Чтение онлайн

Приближался конец Июня. Дата гибели Змея стала известна всем, но для большинства он был лишь одним из личного состава полка, да интересным, но не более того. Только для Егора и потомков Степана был самоцелью. Василий и стремился сюда, и боялся. Два года он откладывал поездку. Теперь логика поиска неумолимо вела в эту точку. За время поисков он как бы искал подтверждения - все воспоминания не бред. Его феноменальные способности на самом деле были проверкой памяти. Сверх способности не работали, проверил сразу. Только память, которая говорила - "Всё было!" Он и сейчас чувствовал себя Змеем - Сашко-Василием, только теперь в теле Василия. Способности видимо связаны с телом Александра во взаимодействии с Григорием, следы которого затерялись в госпиталях. Была мизерная надежда на пластину, если она сохранила заряд, если будет контакт.

На удивление, нашёлся Смирнов. Алексей живёт с семьёй внука в большом загородном доме южнее Орла. Контакт установили только с потомком. Ссылаясь на преклонный возраст, слабое здоровье, не желание деда вспоминать кровавое время, попросили нас его не беспокоить. Понятно, кто мы для них? Какие-то поисковики-копатели. Два года посылал короткие отчёты. В этом году послал сообщение: "Планируем поднять "Эквилибриста"." Получил, неожиданно, быстрый ответ: "Обязательно будем. Сообщите время, место дед сказал найдёт ночью с закрытыми глазами!" Передал время и место, обещал отзвониться по прибытии. Им ехать часа полтора не торопясь. Будет всем сюрприз.

Однако первыми преподнесли сюрприз "металлурги". Остановились мы в городке неподалеку от точки. Здесь был мемориал где в числе других был перезахоронен Смушкевич. Я стоял у памятника и читал надпись на своей могиле

– Смушкевич Александр Янович.

Ниже: - Сашко-Змей. 1925-1943.

Рядом стоял Егор, читал те же строки и не верил сам себе.

Боковым зрением увидел, что подъехала машина Степаныча, а за ней ещё одна незнакомая. Пошёл на встречу, да так и стал. Из дверей задней машины выскочили молодые люди, нет они не были сильно похожи, но я точно знал кто появится за ними в след. Гриша, даже на фоне рослых внуков, выглядел, не смотря на возраст, глыбой. Постарело лицо, несколько согнулась спина, но от фигуры по прежнему веяло мощью. Захотелось рвануться, обнять, наговорить кучу всего. Сдержался. Протянул руку: "Здравствуйте Григорий Иванович!" Киселёв пристально взглянул в глаза (что-то ему почудилось) и молча пожал протянутую руку.

– Ну вот - расстроился Степаныч, - Хотел сюрприз сделать, а тут все друг друга знают!

– Ты не прав, сюрприз удался. Просто командира ОГМ не возможно не узнать. Берзин Василий Николаевич, - наконец представился, - Бригадир группы поиска.

Пока знакомились подъехал и мой сюрприз. Лёшка изменился сильно, однако был узнан, прижат к могучей груди и орошен скупой мужской слезой. Оказалось старики не виделись с того дня в июне 43.

Постояли у обелиска. Борисыч доложил, что в столовой готов поминальный обед. Поскольку заведение общепита находилось рядом, переместились пешим порядком. Столы стояли буквой П, по средине на тумбе стояла фотография беловолосого, голубоглазого, семнадцатилетнего младшего лейтенанта, четырежды орденоносца, героя советского союза. У портрета с чёрным уголком стоял налитый стакан прикрытый скибкой чёрного хлеба.

Первую выпили за СашкА и всех отдавших жизнь за Родину. Закусили, повторили. Потихоньку начались воспоминания. Первым заговорил Смирнов: "А ведь он в тот день спас меня. Всё из-за моего ведомого. Фашистов заметили издалека. Они заходили на ложный аэродром, решили пропустить. Вдруг ведомый - прикрой , атакую и пикирует на фкеров. Смело, но безрассудно до глупости. По паре мессеров на хвосте и у него, и у меня, и не успеваю. Фоку птенец, всё таки сбил. Я дал очередь, далеко - может попаду, или хоть испугаю. И не попал и не испугал- срезали желторотика. Меня прикрыл Змей, он с любой дистанции не промахивался, завалил моего преследователя. А вот его прикрыть было некому. Я всё же надеялся на "Эквилибристе" выкрутится. Да он и оторвался, но видимо самолёт был повреждён, если с парашютом выпрыгнул. Тут его и достали. Одна пуля, да прямо в сердце. А я видишь выжил." Воспоминания потянулись цепочкой, эпизод за эпизодом. Григорий Иванович рассказал как Сашко появился на стоянке. Самым странным ему показалось что кашевар сам принёс им кашу и компот.
– Без хлеба.
– тихо добавил Василий, но два человека это заметили. " Вот откуда, батя может это знать?" - подумал Егор. А Гриша так же тихо повторил: "Без хлеба". Вспомнили и "танковою атаку". После чего Степаныч продемонстрировал нож и рассказал его историю - Отец говорил, что есть брат близнец, но про него ничего не известно. На что Киселёв кивнул внуку и тот положил на стол "президиума" клинок в ножнах. Старый металлург даже подпрыгнул, моляще взглянул на гиганта. Тот кивнул и на свет был извлечён тот самый брат близнец, отличавшийся надписью и ручкой под огромную кисть руки. Сейчас откроется тайна, двигавшая устремлениями двух поколений потомков красноармейца Степана :

– Григорий Иванович вы уверены, что эти ножи делал Сашко-Змей лично?

