Чтение онлайн

– Делаю, что хочу! – капризно надула губы Ли Мэй, и Хэ Ланфэн усмехнулась. Лисица заулыбалась и все же убрала от Чжао Вэйнина руки.

– Всевидящий правда сказал, что в нашей истории нет ни одной случайности?

– Да, именно так он мне и сказал.

– Тогда, быть может, мой человек действительно переродился?! – обрадовалась лисица. – Если бы это было так! Если бы он смог прожить такую же свободную жизнь, как Чжао Вэйнин! Возможно, тогда он был бы таким же улыбчивым и беззаботным, как этот неугомонный смертный.

– Ты говорила, что характер твоего человека отличался от характера Чжао Вэйнина.

– Да, но это ничего не значит! Даже если он переродился, то все же будет другим человеком, будет жить в иных условиях. Ничего странного в этом нет! Мой человек почти не улыбался, я не видела, чтобы он по-настоящему радовался чему-то. Он выглядел таким усталым и грустным, особенно, когда думал, что его никто не видит. Он был знатного рода и командовал армией смертных, не проиграл ни одного важного сражения и был осыпан всяческими почестями. Но нелегко сохранить сердце, раз за разом убивая. За ним тянулся кровавый шлейф, в его глазах пылали огни походных костров, и повсюду его сопровождал бой боевых барабанов.

Знаешь, ведь глаза духов видят больше человеческих… Я видела его сердце, которое обливалось кровью, и знала обо всех его слабостях. Только вот ничего не могла сделать.

Вот ведь Ли Мэй угораздило!

– Ты ни разу не назвала его по имени. Все говоришь «мой человек». Это ведь что-то значит?

– Сестрица Ланфэн! С каких это пор ты начала подобным интересоваться? – подняла брови Ли Мэй.

– Прости, если оскорбила тебя!

– Вовсе и не оскорбила. Если просто, то, когда лисий дух называет смертного своим, это значит, он готов отдать ему часть силы.

– Зачем?

– Чтобы отыскать смертного в каждой его жизни, чтобы не расставаться с ним. Для духов нет ничего дороже силы, накопленной за многие годы совершенствования. Отдавая ее добровольно, мы показываем свою безграничную преданность. Это наш брачный обычай.

– Б…брачный? Даже так?! Ох, не завидую я Чжао Вэйнину!

– Я. Тебя. Сейчас. Укушу!

– Стой-стой, Ли Мэй… брачный обычай… А твой человек был на это согласен? Ты говорила: он никогда не видел тебя в человеческом обличье. Понимаю… какой смертный не полюбит прекрасного духа?! Но если он тебя не знал…

– Если я говорю, что была готова отдать ему часть силы, это вовсе не значит, что он должен был стать моим супругом, – заявила Ли Мэй.

– Тогда я совсем запуталась! Ты ведь сказала…

– Да, это наш обычай. Лисьи духи выбирают пару раз и навсегда. Если мы выбираем смертных, будем верны своим избранникам, пока не умрем. И неважно, сколько раз люди переродятся. Но я тогда была всего лишь лисенком, ребенком по нашим меркам. Мне было рано думать о браке. Я хотела передать моему человеку часть силы, чтобы защитить и чтобы многим позже, когда стану взрослой, отыскать его. Если бы я успела передать ему часть силы, он бы не умер молодым! Его бы не смогли убить!

Лицо Ли Мэй исказилось от сильной боли. Так много лет прошло, так много, а она не забыла своего человека! И не думала забывать.

– Значит, если твой человек переродился и это Чжао Вэйнин, ты передашь ему часть силы? Но что скажет твоя семья? Разве не прабабушка будет выбирать тебе мужа?

– В Запредельном краю все иначе, чем в Тянься. Духи сами делают выбор, когда приходит время. Думаю, мое время еще не пришло. Но, если мой человек переродился и это Чжао Вэйнин, я передам ему часть силы. И быть может, в следующей его жизни он станет моим супругом. Не смотри на меня так! Ты родилась человеком и до сих пор мыслишь, как смертная. Лисьи духи живут очень долго, у нас достаточно времени на раздумья. Ни один дух Запредельного края не выбирает пару опрометчиво. Чувства смертных мимолетны, они непостоянны и коротки, короче, чем их жизни. Чувства духов безмерны и вечны. Мы никогда не изменяем своему выбору. Вообще, брачные обычаи лисьих духов сродни клятве вечной верности, которую дают цзяожэни, но все же…

– Постой-постой, погоди, Ли Мэй, клятва вечной верности? Что это такое? – разволновалась Хэ Ланфэн. Она вспомнила слова Цин Минчжу: «Я принесла своему господину клятву вечной верности». – Только не говори, что это тоже брачный обычай?!

