Чтение онлайн

В XVI веке в европейской и азиатской Турции образовалось много еврейских общин. В Константинополе, столице государства, было около 30000 евреев, имевших 44 синагоги. Эта большая община делилась на «землячества», т. е. союзы земляков, переселившихся в Турцию из одной какой-либо, области. Были землячества кастильцев, арагонцев, португальцев и т. п.; испано-португальские евреи, или «сефарды», отличались по своему языку и образу жизни от «ашкеназов», переселенцев из Германии. Каждый кружок или земляческий союз имел свою синагогу. Кроме столицы евреи жили еще в других городах европейской Турции: в Салониках, Адрианополе, Никополе. Во главе всех турецких евреев находился верховный раввин («хахам»), который утверждался в своей должности султаном. Этот раввин, как представитель еврейства, имел право заседать в государственном совете Турции. Образованные евреи занимали иногда высокие должности при турецком дворе, в качестве советников или лейбмедиков.

Положение евреев в Турции особенно упрочилось в царствование султана Солимана Великолепного (1520–1566 гг.), при котором это государство достигло наибольшего могущества в ряду европейских держав. Большие услуги оказывали своему народу еврейские сановники, состоявшие в то время при константинопольском дворе. Среди них главное место занимал Иосиф Наси. Иосиф был родом из Португалии и принадлежал к богатой семье марранов, тайно исповедовавшей иудейство. Когда инквизиторы начали преследовать эту семью, она переселилась в Нидерланды, а оттуда — в Турцию, чтобы там открыто возвратиться к своей религии (1552 г.). Во время своих путешествий Иосиф познакомился со многими государственными деятелями Европы и приобрел дипломатические способности. Султан Солиман обратил внимание на эти способности Иосифа и приблизил его к себе. При Солимане, а также при его преемнике, Селиме II, Иосиф занимал высокий пост советника и посредника по иностранным делам. Он оказал в этой области большие услуги турецкому правительству, но не забывал и своих единоплеменников. Пользуясь своим влиянием на иностранные правительства, Иосиф нередко заступался за евреев, преследуемых в христианских странах.

Солиман подарил Иосифу разрушенный город Тивериаду, в Палестине, с тем чтобы отстроить его и населить евреями. Селим II дал ему титул «герцога Наксоса» (Наксос — один из Цикладских островов в Архипелаге). Евреи называли своего влиятельного сановника Наси (вельможа, владетельная особа). Иосиф Наси был ревностным покровителем еврейских ученых и писателей, которых тогда было много в Константинополе; он поддерживал также раввинские школы. После смерти Селима II он удалился от государственных дел и остаток жизни провел в умственных занятиях, в кругу ученых, которым он открыл свое богатое хранилище книг и рукописей. Иосиф Наси умер в 1579 г. Его вдова, Рейна, учредила в Константинополе типографию для печатания еврейских книг.

Часть евреев, переселившихся в Турцию, утвердилась в Палестине. Со времен кротовых походов в Палестине шла борьба за господство между христианами и магометанами, так как и те и другие имели там свои святые места. Опустошенная и разоренная страна перешла под власть Турции.

К этим дорогим развалинам своей древней родины пришли теперь тысячи сынов народа-странника, измученного гонениями в Европе. Бедные изгнанники не были в силах восстановить государственную жизнь своего древнего отечества, но им удалось создать здесь несколько общин, имевших свое самоуправление и духовные учреждения. В XVI веке образовались значительные еврейские общины в Иерусалиме, Цефате (Сафет в Галилее) и Тивериаде. Цефатская община особенно славилась своими учеными талмудистами. Раввин ее, Яков Берав (1540 г.), задумал даже учредить в Палестине высший духовный совет из раввинов, нечто в роде Синедриона, который бы разрешал религиозные вопросы, издавал законы и назначал духовных пастырей для евреев всех стран; но этот смелый замысел не осуществился вследствие малочисленности и бедности палестинских общин.

