Чтение онлайн

— Но ты обещал мне! — яростно процедил юноша, а Клара улыбнулась.

Она прекрасно наигрывала беспечность: как бабочка порхает над огнём, так и Клара танцует на грани острой правды.

— Спасибо, папочка! Ты лучший. — проворковала адептка, скосив взгляд в сторону.

Её глаза стали чуть ярче, на дне радужки мерцали зелёные искры. Клара расспрашивала отца и брата с детской непосредственностью, но (поверьте) ей было сложно сохранять спокойствие.

… Потому что весь этот особняк был заполнен призраками. Бледные полупрозрачные тени виднелись там и тут: в коридорах, арках, стенах и дверных проёмах. Они следовали за Кларой, беззвучно шевеля губами. Они указывали на Магнуса, и лица их искажались от боли и гнева.

«Я понимаю… Прекрасно понимаю вас даже без слов. Удивительно: в другое время меня бы испугала толпа мертвецов, но сейчас… Сейчас я точно знаю, что они не причинят вреда. Нет, не призраки пугают меня в данный момент… По-настоящему опасны люди, чьи руки запятнаны в крови»

Клара больше не сомневалась в своём выборе. Она засыпала Магнуса вопросами, чтобы понять одно: насколько хорошо отец умеет врать? А министр и впрямь был талантлив в этом. На любой вопрос у него находился «почти» логичный ответ. Он прекрасно владел эмоциями, но изредка проявлял свой жестокий характер…

Когда Магнус ударил Тремейна, Клара едва не вздрогнула. Левую щёку обожгло жаром, напоминая о той гнусной затрещине. Инстинктивный страх, стегнувший по нервам, был достовернее любых слов.

Отец лицемерил и искусно лгал. Он готов был согласиться с любыми условиями Клары, лишь бы она добровольно открыла ту сокровищницу. И хотя девушка не знала, что именно там хранится, очевидно одно: как только двери откроются, им с Тремейном несдобровать.

Пока она остаётся «хорошей девочкой», Магнус в относительном спокойствии. Если же изменить линию поведения — следующий выстрел может быть направлен в неё.

«Что мне делать? Что я могу сделать?» — размышляла Клара, неискренне улыбаясь. — «Только заманить их, усыпить бдительность и попытаться использовать заклинание последнего шанса…»

Клара нервничала даже от одной мысли об этом. Атаковать отца и брата Высвобождением — звучит как непомерно сложная задача! Она не хотела убить их и не была до конца уверена в деталях происходящего… Но и сдаваться Клара не собиралась.

Ей нужно защитить себя. Нужно защитить Тремейна…

— Мы пришли! — торжественно возвестил министр.

И действительно: перед ними возникло сердце особняка Ардити — светлый зал с мраморными колоннами. Пол был покрыт искусной мозаикой, над головой возвышался купол из цветного стекла. Солнечные блики падали на каменные врата со звериными мордами. Их мощные двери были запечатаны кроваво-красной лентой с тонкой вязью заклинаний во всю длину ткани.

Клара смотрела на эти врата и чувствовала… Необычайную близость. Столпы из светлого нефрита будто светились изнутри, приоткрывая артерии, по которым струилась магия. Адептка знала, что почувствует живое тепло, как только прикоснётся к этому камню. Но вместо этого… За спиной послышались шум и ругань.

Тремейн Дорст воспользовался всеобщим оцепенением, чтобы выбить пистоль из рук Магнуса. Оружие выстрелило в сантиметре от его бедра, а затем покатилось по полу… Но было рано праздновать победу. Министр вытащил складной клинок и усмехнулся:

— Ты всё не можешь успокоиться, Дорст? Что скажет твоя бедная мать? Герцогиня и без того едва не потеряла мужа, как она отреагирует на то, что и сын станет калекой?

— Вы можете покалечить меня. — любезно разрешил магистр, не сводя взгляд с лезвия. — Можете даже убить, но я не позволю вам забрать реликвию Ардити.

— Как благородно. — осклабился Магнус. — Но взглянем правде в глаза: ты безоружен, без магии и ранен. Не самое лучшее положение, Тремейн.

В тот момент Лоран резво подхватил пистоль, направив его на Дорста:

— Клянусь всеми богами, я прострелю тебе голову, если ещё раз дёрнешься!

— Хватит! — закричала Клара, закрыв лицо руками.

Её трясло от зашкаливающих эмоций. Она собиралась использовать Высвобождение, но прямо сейчас это невозможно! Магнус и Лоран стоят рядом с Тремейном… Если Клара выпустит поток — навредит и магистру тоже.

«Мой единственный план оказался провальным… Как предсказуемо» — мысленно зашипела Клара.

— Ты его жалеешь? — протянул Лоран, яростно сузив глаза. — Побери Бездну, сестрёнка, ты и вправду сочувствуешь этому ублюдку!

— Сын… Уймись. — с нажимом произнёс Магнус и улыбнулся. — Дорогая, просто открой эту дверь, ладно? Только ты способна помочь нам.

Клара не смотрела на отца и брата. Не смотрела она и на Тремейна, слишком боялась проколоться… А к горлу подступала колючая паника. Клара медлила, но понимала очевидное: если она откажется, отец убьёт магистра. Он недвусмысленно намекал на это, поигрывая наточенным клинком.

— Не бойся, родная. — тепло проронил Магнус. — Если ты откроешь дверь — никто не пострадает.

«— Тремейн не пострадает» — вот, что имелось в виду на самом деле.

Клара стиснула зубы, переводя взгляд на врата. Вокруг скопились духи: старые и молодые, слабые и более сильные… Они стояли и смотрели, а ещё хором взывали к некромантке. Одна беда: Клара не слышала ни слова.

Но в тот момент, когда она почти отчаялась… Рядом возник знакомый старичок. Он прищурил и без того раскосые глаза, медленно выводя крючковатым пальцем буквы: «О-т-к-р-о-й».

— А? — удивлённо выдохнула Клара.

И старичок повторил, жестикулируя ладонями: «о-т-к-р-о-й э-т-у д-в-е-р-ь».

Ум. Талант. Сила воли. Мужество.

Порой этого недостаточно для того

чтобы стать счастливым

«Я стираю пальцы до костей, в слепой надежде (когда-нибудь) оправдать Её ожидания» — он повторял эти слова в дневнике раз за разом, а потом уничтожал их с подростковым рвением. Своеобразный ритуал: написать, вырвать, сжечь... Запах горелой бумаги быстро выветривался, стирая следы неповиновения. Но гарь неизбежно оседала на мыслях серой копотью.

«— Тремейн Дорст. Сын наследного принца. Тот, кто однажды займёт трон Гардери»

Где бы он ни оказался, куда бы не пошёл — всюду звучали эти возвышенные слова. Юный Дорст был окружён непрекращающимся гомоном тысячи голосов, где правда и ложь сливались воедино. За подобным шумом легко потерять себя (и обрести гордыню), но у Тремейна было слишком много обязанностей.

Его обучали с малых лет. Стоило мальчику встать на ноги — как все игрушки исчезли из дома Дорстов, а на их месте появились фолианты, свитки и учебники. Дисциплина, образование, изнуряющие тренировки… Порой Тремейн хотел сбежать от всего этого. Он подговаривал слуг, украдкой вылезал через окно — и часами прятался в кронах деревьев, обустроив «пункт наблюдения» среди веток.