Чтение онлайн

 -Пошел, - крикнула Круэл, по звуку я поняла, что она с силой ударила своего коня плетью. Жеребец болезненно заржал, но тут мы с Банджем двинулись вперед. Похоже, предстоял долгий и мучительный путь.

 Когда мы ехали, надсмотрщик не позволял мне поднять головы, постоянно придавливая затылок своей тяжелой рукой. Я захлебывалась пылью, отплевывала песок и молилась о том, чтобы не ослепнуть. Возможность видеть только проплывающую под глазами дорогу быстро привела в состояние головокружения, и вскоре я больше не смотрела вниз. Запястья терлись о веревки, и постоянное жжение совершенно лишало покоя. Тело очень быстро затекло, кровь прилила к голове, поэтому все в мозгу гудело и жужжало, словно там поселился рой пчел. Лука седла постоянно била меня по ребрам, и концу дороги я была вознаграждена не одной парой болезненных синяков. Цепи на обнаженных лодыжках очень быстро стерли кожу в кровь. Бандж предусмотрительно снял с меня сапоги, чтобы даже в цепях и путах я не вздумала устроить побег.

 Но даже такое плачевное состояние в пути не отвлекало меня от переживаний за советника. Лошадь его надсмотрщицы скакала подле Банджа, спустя несколько часов пути, я заметила, как с бока кобылы на сухую землю изредка капает кровь. Волнение все нарастало, но даже Динео я не могла воспользоваться, постоянно натыкаясь на плотную стену блокировки. От осознания собственной никчемности хотелось плакать, но показывать Круэл свою слабость не лучшая идея. Я терялась в догадках, какое отношение сестры вообще имеют к Красной стране, и зачем я понадобилась живой. Было понятно, что девушка жаждала меня убить, но ей приказали другое, отчего она сейчас так безумно злилась. До меня постоянно доносилось ее злобное шипение или ругательства. Руки Круэл чесались перерезать мне горло, я это чувствовала еще тогда, когда стояла в ее объятиях в замке.

 Дорога уже начинала казаться бесконечной, и я потеряла счет времени, тупо покачиваясь из-за движений лошади. Сознание уже лениво реагировало на боль в теле, мозг охватило какое-то онемение. Исступление поработило все мои чувства, делая меня безвольной и ничего не желающей. Даже мысли о бастарде отодвинулись на второй план, уступая место безграничной усталости. Припоминалось, как я убивала, и тут же затошнило. Та сила, что была во мне во время сражения, иссякла, и теперь во мне было только сожаление, горечь и обида. Враг перерезал всех моих солдат, которые пошли на бой вместе со мной. Из-за меня они погибли. Другого объяснения быть не могло. Ведь воины Красной страны отступали на свою территорию, везя с собой пленную. Неужели атака на Собачий Клык была только актом моего похищения? Если это так, то все жизни, что погасли сегодняшним утром в сухой долине, были на моей совести. Душа болезненно содрогнулась, а сердце сжалось от этой мысли. Я хорошо помнила воодушевленные лица солдат Дейстроу.

 Уже опустились сумерки, когда мы наконец остановились. Бандж бесцеремонно скинул меня на землю, я застонала от сотрясающей кости боли, когда мое тело звучно шлепнулось о твердую поверхность. Похожий звук неподалеку сообщил мне, что и с Хеллом особо не нянчились. Стараясь восстановить сбившиеся дыхание, я приподняла голову от песка, но тут же получила предупредительный удар ногой по затылку. Почудилось, что мой череп сейчас расколется, я в страхе зажмурилась, но ничего не происходило. Только дикая неприятная пульсация отдавалась в ушах.

 Рот был полон песка, я задыхалась, но не смела приподняться и на дюйм, опасаясь уже более жесткого удара своего надсмотрщика. По звуку лошадиных копыт я определила, что остальная часть отряда отправилась дальше, а здесь осталось только несколько человек. Круэл нигде не было слышно, я даже начала скучать без ее визгливого голоса. Где-то неподалеку захрипел пришедший в себя Хелл, я дернулась в его сторону, но тут же застыла, уловив движение справа от себя. Бандж не спускал с меня глаз. Я уже давно не чувствовала своих запястий, которые окончательно потеряли чувствительность. Неприятное жжение в лодыжках было терпимым, но вот мучительное биение ломи в ребрах и синяках на них не позволяли лежать спокойно. Хелл в очередной раз застонал, я закусила губу, сдерживая свое безумное волнение за советника. Я могла только представлять, как худо ему сейчас после этой изнурительной дороги.

 -Тащите их в дом, - отрывисто приказала Круэл, после чего вновь исчезла.

