Чтение онлайн

— Меня зовут Пакстон, но все то время, что мы проведем вместе, ты будешь называть меня «сэр» или «господин». Если в какой-то момент ты назовешь меня иначе или не сможешь обратиться ко мне должным образом, ты будешь наказана. Это понятно? — Его голос был спокойным, глубоким и прямым, но с гранью, острой и смертоносной, как лезвие.

Я кивнула, но его глаза сузились.

— Да, да, сэр, — сказала я.

Необходимость обращаться к кому-то подобным образом, будучи скованной, действовала мне на нервы. Я увидела, как он подошел к столу и осмотрел доступные ему игрушки. Он взял флоггер и небрежно покрутил его в руке. Он вернулся и резко взмахнул им, хлестнув меня по животу. Жгучая боль обожгла кожу. Когда я не отреагировала, он ударил сильнее, и я поморщилась, издав тихий вздох.

— Ты должна реагировать быстрее, — сказал он, все так же мертвенно-спокойно.

Прежде чем я успела сообразить, что мне нужно сказать «сэр», он ударил меня снова, на этот раз по груди. Я зашипела от боли и дернулась в наручниках, гневно глядя на него. Он сильно ударил меня еще несколько раз, пока я не начала вскрикивать, пытаясь увернуться от ударов.

— Да, сэр! — вскрикнула я.

Он ударил еще раз, так сильно, что резкий щелчок отдался в ушах. На глаза навернулись слезы, и я вздрогнула от вспышки боли; моя грудь тяжело вздымалась в попытках вздохнуть. Его глаза голодно скользили по красным отметинам на моей коже. Я злобно посмотрела на него, когда он приблизился и остановился передо мной.

— Столько огня... — выдохнул он. — Буду с нетерпением ждать возможности его погасить. — Он провел рукой по моему телу, с восхищением лаская оставленные им рубцы. — Твоя кожа так чудесно покрывается следами.

Он отступил на шаг и склонил голову, глядя на мое тело, словно оценивая, куда нанести следующий удар. Он хлестнул, позволив лишь кончикам коснуться моей кожи, нанеся несколько быстрых ударов по бедрам. Я вскрикнула, так как боль была гораздо сильнее, чем в предыдущий раз. Он сделал паузу и наблюдал, как я дрожу, пытаясь дышать сквозь боль; я видела, как он критически изучает меня, почти как если бы он наблюдал за тем, как я справляюсь с болью, чтобы использовать это в своих интересах.

Как и следовало ожидать, он едва дал мне время перевести дух, прежде чем снова пустил в ход флоггер. На этот раз он не останавливался, и я видела, как его глаза медленно начинают светиться от возбуждения и жара. Мое тело горело от боли, я кричала и содрогалась в оковах, пока он переходил все границы моей выносливости. Он снова остановился, но как только я расслабилась, он взмахнул запястьем и нанес серию быстрых ударов по моей груди.

К тому времени, как он закончил, мне было трудно дышать, и казалось, что я не могу сделать полный вдох. Он подошел ко мне; из-за легкого напряжения от его усилий его дыхание участилось. Я жалобно заскулила в знак протеста, когда его пальцы скользнули по моим бедрам; его прикосновения к рубцам обжигали, и я чувствовала, как под его пальцами саднит моя кожа.

— Хватит... — выдохнула я сквозь рыдания.

Его взгляд метнулся к моим глазам и жестоко потемнел. Он схватил меня за подбородок и наклонился вплотную.

— Никаких разговоров, пока я к тебе не обращусь, — прорычал он.

Он отстранился, и, когда наши глаза снова встретились, хлестнул меня флоггером. Он сделал это еще несколько раз, пока боль, казалось, не поглотила всё мое существо, и я могла лишь стонать и содрогаться.

— Никогда больше не смей говорить мне «хватит», — тяжело дыша, произнес он. — Это понятно?

— Да, сэр, — выдохнула я.

— Похоже, у тебя не очень высокий болевой порог, — проворчал он. Он подошел ко мне, и его рука опустилась между моих ног; его палец скользнул внутрь меня. — Я вижу, ты не получаешь удовольствия от боли. Это все усложнит для тебя.