– Он много чего делал.

– Ну, а как он это делал?

– Не знаю, он словно из пластилина лепил, металл его слушался, да и неметалл - тоже. Стекло, дерево, ткань, даже землю рыхлил, когда землянки копали, а вот как. Наверное силой мысли.

Стало ясно, что ничего не ясно. Только то, что делалось на земле, человеком. Разве что СашкО сам пришелец - выдвинул предположение Степаныч. Старики посмеялись: - Конечно пришелец, он же из лесу пришёл. Правда особист тщательно проверял.

Тем временем внуки Григория рассказывали Василию и Егору о жизни деда.

– После госпиталей его комиссовали. Бабушка пристроила его в КБ рабочим на экспериментальную сборку. Низкая должность в сравнении с женой его не тяготила, скорее наоборот он гордился её успехами и высоким положением. Хотя и сам со временем имел специфический авторитет. Говорили дед может не работать, а просто находиться на стапеле и самолёт обязательно полетит. Даже испытатели это заметили (ох уж суеверный народ). Так до пенсии оба и работали в КБ, а после НПО им. Лавочкина. В семье часто и много вспоминали Сашку-Змея, бабушка его очень любила, говорила он нам больше чем брат и сильно горевала из-за его гибели. Деда, конечно не сильно поймёшь, но как-то признался, что его словно пополам разорвало той пулей что Змею досталась. Сыновей у них не было, только дочки. Внуков настояла бабушка назвать Александрами. Вот и ходим Сашка да Шурка, что бы не путаться.
– улыбаются.

– Досадно наверное?

– Что вы, наоборот - гордимся. Вы знаете, читали записки, которые он оставил бабушке, даже в голове не помещается, на сколько он обогнал своё время. Некоторые идеи, только сейчас стало понятно о чём говорил.

Разговор прервало предложение выпить за здоровье ветеранов. Поставив рюмку Смирнов вспомнил: "А знаете ребята, Змей никогда не пил алкоголь, а что бы не выбиваться из коллектива наливал в стопку воду из специальной бутылки!"

– Прямо как наш Николаич, - под осуждающим взглядом Сёма смутился, но слово уже вылетело. Григорий взял бутылку из которой Василий наливал только себе, понюхал и лукаво усмехнулся. Ещё один штришок к непонятной, пока картине.

Разговоры затянулись. Поисковики рассказывали о своих находках. Ветераны вспоминали связанные с этим события. Всем, особенно молодёжи, было интересно наложение судеб вещей и людей. Тот же пресловутый немецкий танк, авиационный полк и майор-подполковник с нехорошей кличкой. Степаныч какое-то время терроризировал Киселёва, но кроме самого факта трансформации материалов Змеем, никакой полезной информации о самом процессе не получил.

Ближе к вечеру в основном зале заиграла музыка, начали подходить местные. Молодёжь осталась поколобродить, а старики потянулись на выход. За нами пошли и внуки ветеранов. Алексей своим разрешил остаться: " Если хотите, можете потусить. Мы в гостиницу." Григорий Иванович согласно кивнул своим. Тем, явно хотелось, но оставить дедов не решались. Пришлось прийти на помощь, пообещав присмотреть за предками.

– Кто за кем ещё присмотрит!
– пробурчали те в унисон. Все рассмеялись и двинули согласно своих интересов. В гостинице, шедшие с нами разошлись по номерам, а однополчан я пригласил на чай. Не вмоготу стало таиться от друзей. Тем более, видел что Гриша подозревает и всё равно спросит. Честнее рассказать самому. В номере обнял их (чем удивил Алексея и лишь слегка Григория), усадил в кресла у журнального столика, включил чайник, стал расставлять чайную приблуду. Сколько раз Гр Ив наблюдал за этими манипуляциями: "Значит всё таки СашкО?" - как всегда, тихо произнёс он. Смешно было смотреть на вытянувшееся лицо Смирнова.

– Нет, Василий. Змей, но не полноценный.
– в это время постучали, получив разрешение, вошёл Егор.

– Пап, извини, не знал...

– Все нормально, проходи.
– увидев что стол накрыт на четверых, понял, что его приход предвидели.
– Ты, мой сын, имеешь право знать.

За чаем рассказал свою жизнь до приступа на дороге и последующего слияния.

– Дальше вы знаете. Егор всё что рассказывали за столом про Змея - это обо мне. В последнем бою повредили тягу руля высоты. Из-за перегрузки она лопнула. Стабилизатор заклинило в положении на кабрирование, пришлось прыгать. Тут фриц меня и подловил, рановато я парашют открыл.