Чтение онлайн

Голова кружится. Антон замечает из машины моё состояние и вовремя подхватывает, когда я заваливаюсь в сторону, потому что сознание клинит. Переоценила я себя, когда думала, что от встречи останется просто неприятный осадок, который выветрится за пару часов.

— Ты как? Эй, сестрёнка, не пугай меня, — усаживает меня на сидение, сам на корточках рядом поливает ладонь из бутылки и прикладывает к моему лбу.

— Нормально, подожди. Пару минут на отдышаться, — холод на коже помогает, но вот второй раз явно лишний. У меня и так дорожки из капель стекают по лицу теперь. — Чего ты меня поливаешь? Дай лучше сюда, мне внутрь надо, — жадно допиваю остатки и забираюсь с ногами в салон.

Антон понимает без слов. Быстро возвращается на своё место и увозит меня отсюда подальше, на светофорах то и дело погладывая на моё лицо.

— Слушай, Тош, мне надо папку под паролем вскрыть. Ты сможешь? — мы засели в кафе, которое первое попалось на глаза. Креветки в салате резиновые, но я всё равно сейчас не особенно настроена радовать свои рецепторы. Просто желудок сводит.

— В теории, но это разбираться надо. Я таким не занимаюсь. Долго будет.

— Хреново. Мне надо вот прям в эту же секунду, — я точно сама себя съем, если это затянется ещё на несколько дней.

— Есть знакомый, я сведу. Сделает всё быстро, но дорого.

Умелец оказался, правда, стоящим. Содрал с меня чью-то месячную зарплату, но уже вечером я сидела перед ноутбуком, где на экране была открыта та самая папка. Несколько видео-файлов, вордовский документ и куча каких-то непонятных сканов. Размер не позволял оценить их содержимое, а открыть я пока не решилась.

Руслану я сказала, что у меня сегодня дружеские посиделки с Ангелиной. На случай, если увиденное меня слишком шокирует, будет время прийти в себя и как следует обдумать всё увиденное. Хотя.

Ну вот что там могло быть? Махинации по бизнесу? Вроде Руслан таким не грешит. Даже если — у моего отца тоже всё не совсем чисто, косяки почти у каждого найдутся, просто нужно уметь с ними вертеться.

Всё будет хорошо.

Как мантра, которую я пыталась вбить в свою голову, пока курсор мелькал по экрану от манипуляций моих же пальцев на тачпаде. В какой-то момент я начала злиться на себя. Какого вообще чёрта я тут расшатываю доверие в наших отношениях?

Скрываюсь в собственной квартире, придумываю какие-то хитрости, когда Руслан ни единого раза не дал мне повод усомниться в нём. Глупая я, глупая.

Начала я со сканов. Приближала картинки, предельно внимательно вчитывалась в каждое слово и с новым открытым листом на экране меня трясло всё больше. Сделала перерыв, выкурила несколько сигарет подряд. Одна даже выпала из дрожащих пальцев, на подоконнике теперь красовалось выжженное пятно.

Это ведь не может быть правдой? На мне что, какая-то метка, я не пойму? Насмешки судьбы, честно. Почему я выбралась из пропасти, куда меня столкнул один мужчина, и тут же попала в сети другого… Такого же?

Задержала дыхание и открыла видео, потому что внутри ещё теплился маленький шанс того, что документы на сканах просто хорошо сделанные фальшивки, чтобы потрепать мне нервы. Я бы не удивилась, реши Глеб отомстить так мелочно.

Картинка грузится, секунды хронометража уменьшаются по мере воспроизведения, а весь мой мир пылью разрушенных надежд тонким слоем оседает в пропасти, из которой невозможно выбраться.

Я задыхаюсь.

Прохладная солёная вода приятно холодила ступни, пока я пропускала песок через пальцы, провожая уходящее солнце. Это место я нашла совершенно случайно, когда мне хотелось побыть наедине со своими мыслями.

Я взяла автомобиль в аренду и каталась по окрестностям: где-то через час таких экспериментов дорога вывела меня на безлюдный пляж.

Помню, как всю ночь просидела на песке. Слушала музыку, пила домашнее красное вино и чувствовала, как вместе со слезами испаряется моя душа. Я перестала жить — существовала на автоматических привычках.

Дежурно улыбалась постояльцам гостиницы, когда на самом деле хотелось кричать до болезненных хрипов в горле.

Марина Петровна — знакомая моей матери, к которой я сбежала — через неделю после моего приезда привела меня в место, где можно выпустить эмоции, разбивая посуду о каменную стену. Я тогда потратила всю наличку, выгребла из всех карманов, но это помогло лишь на несколько часов. Этим же вечером я лежала на огромной постели и беззвучно плакала — мне хотелось исчезнуть.

Раствориться, будто меня никогда и не существовало. Чтобы мой образ стёрся из памяти всех близких людей. Причинять им боль было бы наивысшей степенью эгоизма с моей стороны.

Поселилась я в небольшой гостинице на окраине. Ей заведовала та самая Марина Петровна, которая и согласилась меня приютить без всяких вопросов. Просто рассказала как удобнее всего будет добраться до её апартаментов, когда мамуля позвонила ей и попросила приютить непутевую дочь, которая появилась на пороге родительского дома, захлёбываясь собственными эмоциями.

Я сбежала. Просто по-детски спряталась от всех в незнакомом городе, перед этим передав проект Руслана знакомой девочке, которая согласилась довести всё до ума по моим наработкам. Не зря же я всё-таки тратила на это время.

С мужчиной мы не общались с того самого вечера, когда я открыла папку. Я понимала, что не смогу вынести каких-то нелепых объяснений — а они обязательно были бы, я уверена — потому что… Ну, вообще-то всё и так очевидно. В такой ситуации невозможно оправдаться. Я видела всё своими глазами.

Солнце уже село, воздух стал не таким душным — всё же переносить жару было самым сложным из пунктов моего пребывания здесь. Я решила немного освежиться. Поплавать в морской воде первый раз за все эти недели.

Скинула простое лёгкое платье на плетёном поясе, придавила его к песку камушками, чтобы нечаянно не унесло ветром, и медленно забралась на глубину. Задержала дыхание и скрылась, опустившись на дно, зажимая пальцами нос, потому что никогда не могла переносить затекание в него воды.

Вакуум, темнота и абсолютное внутреннее опустошение.

Вынырнула, когда лёгкие начали гореть от недостатка кислорода. Протёрла глаза, жадно глотая воздух, всматриваясь в подозрительно шевелящиеся кусты. Не нравится мне это.