 Видимо, надсмотрщики решили буквально выполнить пожелание злой сестры. Бандж грубо схватил меня за связанные руки, мучительно выворачивая их в сторону головы. Я застонала, но вместо сочувствия получила жесткий удар по ребрам. Не стоить говорить о том, насколько приятны были мои ощущения. Солдат потащил меня прямо по песку, лицо карябалось о землю, глаза, как и рот, наполнились песком. Я даже не могла дышать, но и протестовать больше не рисковала. Когда начались ступеньки, я молила Лайта, чтобы Бандж не продолжал меня тащить, а хотя бы поднял. Но боги в этот день были не благосклонны.

 Я старалась изогнуться, дабы уберечь лицо от деревянных ступеней, но сделать это с выломанными руками оказалось непросто. Точнее, невозможно. Первый удар достался подбородку, мучительно отдаваясь во всем черепе. Уберечь зубы мне удалось, но потом Бандж как-то низко рассмеялся, и когда перед лицом замаячила очередная ступенька, он с силой придавил мой затылок вниз. Нос с влажным звуком прошелся по деревянной поверхности, тут же хлынула кровь, отбирая всякую возможность хоть как-то дышать. Рот наполнился неприятным соленым вкусом, я пыталась отплевываться, но надсмотрщик все продолжал меня тащить, так что это не особо получалось. Когда мы, наконец, оказались в доме, он подтащил меня к какому-то углу и бросил там лелеять свои обиды.

 Хелла подтащили сюда же, чем меня сильно удивили. Я ошиблась, бастард не приходил в себя, он просто бредил. Его плечо уже не кровоточило, но рана выглядела отвратительно, запачканная грязью и песком. Наконечник некрасиво торчал из мяса и слегка подергивался при рваном дыхании бастарда. Мужчина тяжело хрипел, даже сквозь толстый слой пыли на его лице, я видела, насколько бледна его обескровленная кожа. Придвинувшись ближе к советнику, я поняла, что ничем особо помочь ему не могу, Бандж не удосужился развязать мои руки. Единственным плюсом в положении бастарда было то, что его запястья не сковывали за спиной, так что Хелл лежал в более удобной позе.

 Мне удалось немного осмотреться, хотя шея постоянно затекала от того, что я приподнимала голову. Нас привезли в какой-то дом. Он был сложен из деревянного сруба, стены грубо выдавались вперед отшлифованными бревнами, подо мной были добротные широкие, пахнущие осиной доски. В помещении практически не было мебели, за исключением стола и пары стульев. Рассмотреть, что находилось в другой комнате, не получалось, так что приходилось довольствоваться малым. Бандж сидел на одном из стульев и ковырялся ножом под ногтями, постоянно шевеля толстыми губами. Надсмотрщица Хелла, имени которой я не знала, мерила шагами комнату, взволнованно вглядываясь в распахнутую настежь дверь. Прохладный осенний воздух медленно проникал в комнату, лежать на полу становилось холодно, кости ныли от неподвижности, и хотелось пить. Но я опасалась даже пикнуть, припоминая жесткие методы Банджа, который не гнушался бить женщин.

 Прижавшись щекой к деревянному полу, я с интересом разглядывала женщину. Она была не похожа на привычных мне уроженок Дейстроу. Слишком грубые черты лица делали ее похожей на мужчину, но все же ее пол угадывался в плавных линиях бедер и груди. Держалась она жестко, постоянно отдергивая Банджа, если тот пытался с ней заговорить. Темные волосы были острижены так коротко, что даже для мужчины такая прическа являлась бы непривычной. Но я не знала обычаев Красной страны, так что судить достаточно сложно. На женщине были такие же черные доспехи, что и на остальных солдатах, но что-то в ней меня настораживало, но при этом и располагало. Это были неуловимые ощущения, сравнимые лишь с интуицией. Что-то жило в надсмотрщице Хелла, что отсутствовало в остальных воинах Красной страны.

 Желание промочить горло стало преобладать над другими последствиями, я без конца ерзала по полу, пытаясь хоть как-то успокоить это неумолимо лишающее самообладания чувство. Но сухой язык, буквально пропитанный вкусом песка, мешал мне спокойно дышать, а пыль драла горло, словно зеленый кашель в период зимних простуд. Попросить воды еще было поводом, чтобы мне развязали руки. Хотя надеяться на то, что они прекратили блокировать Динео, не приходилось.

 В какой-то момент я задремала, удивляясь потом тому, как это мне удалось. Видимо, усталость взяла свое, и сон сморил мое измученное сознание и тело. Меня разбудило активное шевеление неподалеку, это Хелл пришел в себя и теперь пытался понять, где он находится.