Красный воробушек и Чёрный кот
Шрифт:
И спустя пару секунд поняла, что он также спрашивал совсем недавно об своем доме.
Сравнение конечно так себе, но чувство дежавю странно смешало все мысли в одну неразборчивую кашу.
К Томасу хотелось прикоснуться. Руками - кончиками пальцев по загорелой коже, губами - по острым ключицам и манящим губам, и душой к душе, пропитаться им полностью.
Он дарил какой-то блаженный уют и умиротворение, даже просто находясь рядом и награждая короткими, но тяжёлыми взглядами из под полуопущенных ресниц.
С ним хотелось сидеть рядом за чашечкой какао в какой-то небольшой кофейне, вдыхать ароматы зёрен и свежей выпечки.
Именно с ним было желание оберегать в тишине его объятий счастье различных мелочей.
– На Новый год, под бой курантов, загадал желание, - кажется, не только я витала где-то далеко, но при этом совсем рядом с ним.
– Я хотел вновь встретить загадочную красавицу и пригреть у себя, чтобы она больше не упархивала от меня, как от хищного кота.
– Ты больше домашний урчащий котяра, нежели хищный, - говорю с лёгкой улыбкой и надеюсь, что от его комплимента мои щеки не пылают, как красные гирлянды на ёлке.
Мужчина не отвечает, только улыбается загадочно и... начинает урчать. Как самый, чтоб его, настоящий кот.
И от его серых глаз невозможно было оторваться, словно он меня загипнотизировал.
Так обычно смотрел кошак, который точно самодовольно знал, что ему не откажут почесать пузико.
– Прекрати меня соблазнять!
– хнычу жалобно, закрывая лицо руками.
– А то я уже скоро начну думать о том, как бы свить гнёздышко для нас.
Томас замирает и словно напрягается всем телом. Из смешливого он превращается в серьёзного, собранного и завораживающее прекрасного мужчину.
Поджимаю недовольно губы, ибо я просила не соблазнять, а он сразу же сделал с точностью да наоборот.
Когда босс откладывает нож, вытирает руки и быстрым шагами приближается ко мне, едва ли не перепрыгивая огромную широкую столешницу, у меня сердце падает в пятки. Точно кот, ей Богу.
– Я не буду обещать золотых гор и всегда беззаботной жизни. Но могу заверить, что точно буду верен тебе и только тебе до конца своих дней.
Он говорил это тихим, но уверенным голосом, слегка хрипя, словно он волновался даже куда больше, чем я.
Но я ему верила. Просто чувствовала, что такой человек лгать, глядя прямо в глаза, не может.
И эти слова давали уверенность в том, что всё так и будет. Он не клялся в вечной любви, не душил своим чрезмерным напором, но и не ходил трусливо вокруг да около, давая понять свои намерения.
И да, все ещё было страшновато представлять такое будущее рядом с ним. Но еще страшнее и неприятнее было думать о том, что его, как раз таки, не будет рядом.
– Давай пока остановимся на поцелуях, а там уже посмотрим куда нас затянет, - поднимаюсь на дрожащих ногах и становлюсь совсем рядом с ним.
Томас не медлит, обнимает за талию и вновь растягивает губы в хитрой улыбке, от которой внутри все сжимается.
От предвкушения.
Интереса и, кажется, горячей такой симпатии.
– Как же я рад, что моему воробушку нравится урчание и объятия кота, - наклоняясь, говорит прежде, чем наконец-то накрыть мои губы своими, даря долгожданный поцелуй.
Кажется, я на самом деле нашла своё счастье. И, как советовала подруга, постараюсь не упустить.
Каждой птичке (не важно – яркой или невзрачной) нужен надёжный котик, кто бы там что не говорил.