Красный волк. Проклятый остров
Шрифт:
– Прощай, отец.
Глава VII
По утрам ощущалась прохлада надвигающейся осени, но к полудню возвращалось лето, прощаясь зыбким теплом. По традиции, устоявшейся веками, в сентябре устраивалась королевская охота. Загодя псари и конюшие начинали готовить животных. Собакам уменьшали пай, псари устраивали травли. Чесали и стригли лошадям гривы, заплетая локоны в причудливые косички. Чинили и меняли упряжь. Егеря примечали тропы и выпасы. Весь двор жил в предвкушении предстоящей не то забавы, не то церемонии. Всё должно было быть безупречно. Каждый из придворных, обязанных явиться на охоту, по мере своих возможностей или обновлял костюм, или чинил старый. И если рутинная охота была мероприятием исключительно мужским, то на королевской можно было встретить женщин и девушек в пышных праздничных нарядах, грациозно расположившихся в специально изготовленных дамских сёдлах. Жёны и дочери наравне с заядлыми охотниками – мужьями и отцами – принимали участие в этой церемонии. Девиц забавляло и веселило такое приключение. Азарт гнал по жилам молодую кровь, адреналин будоражил сознание при виде оружия, дикой природы и в целом всего антуража происходящего. А вот степенным матронам охота доставляла массу неудобств. Но виду подавать нельзя, и они мужественно переносили все тяготы этого дня, успокаивая себя мыслями, что в следующий раз они сядут в седло лишь через год.
Молодой король Льенар не сразу встал с постели. Он долго валялся в кровати и думал о предстоящей сегодня охоте. Она и радовала его, и тяготила.
«Вот бы оторваться ото всех и затеряться в чаще. Да разве скроешься? – рассуждал он, – и кто придумал таскать весь двор по лесу… Неужели им не хватает пирушек в замке?! Ну, хоть не в четырёх стенах, и то хорошо…»
Ему крайне надоели бесконечные приёмы, надоели напудренные девушки, увивающиеся вокруг него, их родители, мечтавшие, чтобы он обратил внимание на одну из дочерей. Размышления молодого короля прервал еле слышный стук. Дверь в спальню бесшумно открылась, и в комнату вошли слуги с кувшином воды, тазом и свежим платьем. Льенар нехотя поднялся и начался утренний туалет.
– Пошлите за Морисом, – приказал король, вытирая лицо белоснежной салфеткой с королевском монограммой, вышитой золотом.
Через несколько минут появился молодой Хранитель Большого Ключа. Он тихо вошёл и встал в углу, приглаживая растрёпанные волосы. Морис ждал, когда король заметит его.
Слуги, покончив с туалетом, наконец удалились, и молодые люди остались одни.
– Морис, друг мой! Ты забыл, как на прошлом совете Генерал назвал тебя выскочкой?
– Ваше Величество! Этот старый пень вечно меня третирует, он явно…
– Морис, как думаешь, дело в возрасте? – перебил Хранителя король.
– Да знаю я, почему он окрысился. Когда мой отец преставился, он спал и видел, как бы протащить своего братца на его место.
– Одна сорока принесла мне на хвосте, что позавчера ты вернулся из города на рассвете.
– Но…
– Не перебивай, Морис! – тоном наставника прервал его король. – Вернулся перед рассветом, навеселе и не один. С девицей. Говорят, дочка портного…
– Сапожника, – вздохнул Морис, опустив голову и приняв смиренный вид.
– Э-э-э… Сапожника, – передразнил его Льенар. – Не мог что-нибудь получше найти? Мало при дворе девиц?
– Ваше Величество, она просто красавица! Божество! Со мной происходит что-то невообразимое, когда она рядом! А какая она кудесница в любовных утехах…
– Всё, хватит, Морис! Я не в настроении выслушивать подробности твоих любовных похождений!
– Она прелестница, Ваше Величество! Лесная голубка… Стройна и скромна. Очаровала, что же сделать! Устоять перед ней было невозможно…
– Как, впрочем, и перед каждой предыдущей!
– Я могу объяснить…
– Довольно! – отрезал Льенар.
– К тому же она полезная девушка, – не унимался оправдываться Морис, однако уже не так эмоционально, – У неё в знакомых парочка эсборских купцов.
– И что же с этого?
– Она рассказывает мне про них весьма занятные вещи…
Тут отворилась дверь, и слуги внесли завтрак. Поверхность просторного круглого стола очень быстро была заставлена блюдами. Суп из голубей, жареный каплун, бараньи котлеты размером с ладонь, нашпигованные чесноком и травами, овощное пюре с пшеничными гренками, оленья ветчина и варёные яйца с грибным соусом. Довершала этот кулинарный ансамбль королевского завтрака бутыль прохладного вина. Комната наполнилась ароматами, и, поторопив слуг удалиться, Льенар и Морис расположились за столом друг напротив друга. Принявшись трапезничать, они продолжили прерванный разговор.
