Чтение онлайн

Вопросы теории познания в сочинениях Плеханова. Вслед за Марксом и Энгельсом Плеханов защищает материалистическое положение о том, что человечеству под силу познать мир и это познание способно привести к объективной истине. Наше познание, говорит Плеханов, содержит в себе противоречие, ибо достигнутый в данный момент человечеством уровень знаний не окончательный и знания об окружающей нас действительности будут расширяться в ходе развития общества и науки. Но противоречия отнюдь не отрицают объективной истины, а ведут к ней. Открытия Коперника и Дарвина, открытия Маркса — образцы объективной истины.

Плеханов не рассматривал объективную истину как мертвую догму, как истину «в последней инстанции»; истина для него — процесс. «Но ведь не остановится же человеческая мысль на том, что вы называете открытием или открытиями Маркса?» — спрашивали Плеханова. «Конечно, нет… — отвечает он. — Она будет делать новые открытия, которые будут дополнять и подтверждать эту теорию Маркса, как новые открытия в астрономии дополняли и подтверждали открытие Коперника».

Критикуя попытки ревизионистов соединить «кусочки» вульгаризированного ими материалистического понимания истории с кантианским или позитивистским идеализмом в решении основного вопроса философии, Плеханов доказывал, что все стороны миросозерцания Маркса самым тесным образом связаны между собой. Нельзя поэтому произвольно удалять одну из них и заменять ее теми или иными взглядами, выхваченными из совершенно другого мировоззрения.

Слабые стороны и ошибки в философских взглядах Г. В. Плеханова. Плеханов отстаивал научно-материалистическое мировоззрение марксизма в борьбе с буржуазной философией и ревизионизмом. Но в его работах, особенно в меньшевистский период деятельности, были слабые стороны и ошибки в изложении и толковании диалектического материализма. Эти слабые стороны, проявившиеся еще в первый период его марксистской деятельности (1883–1903 гг.), состояли, во-первых, в том, что вследствие длительного отрыва от практики российского рабочего движения и одностороннего увлечения опытом западноевропейских партий II Интернационала он не мог последовательно, конкретно-исторически применить материалистическую диалектику к стратегии и тактике русской революции. Он не видел, что в конце XIX в. центр революционного движения перемещается с Запада в Россию, что российский пролетариат становится руководящей силой буржуазно-демократической революции, и недооценил союз рабочего класса с крестьянством в русской революции. Во-вторых, Плеханов недооценил диалектику как теорию познания марксизма и не сумел последовательно применить ее к науке, к новейшей революции в естествознании конца XIX — начала XX в.

Плехановым были допущены отдельные ошибки и в изложении теории познания диалектического материализма. Так, в одном из примечаний к первому русскому изданию книги Энгельса «Людвиг Фейербах…» Плеханов пишет: «Наши ощущения — это своего рода иероглифы, доводящие до нашего сведения то, что происходит в действительности. Иероглифы не похожи на те события, которые ими передаются. Но они могут совершенно верно передавать как самые события, так — и это главное — и те отношения, которые между ними существуют». Позднее он высказал аналогичные суждения в статьях против Бернштейна и других неокантианцев.

Эти ошибочные утверждения Плеханова, согласно которым человеческие ощущения дают не отражения объективно существующих вещей, а лишь «иероглифы», «условные знаки», говорят о том, что Плеханов в то время некритически относился к теории символов Гельмгольца (сторонником которой Плеханов ошибочно считал Сеченова). Хотя Плеханов не стоял на позициях агностицизма и не был создателем теории «символов» («иероглифов»), но эта его ошибка в изложении теории познания диалектического материализма была уступкой агностицизму. В. И. Ленин в труде «Материализм и эмпириокритицизм» подверг эту ошибку справедливой критике, так же как и неточную, ошибочную формулировку Плеханова о том, как понимать опыт. Защищая философский материализм от «новых» его критиков, Плеханов не обратил должного внимания на указание Энгельса о том, что материализм принимает новую форму с каждым новым, составляющим эпоху открытием в естествознании.

