Чтение онлайн

Ещё два раза взлетали днём против относительно небольших групп. Я выступал в роли диспетчера, так что больше сбитых в этот день не случилось. За-то ночью... Около десяти часов пришло сообщение от ВНОС о пролётах небольших групп. Слетать решили командирским звеном. Строгий, Смирнов, Карманов, Скорик. Остальных поднимать ночью не решились, да и устали все смертельно, дров наломать раз плюнуть. Короче старики из стариков. Кстати на этот вылет выцедил все запасы бензина до последней капли. Эх ничего себе, по трём маршрутам приближались две тройки и одна шестёрка. Строем, ночью, сильны бродяги. Поднял пару, вернее двоих по одному, мы ночью строем летать не умеем. Сам пошёл к дальней группе, ребят навёл на тех кто поближе. Строгому досталась тройка, Лёшке - шестёрка. Вывел в кильватер, помог уровнять скорости. Ночь безлунная, лишь звёзды. Метров с трёхсот стали проглядывать силуэты, дальше работайте самостоятельно. Кто сколько сбил - не важно, главное на Курск никто из них не попал. Помог зайти на посадку и поднял двух других, ещё четыре тройки. Да когда же они кончатся? Не пустили и этих. Домой на Базу, будут ещё, не будут, бензин "ёк" да и силы тоже!

По итогам этих бешеных суток обе стороны объявили об успехе, обе мягко говоря лукавили. Немцы понесли настолько ощутимые потери, что больше дневных налётов не предпринимали. А мы так хорошо отразили налёт, что Курский ЖД узел был полностью парализован 12 часов, закончили его восстановление через три дня самоотверженным трудом железнодорожников и сапёров.

Третьего Июня, слегка отдохнув принялись за восстановление матчасти. На стапель поставили среднего и тяжело раненого железно-деревянного коня. Механики вымотавшиеся за эти сутки не меньше лётчиков отдыха не получили, а вдруг всё повторится. Мы с Гришей начали, всё таки с восстановления запаса топлива, затем пробежались с диагностикой, помогли с определением объёма работ на боеготовых и почти боеготовых. Только после обеда появились в ремзоне. Там же оказались Строгий и Стрый. На немой вопрос, пожатие плечами. Все силы приложим. И приложили, уже пятого мы свою работу закончили, осталось заправить, зарядить, доукомплектовать. Вот как подумаю заняться собой так и не дадут. Дракон то готов, а ЭК не успеваю. Шестого с утра п-к Крикун привёз целую бригаду во главе с совсем не знакомым генералом. Тема подтверждение результатов. Уж больно много мы заявили (кстати далеко не все, ночные вообще не рассматривали, сомнительные так и давали, в зачёт их не учитывали, а на каждый сбитый у нас кино). Комиссия работала не покладая рук до следующего утра. Пересмотрели все наши материалы, побеседовали с каждым лётчиком. И если в начале отношение было язвительно-пренебрежительным, в итоге радикально изменилось на уважительно-дружелюбное. К примеру выявился факт: самолёт Хе-111 бортовой 47 (как у Пешки) сбит лётчиком энского ИАП ПВО, в доказательство представлена шильда и фото останков. У нас они видят киноплёнку на которой сей борт разваливается на части, значит стрелять по нему даже как по подранку никто не мог. То-есть ребята в поле нашли обломки и решили, что это их работа. То-ли ошиблись, то-ли хитрили. Задача комиссии выяснить реальное положение дел, а то по отчётам у немцев самолёты два раза кончились, тогда не ясно кто же Курский узел разбомбил. В нашем полку получилось несколько на оборот. Во первых собрали железный материал для сравнения в других частях. Посетовали, что там нет такой качественной кинофиксации. Из пятнадцати сомнительных, три подтвердили как зачётные, остальные взяли на заметку как повреждённые, обещали проверить. Ещё больше генерал проникся, когда Крикун как бы невзначай поинтересовался сколько ночью сбили.

– Так вы и ночью сбивали? Почему нет в отчётах?

– Да перехватили 7 групп от 3х до 6и самолётов в каждой, сбили или только напугали, видно не было. Так что отчитываться не о чём.

– Понятно. Кто летал на ночные перехваты?

– Я и комэски, но наводил Змей, то-есть младший лейтенант Смушкевич, он ночью видит хорошо, без него не перехватили бы.

– Змей... Змей... Что-то слышал...
– Генерал почесал затылок.

– Фото и заметка в "Красной звезде", - напомнил один из его людей, - Позывной "Змей", под фото подпись: "Супруги встретились на награждении." Рассказывали там ползала прослезились когда она бежала с раскрытыми объятиями и криком "Саша, Змей"!

Увидев смеющихся аборигенов генерал насупился:

– Ваш? Чего смеётесь? По моему не смешно, даже наоборот...

