Чтение онлайн

Я оторопел.

– Что это? – громко спросил я, приподнявшись на локтях и едва не ударившись о потолок.

– Ах, это… – задумчиво протянула слуховая галлюцинация голосом Сибиллы. – Это долго объяснять… Но такие устройства у вас на Земле называли «Ковчег Завета». А вообще – УЭБ.

– УЭБ? – переспросил я.

– Да, – ответил голос, – универсальный энергетический блок. Достаточно любой дудки, свирели или свистка с разными частотами звуков – любая кристаллическая решетка либо разрушается, либо возникает, либо перемещается… Можно использовать голос, только с ровными модуляциями, колебания воздуха создают рабочую частоту для выхода энергии УЭБа… Так и таскали раньше здоровенные камни, когда строили ускорители, замедлители или хранилища, которые вы называете храмами и пирамидами… Да много чего они умеют… Хорошая штука, скажу я тебе…

– Уж наверное, – сказал я, переводя дыхание.

Боль медленно утихала.

– А скажи мне, как там Йорген? – вновь спросил я, но тут транспортер резко пошел вниз, и мое туловище покатилось, набирая скорость.

Последнее, что я запомнил, – это громкий сиплый женский смех, несколько габаритных лампочек и ватное состояние тела…

На несколько секунд у меня потемнело в глазах, и словно на мгновение мозг отключился…

Я открыл глаза и увидел ребристый бетонный потолок. Слегка повернув шею, я понял, что лежу уже не на картонных ящиках, а на запаянных в полиэтилен блоках термоизоляции.

Полутемное помещение вокруг меня напоминало склад, и я шепотом произнес:

– Когда же это все кончится?

Какое-то время я не шевелился из чистого упрямства – просто ждал, пока кто-нибудь придет и скажет: «Ваши документы! Что вы тут делаете! Руки вверх! Предъявите ваш нимб!»

Но никто не приходил, и лежать мне стало скучно.

Я приподнял голову и огляделся по сторонам: помещение было темным, но где-то метрах в двадцати падала полоска тусклого света.

Вдруг я услышал знакомое поскрипывание пружин и звонкий стук металла о камень.

Я повернулся на звук и увидел скачущего в полутьме давешнего жирного уродца на ходулях. Он резво направлялся к выходу.

Я решил бежать за ним. Он выскочил в дверь, откуда падал тусклый свет, и почти сразу же раздался рокот и сиплый свист реактивных двигателей! В проем двери влетел порыв ветра, клубящийся пылью.

Я, как мог, скатился с полиэтиленовых тюков и осторожно приблизился к проему в стене.

Рядом с проемом в землю была вбита ржавая труба с примотанной проволокой табличкой «Сектор Б».

Вокруг было огромнейшее каменное ущелье, или каньон, или карьер, а может, гигантский скальный котлован.

Центральная площадка была выровнена, но без покрытия. По периметру стояли софиты, цистерны и какое-то оборудование. Скачущего карлика нигде не было видно, но зато я заметил источник рева двигателей!

Сердце мое встрепенулось: источником гула реактивных двигателей были огромные стальные черного цвета суборбитальные «Гепарды»!!!

Я моментально забыл про карлика!

Две стальные птицы вертикально опускались на дно ущелья, отрабатывая дюзами вращающихся сопел, поднимая на земле тучи раскаленной пыли! Я нашел гнездо «черных Харпаз»!

Вот первая машина, с шипением выпустив шасси, грузно коснулась поверхности и, несколько раз качнувшись, замерла. В ее чреве распахнулся люк, и оттуда по его аппарели стали выскакивать фигуры солдат космической пехоты, тускло мерцая черной броней, в забранных серыми стеклами шлемах, с воронеными стволами автоматов в руках. Панцерпехи! Бронепехота Космических сил ООН! Вот это да!

Их было около взвода. Они слаженно и четко заняли позиции по периметру площадки, используя любые естественные и искусственные укрытия. Все происходило будто во сне, в считаные секунды. Вторая машина медленно шла на снижение. Видимо, первый «Гепард» обеспечивал прикрытие с земли, а второй – с воздуха. Это значит, что они не были готовы к радушному приему. Это говорило о многом.