В это время в Палестине появился человек, который один совершил крупное дело, достойное целого Синедриона. То был Иосиф Каро (1488–1575 гг.), творец известнейшего раввинского свода законов «Шулхан-арух». Уроженец Испании, Иосиф Каро был увезен оттуда еще ребенком, во время изгнания. Молодость он провел в европейской Турции, в городах Никополе и Адрианополе. Здесь он отдался изучению раввинской письменности и обнаружил в этой области изумительные способности. Двадцать лет трудился Иосиф Каро над пересмотром сводов еврейских законов, с целью объяснить и дополнить их. Он закончил свою работу уже по прибытии в Цефат, где он сразу занял видное место среди палестинских талмудистов. Старейший из раввинов, Яков Берав, торжественно возвел его в сан законоучителя. В Цефате Каро написал новый свод всех еврейских законов для народного употребления под заглавием «Шулхан-арух» («Накрытый стол», печатался в Венеции с 1565 г.). «Шулхан-арух» состоит из четырех отделов: Орах хаим (законы о богослужении, субботе и праздниках), Иоре деа (о пище, убое скота, домашнем обиходе и пр.), Эвен га-эзер (семейное и бракоразводное право) и Хошен-мишпат (гражданское и уголовное право и судопроизводство). Все эти отделы прежних кодексов пополнены здесь новыми законами и предписаниями, выработанными на основании различных раввинских толкований или народных обычаев. «Шулхан-арух» сделался с тех пор самым полным сводом еврейских законов, так как в нем помещены и многие мелкие религиозные предписания, которые были установлены строгими ревнителями веры. Современники удивлялись силе ума и учености творца «Шулхан-аруха». Иные считали его боговдохновенным мужем. Молва гласила, будто к Иосифу Каро являлся незримый вестник (магид) свыше и вещал ему великие истины закона. Сам Иосиф Каро также смотрел на себя как на существо высшего разряда. Он увлекался тайным учением каббалы, которое тогда волновало умы в Палестине.

В XVI веке каббала стала сильно распространяться среди евреев. Перенесенные народом несчастия толкали его ум в область таинственного, порождали мысли о загробной жизни или о будущем царстве мессии, избавителя еврейского народа. Впервые напечатанная в то время священная книга «Зогар» (раньше она читалась только в списках) способствовала распространению таких идей. Появились люди, которые вели жизнь отшельников, проповедовали о покаянии и о царстве небесном; они верили, что посредством каббалы можно достигнуть святости и сноситься с миром небесных духов. В Цефате жили в то время замечательные каббалисты: Моисей Кордоверо и Илия Видас. Кордоверо говорил, что есть три ступени знания: Библия, Талмуд и каббала; из них последняя — наивысшая, ибо она открывает тайны Бога. Книга Видаса «Решит хахма» («Начало премудрости») наполнена строгими нравоучениями и картинами загробных мук. В Цефате образовался кружок «богобоязненных людей», которые собирались еженедельно, по пятницам, в синагоге и исповедовались друг перед другом в своих грехах, совершенных за неделю. Во главе этого кружка стоял восторженный молодой каббалист, Исаак Лурия Ашкеназиили Ари (сокращение слов «Ашкенази рабби Исаак»).

Ари родился в Иерусалиме в 1534 г., в семействе ашкеназского происхождения. Свою юность он провел в Египте, где изучал Талмуд под руководством главного каирского раввина. Но талмудическое законоведение не удовлетворяло пытливого духа юноши. Он углубился в изучение «Зогара», ища там разрешения высших вопросов веры и бытия. Он стал вести уединенную, отшельническую жизнь, предаваясь посту и молитве. Временами он впадал в восторженное состояние, и ему казалось, что он слышит голоса свыше, что его посещают чудные видения. В 1570 г. Ари прибыл в Цефат, вступил в общение с тамошним кружком каббалистов и сделался его руководителем. В сопровождении членов кружка Ари часто бродил по загородным пустынным полям и кладбищам и вещал им о таинствах веры. В известные дни они отправлялись в окрестности Цефата, где по преданию находилась гробница Симона бен-Иохаи, мнимого творца «Зогара». Здесь совершались таинственные обряды, пелись восторженные гимны и говорились речи о близости «времен чудес», о том, как подготовиться к встрече грядущего мессии. Вдруг не стало Ари; он умер от чумы в 1572 г., 38 лет от роду. Эта неожиданная смерть произвела потрясающее впечатление на его поклонников. О покойном стали говорить как о святом человеке. Утверждали, что в лице Ари в мир явился «мессия из рода Иосифа», который должен играть роль предтечи истинного мессии из рода Давида. Истолкователем тайного учения Ари сделался один из наиболее приближенных к нему учеников, Хаим Виталь, сын переписчика священных книг. Хаим Виталь излагал письменно то, что Ари сообщал устно, причем влагал в уста учителя многие из своих собственных мыслей.