– Наш! С ним вечно что-либо не так. Сам Александр молодой-холостой, Екатерина Васильевна - жена его лучшего друга, больше того - побратима. Смешно то что Сашко шибздик в сравнении, а Катя гренадёрских стАтей. Представляю как это выглядело. Газету если попадётся, не сочтите за труд к нам переправить, а то не видели.

– Постараюсь, - ответил рассказчик, - А выглядело, по мнению очевидцев, очень трогательно! Хоть и оказывается жена друга.

– А что ему вручали? За что?
– Поинтересовался генерал.

– Героя, по совокупности, - ответил Крикун, - ну и за сбитые, под Сталинградом у него уже было 22, Сейчас наверняка больше. Генерал вопросительно глянул на комполка, тот на НШ.

Синеватов заглянул в свои записи: - С теми что 2 го июня 38 личных.

– Сколько? Ладно, мне надо с ним переговорить с глазу на глаз.

– Панченко! Вызови Смушкевича.

Зачем Сашко понадобился генералу никто спрашивать не стал, ни у того ни у другого.

ИЮНЬ.

Ничего не планировал, полдня отсыпались. После обеда ни кто, ни чем не озадачил. Слава, понятно кому, и ЦК ВКПб! Занялись "эквилибристом". Комплектующие и материалы подготовлены, осталась чистая работа. Доделали лафет, обработали и установили ШВАКи, пристроили патронные ящики и направляющие для лент. Проскочила мысль: - может надо было две, а патронов побольше? Ладно пока так, там видно будет. Ночью отпросился облетать новую кампановку. Очень удачно перехватил тройку юнкерсов, над немецкими позициями. Да, строенный залп это сила. Обломки и бомбы на головы камрадам. Как мило. В воздухе никого не видать, пошукаем (поищем) на земле. Всё не то. А вот в сторону Брянска от Рославля идёт состав, явно не порожняк, Даже платформы с зенитками в голове и хвосте состава. Проверим чего они защищать собрались. Залп по головной платформе с переводом на паровоз. В небо вырывается характерный султан перегретого пара. Ещё заход по пульманам. Замечаю цистерны, теперь заход по ним. Ну вот другое дело с подсветкой по веселее. Что было в вагонах непонятно, наверное продукты для голодающих детишек. Стрелять по продуктам или тряпкам посчитал бессмысленным. Покрутился ещё наконец заметил то что искал. Небольшая танковая колонна пробирается под покровом темноты. То что доктор прописал. Тройки или четвёрки не разберу. Ладно неважно. На прямом участке дороги выстраиваются в линию. Держат грамотную дистанцию. Захожу с кормы. Залп, ещё. Успеваю обстрелять только два, удачно. Фрицы учёные расползаются влево-право. Заход. Бью в борта, тоже нормально, ещё два горят. Теперь захожу в лобовую проекцию, непонятно причинил ли какой вред (не полигон, глубину вмятин не измеришь), перевёл огонь на повернувшийся тыльной стороной, воот, другое дело. Патронов осталось на 1-2 залпа. Домой. Дилемма! По самолёту трёх точечный залп избыточен, по паровозу и танкам самое то, а двух точек на них хватит? Если третью отключать то зачем её возить, лучше освободить место и вес, а увеличить боезапас. В размышлениях почти добрался на базу, когда с приметной площадки взлетел самолёт, маленький. Не уж-то ночной охотник, интересненько. Заправлюсь ка я да в гости наведаюсь, обещал ведь. Меня одного обслужили за 50 минут. В том же районе ходил размашистым зигзагом, другой или тот же? Если тот, ему скоро на посадку, вот бы канал управления нащупать. С наскока не получилось. У самолёта сектор обнаружения довольно узкий да и дальность невелика. Но ему наверняка подсказывают с земли радар и звукопеленгаторы. Так что низенько, тихенько, бочком крадусь ему в тыл. Таки забрался. Думаю теперь мы на радаре одно пятно, а звукометристы разделяют две цели? Если Ме-110, а вероятность этого велика, тем более юнкерс, что вряд ли, моторов два, мой третий. Авось запутаются. Наконец ему надоело (я думал это наступит раньше) вертеться и он пошлёпал на хауз. Я естественно за ним. 110 мигнул посадочными фарами. Слева от полосы включились три прожектора ярко осветив место посадки Когда ему оставалось до земли метров 10-15 лупанул по светильникам. Нежные изделия не выдержали такого хамского отношения, для нормальных людей наступила полная темнота, несмотря на включённые посадочные огни пилот какое-то время ничего не видит. Интересно он умеет садиться в слепую? Неа, потерял горизонт, чирканул крылом - полоса занята. Это не было издевательством, просто я боялся что прожектора могут переключиться на меня, если поймают, не поздоровится. Теперь работаем. Пострелял по казарме, по самолётам, поджёг топливо, пора и честь знать.

