Чтение онлайн

Террористы начали сгонять заложников в хвост самолёта.

— Саня, Даша, проверьте мебель в кубриках и туалеты, чтобы там никто не прятался! — приказал противный голос. — Надо найти ублюдка, который избил Костю.

— Хорошо, па, — видимо, отозвался Саня.

Открутив шляпку, Ярослав открыл крышечку внутреннего контейнера и наткнулся на новую металлическую шляпку и кодовый замок, пароль которого знали только КВС и бортинженер. «Девять, один, один, шесть, три, ноль», — Коломин ввёл пароль, который удалось «подсмотреть» в ближайшем прошлом при помощи «Зевса». Террорист открыл дверь в соседний туалет, сейчас доберётся и до Ярослава. Немного вспотев, Коломин выкрутил вторую металлическую шляпку в полу. Появилась щель, из которой дохнуло воздухом, и капитан поднял крышку люка, которая до этого маскировалась как обычная часть пола. Захватчик попытался открыть дверь и понял, что она заперта.

— Па, нашёл гадёныша! — крикнул Саня на весь салон. — Сортирный, чёрт возьми, боец.

— Ну-ка, все сюда, дети мои. — Обладатель противного голоса прибежал к кубрику ещё с несколькими людьми. — Лида, открой-ка!

Лида, вооружённая дедовским «Наганом», приложила к замку туалета ключ-карту, отнятую у стюардессы. Когда захватчики пнули внутрь дверцу и наставили туда оружейные стволы, то оказалось, что внутри никого не было. Крякнув с сильным чувством досады, Саня вновь запер туалет.

Гудела техника, в мягком полумраке перемигивались разноцветные лампочки. Множество проводов и трубочек различных цветов и толщины переплетались и изящно закреплялись на различных кронштейнах. Некоторые коробочки и контейнеры с оборудованием ограждались плотной металлической сеткой, чтобы исключить доступ посторонних. То и дело перед взором возникали запрещающие и предупреждающие значки вроде «Не влезай, убьёт», «Электромагнитная опасность», «Возможность поражения электрическим током», «Высокое напряжение», «Неавторизированный доступ запрещён», «Доступ только для бортинженера или специализированного персонала», «Радиационная опасность», «Не вскрывать», «Перед доступом убедиться в наличии особой экипировки», «При включённом двигателе не задействовать», «Включать только на земле», «Включать только при исследовательском полёте» и тому подобных. Нередко по бокам располагались баллоны. Попадались круглые, квадратные, треугольные и прямоугольные кнопки — в основном, из непрозрачного пластика и металла. Находились кнопки, дополнительно спрятанные под крышечками во избежание случайного нажатия. Также встречались рычажки и тумблеры всяческих габаритов.

Тут было несколько холоднее, чем в салоне. Путь освещался двумя голубыми линиями, одновременно обозначающие и путь, и границы, за которые попавшему в технический коридор запрещалось заходить. Ярослав, не слишком много понимавший в авиации, старался передвигаться очень осторожно и ничего не задевать. Ту-144Э являлся очень сложным изделием с крайне чувствительной начинкой, от слаженной работы которой зависели жизнь и здоровье пассажиров и экипажа. Согнувшись во весь рост, Коломин перемещался на корточках и пытался производить как можно меньше шума. Повернув и оказавшись на перекрёстке, Ярослав различил в полутьме экранофон, снял трубку и нажал на кнопку «Кабина». Включённое изображение оказалось чёрно-белым, и качество его приходилось так себе.

— Командир, кто-то вышел на связь из технического! — полушёпотом окликнул главного пилота бортинженер.

— Ё-моё, неужели как-то ломанули один из люков? — прошипел КВС.

Коломин приложил к камере своего экранофона удостоверение. Разглядеть написанное в нём было достаточно трудно, но Ярослав надеялся, что члены экипажа различили увиденное.

— Друзья, спокойно! Я Ярослав Леонидович Коломин, капитан МВД, — представился оперативник. — Следователь по особо важным делам, Экспериментальный отдел.

— Алексей Алексеевич Зорин, командир судна, — представился главный пилот, стараясь не отвлекаться от управления самолётом. — Ярослав Леонидович, откуда вы узнали код от люка?

— Вот эти очки мне помогли, Алексей Алексеевич. — Коломин указал на активно работающего «Тиресия». — Особо сложный прибор, всё остальное — под грифом «Совершенно секретно».

— Хорошо, товарищ капитан. Выглядит ваш прибор достаточно солидно. Выуживать из вас технические подробности не стану. — Зорин нажал пару кнопок на приборной панели. — Как вы понимаете, произошла попытка угона самолёта. В настоящий момент на борту находится около десятка террористов. Сведения о всех пассажирах вносятся в бортовой компьютер.

