Чтение онлайн

Для создания различных оттенков красного римским художникам требуется больше пигментов, чем для гаммы тонов любого другого цвета: это уже само по себе доказательство главенствующей роли красного цвета и его популярности на всем пространстве Римской империи 34 . Мы уже упоминали красную охру, гематит и киноварь, хорошо известные древним египтянам и грекам. Гематит в Риме, по-видимому, используется уже не так широко, во всяком случае для изысканной живописи, зато киноварь в большой моде, несмотря на ее высокую цену и вредность (это сильнейший яд). Например, она сплошь и рядом применяется в настенной живописи Помпеи для создания фона, причем всегда кричаще ярких тонов. Отсюда и красная доминанта в оформлении стен многих вилл, владельцев которых мы сегодня не побоялись бы назвать нуворишами. В самом деле, Плиний объясняет нам, что киноварь стоит «в пятнадцать раз дороже африканской охры» и что по цене эта краска не уступает «александрийской синей», то есть тому самому египетскому синему, о котором мы упоминали выше, – самому дорогому из пигментов Античности. В I веке нашей эры киноварь высшего сорта добывают на рудниках Альмадена, в самом сердце Испании. В Рим ее доставляют в виде минерала, затем обрабатывают в многочисленных мастерских, находящихся у подножия Квиринала. Это настоящий промышленный район, оживленный, шумный, зловонный и нездоровый. Есть и другая разновидность киновари, попроще, ее добывают в недрах вулканических гор Апеннинского хребта, но живописцы Помпеи, очевидно, пренебрегают этой краской: их заказчикам нужно только самое лучшее, самое дорогое, поражающее воображение.

Античная киноварь – это природный сульфид ртути. Изготавливать ее искусственно в то время еще не научились. Это произойдет только в эпоху раннего Средневековья, когда в Европе появится новый синтетический пигмент – вермильон. О нем разговор пойдет позже. Но у римских художников есть и другие красные пигменты, в частности разные виды красной охры, которые Плиний объединяет под общим названием rubrica и которые они используют как грунтовку под киноварь. Иногда они обходятся желтой охрой: нагревают ее, и, в зависимости от температуры, она превращается в оранжевую, красную, фиолетовую и коричневую 35 . К их услугам также природный гематит и другие разновидности этого красного минерала с высоким содержанием окиси железа. Наиболее дорогостоящий из таких пигментов привозят в Рим из города Синопы в Малой Азии, на берегу Черного моря; и в конце концов пигмент даже станут называть по названию этого города: sinopis или sinopia 36 . А его высокая цена объясняется тем, что его приходится доставлять морем в основные порты Римской империи.

Среди красных минеральных пигментов, которые использовали художники Рима (и всей Римской империи, поскольку всюду, или почти всюду, на ее территории краски у живописцев были одни и те же), назовем еще реальгар, природный сернистый мышьяк, который мы уже упоминали в связи с живописью Древнего Египта 37 , и сурик, искусственный пигмент, получаемый путем нагрева свинцовых белил до очень высокой температуры 38 . С термином «сурик» (minium) у римских авторов происходит, пожалуй, самая большая путаница. Это слово обозначает у них то собственно сурик, красную краску на основе свинца, то киноварь (у Плиния), то смесь различных минеральных пигментов, вписывающихся в гамму красных тонов. Действительно, римские художники и римские ремесленники часто пользовались смесью красок, в отличие от египетских, которые прибегали к этому крайне редко. Так, например, чтобы получить изящный розовый цвет, они пережигают свинцовые белила вместе с rubrica (красной охрой) 39 . А чтобы придать блеск гематиту, добавляют в него киноварь. В Древнем Риме приготовление красок часто превращается в сложную технологию.