Его пальцы двигались внутри меня, пока он наблюдал за моим лицом. Он засунул другой палец мне в рот, грубо протолкнув его в горло, затем вытащил и начал тереть им мой клитор. Он задел точку внутри меня, и когда увидел, как дрогнули мои веки, больно крутанул мой клитор пальцами. Я выругалась от боли и дернулась в оковах. Мои запястья горели огнем. Он продолжал трахать меня пальцами, находя места, где мне было приятно, а затем тут же причиняя сильную боль, распаляясь от моих криков. Несмотря ни на что, я чувствовала, как становлюсь влажной вокруг его пальцев, хотя была бесконечно далека от возбуждения.

— А, — протянул он. — Удовольствие вместе с болью. К сожалению, я не любитель доставлять тебе удовольствие. Я кончаю именно от боли. Но, по крайней мере, я знаю, как сделать тебя мокрой, когда мне это понадобится.

Его пальцы вышли из меня, и я бессильно обвисла на стене. Я видела, как его взгляд сместился к моим запястьям, его ноздри раздулись, а лицо приняло голодное выражение. Я подняла глаза и увидела след крови, стекающий по руке оттуда, где наручники врезались в запястья. Я заскулила.

— Я еще не планировал пускать тебе кровь, — задумчиво произнес он. Он провел голым пальцем по кровавому следу на моей руке и вздохнул от удовольствия. Поправив свой член через ткань штанов, он достал из кармана ключ и отпер браслеты на моих лодыжках, а затем и на запястьях. Лишившись опоры, я рухнула на пол.

— Наклонись над столом, — потребовал он. Я с трудом поднялась на ноги и, спотыкаясь, подошла к столу.

— Ты ничего не забыла? — спросил он, подходя сзади. Я попыталась обернуться, но он схватил меня за шею и швырнул вперед, на холодный металл.

— Да, сэр, — выдохнула я.

Пакстон пинком раздвинул мои ноги, и, когда он вошел в меня, вместе с его членом я почувствовала что-то металлическое. Я содрогнулась и изогнулась от этого ощущения.

— У меня пирсинг, — сказал он.

Пакстон вышел и начал водить членом вверх-вниз по моей киске, потираясь пирсингом о мой клитор. Он снова вошел в меня и начал трахать долгими, ровными толчками. Я безвольно лежала на столе. Пирсинг ощущался необычно, но не плохо. Я задумалась, каково бы это было с тем, кто хотел бы, чтобы мне тоже было хорошо. Я абстрагировалась и провалилась в прострацию в попытке отгородиться от боли.

Это работало, пока он не нажал кнопку на пульте от ошейника, и агония не пронзила мое тело; я забилась в конвульсиях на столе. Я услышала, как он резко вдохнул, и его темп ускорился. Когда разряд прекратился, я зарыдала и попыталась оттолкнуться от стола.

— Насчет этого Купер оказался прав, — задыхаясь, произнес он, почти про себя. Он схватил меня за волосы и с силой впечатал мою голову вниз, прижимая мое лицо к столу, чтобы пресечь любые попытки вырваться, и снова нажал на кнопку. Он кончил в меня со стоном, прежде чем разряд прекратился, а затем вышел. Я хватала ртом воздух, пока мое тело расслаблялось после боли, цепляясь за стол, чтобы не упасть.

Флоггер опустился на мою задницу, и со вскриком я отскочила от стола, пытаясь убежать. Я едва успела сделать шаг, прежде чем он рывком вернул меня назад за волосы и швырнул обратно на стол с такой силой, что из глаз посыпались искры.

— Не смей, блядь, двигаться, — прорычал он.

Он схватил веревку, связал мои запястья, затем вытянул мои руки вперед и привязал остаток веревки к столу, так что я оказалась согнутой над ним и не могла пошевелиться. Я была настолько ошеломлена, что не видела, что он делает, пока не почувствовала, как он трет что-то холодное о мою киску там, откуда вытекала его сперма. Он провел этим к моей заднице и надавил. Я вскрикнула от давления и попыталась вырваться, но это сделало только хуже. В наказание он на секунду нажал кнопку, и я снова рухнула на стол. В ту же секунду, когда разряд прекратился, он грубо протолкнул анальную пробку внутрь меня, и я скрипнула зубами от злости.