— Известно, кто они?

— Так точно. Бортинженер Солодов, с которым вы имели честь познакомиться первым, установил личности захватчиков при помощи «Искры», — подтвердил КВС.

Лысеющий Солодов, с усами, как у моржа, отвернулся от приборной панели, за которой сидел, и направил взор на камеру экранофона.

— Товарищ капитан, это семья Быковых, больше известная как музыкальный коллектив «Пермские баллады», — развёл руками бортинженер, читая информацию с зелёного экрана компьютера «Искра». — Быкова Жозефина Павловна, пятьдесят один год, и Быков Семён Дмитриевич, пятьдесят лет. Супруги. Далее, Быков Константин Семёнович, двадцать шесть лет, Быкова Лидия Семёновна, двадцать лет, Быков Александр Семёнович, тридцать три года, и Быкова Дарья Семёновна, тридцать лет. Это старшие дети. Далее, младшие. Быков Андрей Семёнович, шестнадцать лет, Быкова Надежда Семёновна, четырнадцать лет, Быков Анатолий Семёнович, восемь лет. Неизвестно, участвуют ли в захвате младшие дети. Кроме того, среди вооружённых людей числятся Саввин Олеандр Павлович, шестьдесят лет, брат Жозефины, и его сын Саввин Аристотель Олеандрович, тридцать лет.

При упоминании последнего Коломин невольно прыснул от смеха.

— «Пермские баллады» — оксюморон какой-то, — смеялся Ярослав. — Сдаётся мне, на побег всех подговорила эта Жозефина. У творческих людей шарики за ролики заехали.

— Вам смешно, товарищ капитан, а нам — не очень, — покачал головой Зорин. — В Курган-Тюбе мы не производили дозаправку. Топлива нам не хватит даже до Рижского хаба, не говоря о Швеции. У них же откуда-то в наличии оказалась нейтронная бомба, которую они угрожают взорвать, если мы начнём снижение раньше времени или если нас начнут сопровождать истребители.

— Вы доложили в Центр? Они пытались ворваться внутрь?

— Так точно, сообщить о проблеме успели, — кивнул КВС. — Сначала ломились, угрожали убить Свету, бортпроводницу. Приставляли к её виску «Наган». Мы смогли их убедить, что «умная» система самолёта среагировала на такой случай и заперла нас автоматически. Вообще шансов у них прорваться к нам мало, разве что только разнести машину на куски. Потом они передали свои требования и вроде затихли.

— Перед тем, как они заклеили все камеры, мы успели разглядеть, как по центру самолёта установлено некое устройство. Товарищ капитан, это нейтронная бомба. Могу вам это гарантировать, как человек, в своё время служивший на атомном бомбардировщике, — дополнил Солодов.

— Друзья, нейтронная бомба — это очень хороший муляж, — уверенно отрезал Коломин. — Эпицентр ядерного взрыва из нас не сделают, успокойтесь. Однако у террористов есть пара РГД, которые могут нанести достаточный урон Ту-144Э.

— Откуда вы знаете? — засомневался бортинженер, на что Ярослав убедительно постучал пальцем по «Тиресию». Солодов заёрзал на стуле. — Вы можете видеть сквозь предметы? Как они смогли пронести на борт оружие?

— Оружие у всех старого образца: «Наганы», «Тульские Токаревы», «Мосинки», обрезы двуствольных охотничьих ружей, РГД. Скорее всего, нашли или купили какой-нибудь запас или схрон со времён Войны, — пояснил Ярослав. — Никаких радио-, электронных и прочих модулей. Никаких электронных, лазерных или плазменных патронов. Скорее всего, оружие было положено в негабаритные музыкальные инструменты, которые не влезали в сканер. В свою очередь, музыкальные инструменты могли быть чем-нибудь обиты изнутри, чтобы казаться пустыми на досмотре.

— Опять наша халатность… — прошипел Солодов.

— Сажайте «Тушку» в Шереметьево, как и планировали. Вызывайте на полосу все необходимые экстренные службы. Дверь никому, кроме меня не открывайте. — Коломин собирался отключаться.

— На этой модели «птички» есть искусственное затемнение иллюминаторов, — поведал Зорин. — Могу включить его, чтобы ввести террористов в заблуждение. Они могут почувствовать, но не увидеть, что Ту снижается.

— Не рискуйте, товарищ капитан! Давайте попытаемся спокойно приземлиться, а на земле их возьмёт какая-нибудь «Альфа», — впервые проронил молчание второй пилот. — Один вы не справитесь.