К перечню минеральных пигментов следует добавить еще несколько пигментов растительного или животного происхождения. Это различные виды красноватых смол местных (туи, кипариса) или экзотических (драцены) деревьев и в особенности так называемые «лаки»: красящие вещества (марена, кермес, пурпур), которыми окрашивают заранее приготовленный белый порошок минерального происхождения (каолин, алюминий) 40 . Как и у египтян, у греков и римлян лаковые краски бывают главным образом красных тонов (хотя Витрувий и упоминает загадочные желтые и зеленые лаки 41 ); живописцы очень ценят их за то, что они почти не выцветают на свету.

Оставим художников и обратимся к красильщикам, этим ремесленникам, которые могут так много поведать историку цвета. К сожалению, история красильного дела в древности нам практически неизвестна. С какой поры человек начал заниматься окрашиванием? Случилось ли это еще до того, как он перешел к оседлой жизни? При наших сегодняшних познаниях мы не в состоянии ответить на этот вопрос с полной уверенностью. Зато, не слишком рискуя ошибиться, можем сказать: первые опыты по окрашиванию, как и первые опыты в живописи, были предприняты в гамме красных тонов. Доказательством этого служат древнейшие фрагменты ткани, дошедшие до нас: они датируются не ранее, чем началом третьего тысячелетия до нашей эры, но на всех сохранились следы окрашивания только в один цвет – красный. Конечно, на изображениях, относящихся к более ранним эпохам, мы видим людей в одеждах разных цветов, но насколько верно эти изображения отражают цветовую реальность своего времени? Если на настенной росписи царь или герой изображен в красном, это еще не означает, что он действительно был одет в красное. Как, впрочем, не означает и обратного. Но подобный подход к исторической проблеме нельзя считать правомерным, какими бы ни были само изображение и создавшая его эпоха.

По многим сохранившимся документальным свидетельствам мы знаем, что древние египтяне были умелыми красильщиками. Плиний даже приписывает им изобретение протравливания, то есть использование особого вещества (квасцов, винного камня, извести), которое помогает пигменту глубоко проникнуть в волокна ткани и закрепиться в них 42 . Кроме того, в гробницах, среди прочих предметов и утвари, были обнаружены частицы тканей и одежды – конечно, их редко находили в захоронениях эпохи Древнего Царства, чаще в гробницах эпохи Птолемеев. Для создания гаммы красных тонов обычно использовали два основных красителя – марену и кермес, но археологи находят также следы пурпура, сафлора и хны. Те же красящие вещества встречаются на Ближнем Востоке и на значительной части средиземноморского региона в первом тысячелетии до нашей эры.

Хна – это кустарник, растущий в жарком климате; из его высушенных и измельченных листьев изготавливают пигмент, который может окрашивать в красный или красно-коричневый цвет не только ткани, но также кожу, легкую древесину, а еще волосы, ногти и кожу на различных частях тела; женщины пользуются ею как косметическим средством – подкрашивают щеки, губы, веки. У сафлора окрашивающей способностью обладают цветы: из них можно приготовить желтую и красную краску. Греческие и римские красильщики используют сафлор для создания оранжевых тонов. А для красных – марену, кермес и пурпур, которые они расходуют в большом количестве. Еще один широко используемый краситель – рокцелла, ее производят из лишайника, растущего на скалах; по утверждению Плиния, больше всего ценится краска из разновидности, растущей на Канарских островах. Рокцелла – пигмент относительно дорогой, потому что лишайник трудно собирать, а затем он подвергается сложному процессу переработки; но он дает очень красивые оттенки красного с большей или меньшей примесью фиолетового и не требует сильного протравливания.