– Чего это ты побледнела, как мертвец? Ты знаешь, цзяожэни такие странные! Живут в своем Беззвездном городе тысячи лет и…

– Ли Мэй, просто ответь: что означает клятва вечной верности? Это правда клятва… клятва влюбленных? – Хэ Ланфэн почувствовала, что кровь прилила к лицу, ощутила, как кружится голова, и баланс между телом, разумом и сердцем, который следует сохранять мечнику, вновь нарушен. Только этого ей недоставало! Ланфэн хотелось сорвать с шеи полночную жемчужину и отбросить прочь. Она могла бы и сама догадаться! Какой же она была простодушной! Думала совсем не о том!

Сун Жулань, нет, Чжан Юань-бо… Да какая разница? Он принадлежал другой женщине. И неважно, что это было очень давно! Цин Минчжу все еще была здесь, и после смерти она нашла способ быть рядом с ним.

В конце концов, Сун Жулань ее вспомнит! Вспомнит, что они обещали друг другу в то время, когда собирались жить тысячи лет. Сун Жулань вспомнит эту совершенную женщину и ни на кого другого больше не посмотрит. А Хэ Ланфэн все же другой человек. И если он на нее и не взглянет, если он ее не выберет, то у него не будет ни желания, ни повода отказаться от будущего Владыки Востока. Он не вернется в Тянься, он рано или поздно воссоединится с братьями, а этого нельзя допустить! Хэ Ланфэн не могла допустить подобного!

– Ты точно здорова? Мне кажется, у тебя жар… – Встревоженная Ли Мэй дотронулась до лба подруги.

– Ли Мэй, ты не ответила на мои вопросы!

– Честное слово! Ты меня пугаешь! Даже когда ты бьешься с нечистью, у тебя не бывает такого страшного выражения лица… Ладно-ладно… Вообще, сама по себе клятва вечной верности – большая редкость. Далеко не все цзяожэни осмеливаются принести ее. Они верят: если нарушить клятву, можно уничтожить душу и больше никогда не переродиться. Не знаю, правда ли это… Мне как-то было любопытно, и я расспрашивала прабабушку. Она столько всего знает о народах Запредельного края! Так вот, она рассказала, что, принеся клятву вечной верности, цзяожэни обещают всегда быть вместе. Это похоже на наши, лисьи, обычаи. Но клятва вечной верности – это полное взаимопонимание. Это когда двое – как половинки одного целого, разделяют общие ценности, делят одни мечты, чуть ли не мысли друг друга читают, заботятся друг о друге, как о себе. Прабабушка сказала, что в таких чувствах нет ни капли эгоизма. Это полностью бескорыстная любовь.

Хэ Ланфэн постучала себя по лбу. Лучше бы она этого не слышала!

– Не верю я в бескорыстные чувства. Если только в родительскую любовь… Разве любовь родителей к детям не бескорыстна?

Впрочем, сама Хэ Ланфэн не знала родительской любви. Она была нежеланным ребенком. Отец всячески пытался продать ее, а когда не смог, предпочел бросить на улице. Мать и слова не сказала, когда отец ее уводил, хотя и знала обо всем. Они думали о себе и своих сыновьях, но только не о дочери.

– Смертные прежде всего будут любить себя, а уже потом другого, – проговорила Ли Мэй. – Все потому, что у них мало времени. А вот у духов Запредельного края его вполне достаточно, чтобы понять, чего они хотят и с кем желают связать жизнь.

– Нужно ли для таких клятв обоюдное согласие?

– А как же иначе? – Ли Мэй еще больше расстроила подругу. – Сестрица Ланфэн, а ведь раньше ты ничем таким не интересовалась. Неужели боишься, что я буду принуждать Чжао Вэйнина?..

– К чему это меня хотят принудить? – Чжао Вэйнин как раз пришел в себя. Увидев, что он открыл глаза, Ли Мэй переложила его голову на землю. – Ай-я! Зачем же? Так удобно было!

– Хватит с тебя, смертный! Ты слишком долго прохлаждался! У меня ноги затекли!