Блин ну кто же знал. 8го вечером наши спланировали массированный налёт на аэродромы, в том числе и Брянско-Орловского района базирования. Возможно в том что внезапно не получилось есть и моя вина. Переполошил фрицев. Давно известно инициатива наказуема. Отмазываюсь тем что меня не собирались предупреждать. Наша 16я ВА не участвовала. Реальную эффективность операции можно определить хотя бы по тому, что крупные налёты на промышленные центры в тылу прекратились.

Наши задачи остались прежние: - Разведка, борьба с транспортом, перехват мелких групп бомбардировщиков ночью. На обнаружение взлетал я, по необходимости поднимал кого-то из комэсок. Сначала они дежурили парой. Оказалось такой необходимости нет, стали по одному. Видимо немцы вычислили откуда взлетает корень зла. Двадцатого на утренней зорьке десятка Фв-190 под прикрытием четырёх истребителей нанесла бомбо-штурмовой удар по нашему аэродрому - ложному. Загодя поднятая четвёрка имитировала отчаянное сопротивление, даже кого-то подранила. Прилетавшего проконтролировать результат Юнкерса приземлили. В этот же день в полк прибыло пополнение. Три " птенца" и два относительно опытных (после госпиталя) лётчика. Снова заработал класс подготовки имени Семёна КруглОва. Из Горького в течении трёх дней пригоняли по два самолёта. До 26 июня некогда было в гору глянуть. В голове вертелась мысль: - третья пушка лишняя, лучше боекомплект увеличить. Не успел. 27го во второй половине дня вызвали в штаб. Пришёл. Там п-к Крикун собственной персоной. Все вышли. Интересное начало.

– Ты помнишь, у вас генерал с проверкой был?

– Да, конечно.

– Он сказал, ты всё знаешь.

– Так точно, с какой площадки взлетает литер?

– С каретного.

– Плохо, ну ладно. Время, по плану?

– Да. Вот частоты, После взлёта установить связь. Резервная связь светокодом. Вот таблица сигналов.

– Нет. Основная связь светокодом. Взлёт в радио молчании. Выход в эфир только в крайнем случае. Так было договорено.

– Там боятся что вы их не обнаружите.

– Блин! Чем поможет установление связи? Только демаскирует. Звоните, предупреждайте, первый вариант!

– Звонить нельзя!

– Посылайте гонца, едьте сами.

– Правильно, а подтверждение можно и по телефону.

Солнце село, сумерки длинные. Снова посыльный. До взлёта 43 минуты. Крикун спокоен : - Всё по плану. Связь первый вариант. Основная светокод. Готовся. Говорить ничего не буду, всё сам понимаешь.

Суть суеты в следующем: - назревает большая драка, то-ли из штаба фронта, может сам Рокосовский, или из ставки кто-то решил посмотреть на всё это безобразие своими глазами. Ночь сегодня ясная, довольно лунная. Что они там увидят не знаю, но вылет По-2 назначен, я осуществляю прикрытие.

Лечу. Кукурузник чешет от "каретного" к линии фронта, пристраиваюсь справа. Выравниваю скорости, выпустил всю механизацию, иначе свалюсь. Мигаю синим световым кодом. Не видят. Прижался плотнее, надеюсь прежде чем крутить вираж посмотрит. Снова мигаю. Да что они там не уж-то мотора не слышат? А, нет отвечает из задней кабины, всё верно. Отхожу подальше, занимаю экономичный режим. Слегка расслабился. Кого послали на рекогносцировку? Пролетели параллельно линии фронта километров 90, на расстоянии 10-15 км, развернулись идём над ленточкой километр со стороны фрицев. Тишина, светит луна. Пока никого. Прошли практически те же 90. Думаю вот и славненько, теперь домой. Хрен там. Крутит к фрицам. Блин, что ему тут понадобилось, набирает высоту, я уже по топливу начинаю переживать. Мы уже чуть ли не западнее Орла. Фактически влезли в пасть (или в ствол) тигру. Впереди вижу как сдвоенные паровозы тащат состав, тяжеленный, явно с техникой. Это что он к поезду идёт!? Фух, вираж. Вдруг:

– 603 двести первому.

И что за крайность? Теперь тихариться нет смысла: - 201(ком полка ночников, неслабо), 603 на связи.

– Состав видишь?

– Давно вижу.

– Приказ третьего, уничтожить.

Третий ты балбес, а в слух: -как скажете, больше ничего не надо?

201 аж поперхнулся в эфире. Мы тут шифровались как умные и всё летит к чёрту. А.... всё равно нас теперь не отпустят. Видимо вся злоба вложилась в эту очередь, и конечно элемент везения. Там и насыпь высокая. Короче пар , дым, взрывы, вагоны кубарем. Совершенно не ожидал такого эффекта.