про чертежи говорю. Ты, что ли, не здешний?

— Нет, я из Сахарова.

— А какого… здесь делаешь?

— По делу. Что там за чертежи то?

Мужик уже открыл рот, чтобы ответить, но тут за дверью послышались шаги.

— Извини, парень, это за мной пришли, потом расскажу.

Дверь открылась, появившийся в проеме человек громко сказал:

— Белов, на выход!

— Вот, блин, — услышал я бормотание мужика. — Сколько еще сидеть?

Оперевшись о стену я встал и вышел из темной камеры. Щурясь от света, я подождал, пока милиционер закроет дверь, и протянул руки для наручников. Мент, увидев это, ухмыльнулся и подтолкнул меня в спину:

— Вперед.

Идти было тяжело; я двигался, еле передвигая ноги. Мы шли недолго; мент привел меня к двери, обитой кожей. Сначала зашел сам, потом затащил меня внутрь.

В кабинете сидели двое: лысый полковник и… Митько.

От удивления я раскрыл рот. Откуда он здесь? Когда он успел приехать?

Полковник улыбнулся и сказал:

— Чего стоишь? Садись, — он указал мне на стул. Я сел и вопросительно посмотрел на Митько. Тот ничего не ответил.

— Извини, — продолжал полковник. — Ошибочка вышла, — он говорил так, как будто мне недоплатили в магазине. — Ко мне Сергей Иванович пришел и все рассказал. Вот твои вещи, — он протянул мне сумку и пакет.

— Ты как, Владимир, себя чувствуешь? — наконец, отозвался Митько.

— Хреново, — я не стал ни врать, ни корчить из себя героя.

— Он должен пройти медицинское обследование, — сказал полковник. — У нас есть отличный медпункт.

— Спасибо, я лучше в Сахарове.

— Нет, нет, у нас прекрасные врачи.

— Пойдем, Владимир, я тебя провожу, — Митько встал со стула и подошел ко мне.

Я поднялся и, бросив на полковника недобрый взгляд, повернулся к двери.

Я сидел на мягкой кушетке; хорошенькая медсестра смазывала мои ссадины йодом. Митько находился рядом.

— Что ж ты, Володя, делаешь? — спросил он, когда медсестра отошла.

— А что? — не понял я.

— Я поручил тебе командировку, думал ты справишься, а ты вместо этого умудрился попасть в тюрьму. Ты говорил с Варякиным?

— Не успел.

— То есть?

— Он мертв, — я специально сделал паузу и продолжил: — Я нашел его с перерезанным горлом, потом пошел звонить вам: вас не было. В поезде я встретился с Багренцовым, вашим другом, он дал мне свой адрес. Я пошел к нему, и он тоже оказался мертвым.

Митько резко повернулся в мою сторону. Его лицо стало смертельно-бледным. Он медленно проговорил, глядя мне прямо в глаза:

— Так это был Вадим? Тебя взяли из-за Вадима?

Я отвел взгляд. До меня только сейчас дошло, что Митько еще ничего не знает о смерти своего друга. Он знает только, что меня посадили, и все.

Молчание длилось долго, до того момента, когда к нам подошел врач и сказал:

— Никаких переломов и сотрясения мозга у вас нет, только мелкие ушибы.

— Спасибо, — сказал я и встал. Митько все ещё не пришел в себя.

— Сергей Иванович, пойдемте.

Он очнулся.

— Да, да, идем.

Мы вышли в коридор.

— Который час, Сергей Иванович? — спросил я.

— У тебя же есть часы, — напомнил Митько.

— Точно, — я достал их из пакета и нацепил на руку. Двенадцать часов, полдень. Быстро же Митько появился.

— Сергей Иванович, как вы успели так быстро приехать?

— Почему, быстро? Я приехал твоим поездом. Ты здесь уже второй день.

— Как второй?!

Я посмотрел на часы: шестое сентября. Получается, я целые сутки пролежал в камере? Не может быть!

— Тогда мой билет просрочен? — протянул я.

— Да. Я купил тебе другой. Нам позвонили вчера, сказали, что у них под стражей наш человек. Я созвонился с начальником этого отдела, а он оказался моим старым знакомым. Попросил у Совкова отпуск на пару дней и поехал тебя вызволять.

Мы вышли из здания и направились к остановке.

— … Я объяснил полковнику цель твоего приезда, он все понял, и, по старой дружбе, отпустил тебя без всяких разбирательств. Вот и всё. Ты сейчас поедешь домой, а там постарайся закончить какое-нибудь дело: до конца стажировки осталось немного.

— А вы что, не поедете?

— Нет, я собирался завершить твою работу. Тем более из-за Вадима…

Митько замолчал, а я понимающе кивнул.

Подошел автобус; я влез в него и помахал Митько рукой. «Следующая остановка — ж/д вокзал» — прозвучало по вагону. Моя первая командировка подошла к концу…

Лев Шутов был высоким, стройным мужчиной с высокими скулами и черными, как смола, волосами. Завидев меня, он дико улыбнулся, пожал мою руку и важно сказал:

— Белов, пока Митько в отъезде, ты будешь под моим руководством. Какое ты дело ведешь?

Я вкратце объяснил ему обстоятельства дела Леркина. Он задумался, закурил сигарету и предложил поведать ему мою версию.

К этому я был готов.

— Леркин, — начал я. — порядочно надравшись с дружками, решил взять проститутку. Они приехали домой, Леркин разделся, она может тоже. Короче, потом, она подсыпала ему в бокал — с шампанским или водкой — сильное снотворное. Он заснул, а она собрала в сумку все его вещи. Что было потом я не знаю, но в итоге либо Леркин проснулся и начал нападать на нее, либо она добила его спящего.

— Думаешь, это преступление не одно?

— Скорее всего.

— Что-то я не слышал о таких ограблениях на нашем участке.

— Может на соседнем были.

— И что ты предлагаешь?

— Ну… Можно попробовать найти эту девушку.

— А потом? Нам нечего ей предъявить. Свидетель у нас один. И тот поддатый. Да и не доказано, что это именно проститутка убила Леркина. Хотя… твоя версия мне нравится.

Он затянулся и продолжил:

— Мы должны поймать его на месте преступления, — в глазах Шутова я заметил огонек. — Мы найдем её, потом купим и, когда она тебя усыпит, поймаем с награбленным.