– Так что там с этими эсборскими купцами? – напомнил Льенар.
– Да, да! – радостно отреагировал Морис, стараясь не отрываться от еды, – Так вот… Когда эти двое, изрядно набравшись пивом, начинают спорить, у них проскакивают такие словечки, что даже дочка сапожника поняла, что они вовсе не купцы.
– Шпионы? – король сделал наигранно серьёзное лицо.
– Льен… – Морис осёкся, учтиво покашляв, – Ваше Величество! А ведь возможно, что и шпионы. Или и того хуже…
– Морис, – Льенар серьёзно посмотрел на друга, – У тебя огромная сеть лазутчиков, шпионов, осведомителей. Твой отец достиг в этом деле таких высот!.. И тебе всё передал. Но ты смог расширить эту сеть всего за пару лет. Не пристало Хранителю с девками по городу гулять, да ещё в нетрезвом виде.
Морис хотел было что-то сказать в своё оправдание, но Льенар не дал ему открыть рта.
– Нет, ты послушай! Я серьёзно! Не знаю, каких ты там шпионов ловишь, но знаю точно, что лицо ты теряешь. И, между прочим, при этом моё лицо тоже страдает!
– Ваше Высочество, есть вопросы, которые я не могу доверить…
– Морис! – Льенар стукнул пальцами по столу. – Не искушай меня! Завязывай с этой публичностью. Делай, что считаешь нужным, но чтоб ни одна подзаборная собака не видела тебя в неподобающем виде! Ты, чёрт подери, Хранитель Большого Ключа! Второе лицо в королевстве!
– Пока ты не женился! – хохоча, перебил Морис. – Тогда у королевства появится более симпатичное второе лицо!
Льенар схватил со стола кусок пшеничной лепёшки и бросил через стол в Мориса. Тот хотел увернуться, но лепёшка угодила ему прямо в лоб. Насмеявшись от души и как следует позавтракав, молодые люди встали из-за стола.
– Ну, что? – Льенар приобнял Мориса за плечи, – Готов?
– Если, Ваше Величество, Вы про охоту, то я, конечно, предпочёл бы остаться и приглядеть за кухарками да служанками. Чтобы к вашему возвращению всё было как надо.
– Я тебе пригляжу! Поскачешь со мной рядом. Как в тот ледовый рейд! Помнишь?
– Такое не забывается. Ну а моя Джоанна с папашей будут?
– Девиц будет полным-полно. Что тебе Джоанна? Разве тебе уже не всё равно?
В тронном зале появления короля ожидал весь высший свет двух объединённых королевств: Фортресса и Эсбора. Фортресские бородачи с вьющимися чёрными волосами ниже плеч в сопровождении своих красавиц-жён и дочерей в модных для Фортресса чёрных бархатных охотничьих костюмах, расшитых жемчугом и серебром. И, словно в противовес им, светловолосые гладковыбритые эсборские вельможи с семьями, сплошь облачённые в красное с безумными перьями в головных уборах. Фортрессцы ощущали себя хозяевами, и надо отдать им должное, вели они себя гостеприимно. Ни в чём нельзя было заподозрить неприязнь к гостям или, не дай Говер, нелюбовь. Эсборцы же изо всех сил старались делать вид, будто не было три года назад той ужасной резни в Рейме, в которой почти у каждого погиб кто-то из родных. Не было будто поражения в лесу Грегора, наложившего тень позора на эсборское воинство. И не было никогда короля Виктора, таинственно исчезнувшего во время всех этих событий. И те, и эти понимали, что как никогда обоим королевствам нужен мир.
– Его Величество король Фортресса и Эсбора – Льенар Вильгемонт! – громогласно провозгласил церемониймейстер, отстучав положенные три раза жезлом по полу.
Чёрно-красный зал склонился в приветственном поклоне. Не склонив голов, остались лишь несколько человек, стоявших у стен. Крупные, с суровым взглядом мужчины внимательно следили за гостями. С момента смерти короля Эдмунда братство взяло на себя тайную охрану короля.
И вот появился молодой король. Он вошёл в зал, олицетворяя собой надежду на мирное сосуществование двух народов под одной короной. Черноволосый, гладко выбритый Вильгемонт был облачён в чёрный охотничий костюм с красной оторочкой и подпоясан красным же кушаком. Льенар коснулся двумя пальцами правой руки левого запястья, приветствуя тайным знаком членов братства.