Сущность учения Ари и Виталя, носящего имя «практической каббалы», состоит в следующем. Человек, вследствие греховности своей природы, удалился от своего божественного источника, от мира чистых духов, и погрузился в омут нечистых сил (келина). Задача верующего в том, чтобы освободить свою душу от власти злого начала и, путем поста и молитвы восстановить ее связь с Божеством. Очищение души после смерти совершается путем «блуждания» или переселения (гилгул): душа грешника переселяется в тело другого человека, и если она не исправится в этой новой своей оболочке, то переходит затем в тело третьего человека и так далее, пока она не очистится. Бывают случаи, что душа переходит в тело животного и терпит величайшие муки. Существует тесная связь между человеком и высшими духами. Каждое деяние, каждое слово человека производит то или другое впечатление в высших мирах. От способа совершения молитвы или какого-нибудь религиозного обряда зависят целые перевороты в небесах. Можно даже «вызывать мессию», т. е. ускорять его пришествие посредством поста, покаяния и искупления грехов. Во всяком случае, необходимо постоянно сокрушаться о разрушении еврейского царства, Иерусалима и храма; нужно страстно желать и ждать пришествие мессии-освободителя. Все эти заповеди и верования «практических» каббалистов находили отклик в умах и сердцах и, наконец, привели к мессианскому движению, взволновавшему в XVII столетии весь еврейский мир.

Жившие в Турции и особенно в Палестине евреи все более поддавались влиянию каббалистов, твердивших о близком пришествии мессии. Слухи о спором восстановления еврейского царства в Святой Земле распространялись тогда и среди евреев других стран. В Азии и Европе многие думали и гадали о времени пришествия мессии. Говорили, что оно совершится в 1648 году, согласно темному намеку в «Зогаре». В этом году в Турции действительно появился человек, который объявил себя освободителем еврейского народа. То был Саббатай Цеви.

Саббатай Цеви (Шабси-Цви) родился в турецком городе Смирне, в день поста 9 Ава 1626 г., в семье купца сефардского происхождения. Он отличался красивой наружностью, приятным, звучным голосом и необыкновенными духовными задатками.

Рано усвоил он себе те познания по Талмуду и каббале, которые входили в курс тогдашнего еврейского образования. Учителем его по Талмуду был известный смирненский раввин Иосиф Искафа, а в изучении каббалы юноша держался отшельнической системы Ари. Склонный к мечтательности, Саббатай избегал общества товарищей и предпочитал уединение. По восточному обычаю, его женили очень рано; но он отказался от брачной жизни и развелся с женой. Чем больше углублялся Саббатай в таинства «Зогара» и арианской каббалы, тем сильнее становилось в нем желание взять на себя тот подвиг искупления, которым, по учению каббалы, можно ускорить пришествие мессии. Он проводил дни в молитве и посте — и, таким образом, довел себя до состояния религиозного бреда. В таком состоянии, при котором исчезает граница между фантазией и действительностью, Саббатаю нетрудно было уверить себя в том, что он сам призван быть мессией.

Сознание, что он призван к чему-то великому, проявлялось и в его обращении с товарищами. Последние невольно поддавались влиянию восторженного отшельника, посвящавшего их в тайны каббалы. Имея едва 20 лет от роду, Саббатай уже стоял во главе кружка юных мечтателей (мистиков), которых объединяла пламенная вера в близость царства мессианского. Когда наступил 1648 год, о котором предсказывал «Зогар», Саббатай решил открыться всем жителям Смирны. Однажды он в синагоге громко произнес полное, четырехбуквенное название Бога (Иегова, вместо обычного «Адонай»), что, по преданию, разрешалось только первосвященнику в древнем иерусалимском храме. Этот поступок означал, что близок момент восстановления храма.