Марена – травянистое растение, которое в природе растет на различных почвах, в частности на влажных или заболоченных, и корни которого обладают высокой окрашивающей способностью. Нам неизвестно, когда (в V или VI тысячелетии до нашей эры, если не еще раньше?) и где (в Индии? в Египте? в Западной Европе?) люди впервые стали применять окрашивание, но мы знаем, что начали они с окрашивания в красные тона. Поэтому позволительно предположить, что первым красителем, который они использовали, была марена 43 . Этот краситель дает устойчивые, насыщенные тона, и красильщики еще в древности научились разнообразить оттенки, применяя различные протравы (сначала это были известь и выстоявшаяся моча, позже уксус, винный камень, квасцы). Со временем техника красильного дела усовершенствовалась, и в первом тысячелетии до нашей эры красильщики Средиземноморья полностью освоили процесс окрашивания мареной и стали получать целую гамму оттенков красного, хотя с другими цветами им не удалось добиться ничего похожего. Нам остается понять, каким образом, еще в эпоху неолита, люди додумались заглянуть под землю, выкопать корни марены, очистить их от кожуры, вынуть красноватую сердцевину, измельчить ее и использовать как красящее вещество. Сколько было неудачных попыток, бесплодных усилий, ошибок, роковых случайностей, прежде чем они добились успеха? Пока это остается тайной.

В Римской империи окрашивание мареной (rubia) постепенно превращается в целую индустрию. Некоторые регионы стали специализироваться на выращивании этой культуры: долина Роны, равнина По, север Испании, Сирия, Армения, побережье Персидского залива. Многие авторы дают подробные инструкции по выращиванию марены: почва должна быть прохладной, известняковой, достаточно увлажненной; сажать семена следует в марте; через полтора года растение достигнет нужной высоты, чтобы его листья и стебли можно было пустить на корм скоту (у коров и овец молоко от этого становится розоватым); но придется ждать еще полтора года, прежде чем можно будет выкапывать корни; их надо высушить, очистить от кожуры и истолочь в ступе; полученный таким образом порошок и есть краситель 44 . Выращивать марену нетрудно, однако надо принимать серьезные меры против крыс, которые очень любят ее коричневато-черные ягоды. Крыс надо гонять, а ягоды собирать: Гален говорит, что это самое лучшее мочегонное. В античной медицине оно используется им очень широко.

Итак, марена обладает высокой окрашивающей способностью, дает замечательные красные тона, насыщенные и разнообразные. Но у всех у них есть недостаток: они матовые. Поэтому греческие и римские красильщики предпочитают марене другой пигмент. Он, конечно, дороже и производить его гораздо сложнее, но он дает более яркие оттенки красного. Это кермес, пигмент животного происхождения, его делают из высушенных насекомых, которых собирают на листьях различных деревьев и кустарников, растущих на побережье Средиземного моря, в основном на листьях дубов. Красящее вещество выделяют только самки, и собирать их надо только в определенный момент, когда они собираются откладывать яйца. Насекомых окуривают парами уксуса, потом высушивают на солнце, и они превращаются в некое подобие коричневатых зерен (granum); если истолочь эти зерна в ступе, из каждого выделится капелька жидкости ярко-красного цвета – это и есть пигмент. Он дает стойкие, насыщенные, сияющие тона, но, чтобы получить немного краски, необходимо огромное количество насекомых. Вот почему кермес стоит так дорого и применяется только при окрашивании роскошных тканей.

В работе со всеми этими пигментами римские красильщики не просто использовали познания и технические приемы древних египтян, финикийцев, греков и этрусков, а сумели развить и усовершенствовать их. Очень рано они стали объединяться в группы, каждая из которых специализировалась на одном цвете и одном красителе. Так, уже в последние годы республики collegium tinctorum, очень древнее профессиональное объединение красильщиков 45 , выделяет шесть категорий мастеров, окрашивающих в красный и близкие к нему цвета: sandicinii (которые окрашивают во все тона красного, какие может дать марена); coccinarii (которые работают с кермесом); purpurarii (ярко-красные с лиловатым оттенком тона, получаемые на основе пурпура); spadicarii (темно-красные и коричневато-красные, получаемые из древесины различных пород); flammarii (красные и оранжевые тона на основе сафлора); и crocotarii (желтые и оранжевые на основе шафрана) 46 .