Чтение онлайн

— Та вы и сами вже не такий молодый, Володя Семенович, — возражал отец. Но Дубов всегда сохранял спокойствие:

— Правильно. Но я набагато моложе за вас.

Мисс Картер получила письмо от Валентининого юриста, который наотрез отказался от теста на отцовство, но согласился принять в качестве полной и окончательной компенсации гораздо меньшую сумму — 5000 фунтов стерлингов.

— Шо я должен ответить? — спросил отец.

— Что мы должны ответить? — спросила я Веру.

— Что вы посоветуете? — спросила Вера мисс Картер.

— Предложите две тысячи, — ответила мисс Картер. — Примерно такую сумму им, вероятно, удастся отсудить. Тем более что имеются неопровержимые доказательства супружеской измены.

— Очень хорошо, — сказала Вера.

— Я так и передам папе, — сказала я.

— Добре, если вы такхочете, — уступил отец. — Я понимаю, шо уси против меня.

— Не говори глупостей, папа, — огрызнулась я. — Против тебя только твоя дурь. Будь благодарен, что рядом есть люди, которые спасают тебя от тебя же самого.

— Добре, добре, я на усе согласен.

— И когда поедем в суд, давай обойдемся без всей этой чепухи: «я — батько дитины». Никаких тестов на отцовство и никаких «батьков дитины». Хорошо?

— Добре, — проворчал он. — Надя, ты превращаешься у такого ж изверга, як и Вера.

— Замолчи, папа. — Я швырнула трубку.

До судебного слушания оставалась всего неделя, и все мы были немного на взводе.

До судебного слушания остался всего один день, а мы до сих пор не получили ответа от Валентининого юриста на предложение 2000 фунтов стерлингов.

— Полагаю, мы должны просто настаивать на своем, — посмотрим, что решит суд.

В изысканном голосе «английской розы» — мисс Картер — появилась нервная дрожь или у меня самой шалили нервы?

— Но вы-то что думаете, Лора?

— Трудно сказать. Может произойти что угодно.

Для ноября было слишком тепло. Зал суда, низкое современное здание с высокими окнами и панелями из красного дерева, купался в зимнем свете — колком и хрустальном, из-за которого все казалось одновременно четким и нереальным, как в кино. Толстые синие ковры заглушали шаги и голоса. Работал кондиционер, было немного жарко и пахло мастикой. Даже растения в кадках слишком пышно зеленели и тоже казались ненастоящими.

Вера, папа, мисс Картер и я сидели в небольшой комнате ожидания рядом с залом суда, в которую нас проводили. Вера была в бледно-розовом костюмчике из тонкого шерстяного крепа с пуговицами из черепашьего панциря — звучит ужасно, но выглядит сногсшибательно. Я была в том же самом жакете и брюках, что и на суде. Мисс Картер — в черном костюме и белой блузке. Отец надел свадебный костюм и ту же белую рубашку, на которой вторая сверху пуговица была пришита толстой черной ниткой. Верхняя пуговица отсутствовала, и воротник был стянут странным галстуком горчичного цвета.

Все мы жутко нервничали.

Пришел молодой человек в парике и мантии. Папин барристер. Мисс Картер нас познакомила. Мы обменялись рукопожатиями, и его фамилия моментально вылетела у меня из головы. Кто он, спрашивала я себя, этот молодой человек, который сыграет столь важную роль в нашей жизни? В своем судебном одеянии он выглядел безлико. Казался живчиком. Сказал, что узнал фамилию судьи и у него «мощная» репутация. Вдвоем с мисс Картер они исчезли в боковой комнате. Вера, папа и я остались одни. Мы с Верой неотрывно смотрели на дверь, гадая, когда же явится Валентина. Вчера вечером Дубов не вернулся домой, и утром произошла неловкая сцена, когда отец чуть было не отказался ехать в Питерборо. Мы боялись, как бы ее появление не повлияло на его решимость. Вера не выдержала напряжения и вышла перекурить. Я осталась сидеть с отцом и держала его за руку. Отец рассматривал маленького коричневого жучка, который неуверенно полз по стеблю горшочного растения.

— Мабуть, якась розновидность божой коровки, — сказал он.

Потом вернулись мисс Картер с барристером, и судебный пристав проводил нас в зал суда. Одновременно с этим высокий худой мужчина с серебристо-седыми волосами и в летчицких очках в золоченой оправе занял свое место на судейской скамье. По-прежнему никаких признаков Валентины или ее адвоката.

Барристер встал и пояснил причины для развода, которые, насколько ему известно, не были оспорены. Он ознакомил судью с обстоятельствами заключения брака, подробно остановившись на разнице в возрасте и бедственном состоянии отца после потери жены. Упомянул о нескольких внебрачных связях. Судья в непроницаемых летчицких очках делал записи. Затем барристер вкратце коснулся судебного решения и его последующего невыполнения. Отец энергично закивал, и когда барристер подошел к эпизоду с двумя машинами во дворе, закричал:

— Да! Да! Я зацепився за забор!

Барристер пересказал всю историю в выгодном свете, отведя отцу роль героя, — намного лучше, чем папа сам мог бы ее рассказать.

Он проговорил уже почти час, когда за дверьми зала суда возникло какое-то оживление. Дверь на дюйм приоткрылась, пристав просунул голову и сказал что-то судье, а судья в ответ кивнул. Затем дверь широко распахнулась, и в зал суда вошел… Станислав!

Он немного прихорошился. Надел школьную форму, а волосы смочил водой и зализал. В руках держал папку для бумаг, которая раскрылась, когда он влетел в зал. Пока Станислав собирал документы, ползая на четвереньках, я заметила ксерокопии отцовских стихов и их детских переводов. Отец вскочил и показал на Станислава:

— Ето из-за него! Усё из-за него! Она сказала, шо он гений и должен получить образование у Оксфорд-Кембридже!

— Прошу вас сесть, мистер Маевский, — сказал судья. Мисс Картер посмотрела на него умоляюще.

Судья подождал, пока Станислав успокоится, а затем попросил его подойти к скамье.

— Я выступаю тут од лица моей матери.

Папин барристер тут же вскочил, но судья жестом велел ему сесть:

— Давайте предоставим молодому человеку возможность высказаться. Итак, молодой человек, можете ли вы нам объяснить, почему ваша мать не представлена в суде?

— Моя мать у больнице, — ответил Станислав. — В нее буде ребенок. Ето ребенок мистера Маевського. — Он улыбнулся своим щербатым ртом, и на щеках появились ямочки.

— Нет! Нет! — Вера вскочила на ноги. — Это не ребенок моего оша! Это плод прелюбодеяния! — Глаза у нее сверкали.

— Пожалуйста, сядьте, мисс… э… миссис… э… — сказал судья. Он встретился с Верой глазами и на мгновение задержал взгляд. Она просто разволновалась или действительно покраснела? Затем, не проронив ни слова, сестра села. Мисс Картер лихорадочно что-то набросала на клочке бумаги и передала его барристеру, который тотчас шагнул вперед.

— Мой клиент, — сказал он, — предложил компенсацию в размере 20 000 фунтов стерлингов по результатам теста на отцовство, если будет установлено, что это его ребенок. Но предложение было отклонено. Затем ему была предложена меньшая сумма, вне зависимости от результатов теста. Мистер Маевский от нее отказался.

— Благодарю вас, — сказал судья и что-то записал. — Итак, — он повернулся к Станиславу, — вы объяснили, почему ваша мать не присутствует в суде, но не объяснили, почему она никем не представлена? Разве у нее нет адвоката или юриста?