Но где остальные машины ударного звена? На шаттле? Почему-то я в этом сомневался… Может, топлива у Криса мало? А может, все-таки непросто им было пробиться сквозь эту «шизоидную зону защиты», как я мысленно окрестил все, где я побывал с момента восхождения на Мертвую Гору?

Наконец-то вторая машина села правее и чуть позади первой. С тихим жужжанием и лязгом открылась аппарель, но оттуда появились не солдаты. Негромко повизгивая сервоприводами, из жерла десантного люка второго «Гепарда» стали выезжать, скрежеща гусеницами, роботы системы РоСтОК. Их было двенадцать, и пять машин имели класс «Берсерк», как раз те, которые я видел на «Зеркале-9», четыре были класса «Шива» – укрепленные базовые модели с реактивными «джамп-двигателями», позволяющими им подпрыгивать на высоту до трех метров, и оснащенные мини-АСГ-системами. Кроме автоматических гранатометов они имели микроволновые установки защитного поля и огнемет. Плюс оснащались усыпляющими и ядовитыми газовыми гранатами. Да и прошивка у них была, по слухам, весьма прогрессивной.

А три машины оказались неизвестной мне модели и напоминали диковинные грибы – над верхней их частью возвышалось что-то наподобие проволочных зонтиков, да и выглядели они как-то нелепо, словно скелеты пожилых дам на курорте.

Панцерпехи меж тем, тихонько шелестя сервоприводами своих силовых доспехов, устанавливали по периметру СтАТ – станковые автоматические турели. Этакие стационарные огневые точки на подвижном штативе.

Сердце мое бешено колотилось – с одной стороны, было страшно, что вся эта шайка меня заметит, а с другой – я жадными глазами выискивал Ирину или Криса. Но их среди собравшихся не было. Да и весь этот военный парад явно устраивался не в мою честь…

Стрелковые башни и подкрыльные установки «Гепардов» развернулись в разные стороны, прикрывая позиции. Да… Хорошо ребята высадились… Скорей всего, роботы с зонтиками на бошках против глюков, а сами машины имеют какую-то продвинутую защиту, раз попали сюда, минуя вход «А» и «Б», позиции Семенова и прочие препятствия… Наверное, Крис с Ириной играли роль «наводчиков». Только вот где они?

В этом шизоидном пространстве так трудно быть уверенным, вообще во что-то верить. Мне казалось, что с момента, когда я последний раз видел Ирину, прошло уже несколько десятков лет. Ее образ как-то истерся из моей памяти – я помнил только чувства, ощущения, запах и то счастье, которое меня охватывало, когда она была рядом… Так все банально просто… По сравнению со всеми ухищрениями этой истории мне казалось, что простая любовь лучше и правильнее всех этих излишеств.

Но… Вот тут опять простиралась пропасть – где она? Что с ней? Не подвергали ли ее каким-нибудь ужасным пыткам и экспериментам? Господи марсианский, только бы она была жива и здорова… Пусть она прогонит меня, пусть откажется быть со мной и разлюбит… Эта мысль сама по себе казалась мне кошмарной, нарушающей мой внутренний покой, плотно укоренившийся за последнее время… Но… Самое главное – чтобы этот человек, эта хрупкая и мужественная девушка – чтобы она перестала страдать… Чтобы она перестала тяготиться своим прошлым… Она заслужила право выйти живой и счастливой из этого ада… Тысячу раз заслужила. Всеми своими бедами, всеми ужасами, своей глубокой и чистой душой, своей детской наивной простотой и искренностью…

Я почувствовал, что картина укрепленных позиций расплывается в моих глазах невесть откуда взявшимися слезами. Так… Все… Тихо… От меня сейчас зависит, будет ли она счастлива и свободна… Не раскисать, тряпка…

Меж тем из второго «Гепарда» появилось еще несколько машин. Они были похожи на автопогрузчики, только более усложненной формы и снабженные сочленениями манипуляторов. Это были роботы-строители. Не видел таких моделей, но слыхал про них.

Они ставили по периметру телескопические штанги, на которые крепили горизонтальный каркас. Затем все это обтягивалось прозрачной пленкой, к которой крепились какие-то тонкие провода.