В 1904 г., при подготовке второго издания книги «К вопросу о развитии монистического взгляда на историю», Плеханов писал: «…современное естествознание опровергает именно идеализм, а не диалектику. Поскольку диалектика сама становится материалистической, как это мы видим у Маркса и Энгельса, она всецело представляет собой тот самый метод, которым пользуются современные науки о природе и об обществе, — естествознание и социология. Но современные натуралисты и социологи чаще всего пользуются своим методом бессознательно и потому сами не имеют надлежащего понятия ни о нем самом, ни о его великом значении». Эта правильная мысль Плеханова, однако, не нашла дальнейшего развития в его работах. В отличие от В. И. Ленина Плеханов недооценивал опасности идеалистических течений в естествознании, не подвергал их критике в своих трудах по философии, что, несомненно, уменьшало действенность и силу его борьбы с «новейшим» философским идеализмом.

В меньшевистский период своей деятельности Плеханов, критикуя российских махистов, среди которых наряду с меньшевиками Валентиновым, Юшкевичем и другими были и некоторые большевики (Богданов, Луначарский и др.), пытался нанести фракционный ущерб большевизму, необоснованно сближая махистскую философию с большевистской тактикой.

политическое грехопадение Плеханова после II съезда РСДРП — его переход к меньшевикам с конца 1903 г. и особенно его социал-шовинистическая позиция в годы первой мировой войны — было связано с тем, что Плеханов не понял характера новой исторической эпохи — эпохи империализма и пролетарских революций, не понял руководящей роли пролетариата в революциях новой эпохи. Тактический оппортунизм Плеханова после 1903 г., его попытки примирить революционеров-большевиков с меньшевиками-оппортунистами (хотя он и выступал против ликвидаторов, за сохранение марксистской партии) порой накладывали отпечаток на его философские взгляды, приводили к отступлениям от Марксовой диалектики, особенно в толковании вопросов революционного рабочего движения, не позволили ему развить марксистскую философию применительно к новым историческим условиям XX в.

Несмотря на слабости и серьезные ошибки в теоретической деятельности Плеханова, особенно после 1903 г., его марксистские работы, направленные против буржуазной философии и философского ревизионизма, сыграли положительную роль в борьбе за научное материалистическое мировоззрение. Критикуя тактический оппортунизм Плеханова, В. И. Ленин отмечал в 1908 г., что «в философии он делает правое дело».

В. И. Ленин считал сочинения Плеханова, направленные против идеалистических теорий народников, оппортунистов, махистов, превосходными и отмечал, что личные заслуги Плеханова в прошлом громадны.

Центральное место в философских произведениях Плеханова занимают вопросы исторического материализма.

Плеханов о законах развития общества, о роли народных масс и личности в истории. Вслед за Марксом и Энгельсом Плеханов показывал в своих сочинениях, что изменения в производительных силах и вызванные ими изменения в производственных отношениях людей влекут за собой перемены в «состоянии умов», в идеях, чувствах, верованиях людей. Но что же заставляет развиваться производительные силы и изменяет их уровень? Отвечая на этот вопрос, Плеханов в основном верно решал вопрос о роли географической среды, считая ее одним из условий развития производительных сил, хотя иногда допускал неточные формулировки, согласно которым географическая среда рассматривалась как первооснова общественной жизни, от которой зависит, удастся ли человеку употребить в дело свою «способность изобретать». В общем же Плеханов правильно считает, что причины развития производительных сил заключаются в том способе материального производства, который господствует в данную историческую эпоху.

Общественные отношения, в основе которых лежит способ материального производства, и законы, по которым они развиваются, объективны, независимы от сознания и воли людей. Материальные, производственные отношения, существующие вне сознания людей, обусловливают сознательную деятельность людей, социальных групп и классов в обществе. «…Общественные отношения людей, — писал Плеханов, — не представляют собой плода их сознательной деятельности. Люди сознательно преследуют свои частные, личные цели. Каждый из них сознательно стремится, положим, к округлению своего состояния, а из совокупности их отдельных действий выходят известные общественные результаты, которых они, может быть, совсем не желали и, наверное, не предвидели».

В работах по вопросам исторического материализма Плеханов дал образцы марксистского анализа общественных явлений. Так, в произведении «К вопросу о роли личности в истории» он раскрыл диалектику общего, особенного и единичного в закономерном развитии общественной жизни. Считая всеобщей, конечной причиной исторического движения человечества развитие производительных сил, вызывающее последовательные изменения в общественных отношениях людей, Плеханов требовал, чтобы в социологических исследованиях выяснялись также особенные причины исторического движения различных народов, т. е. та специфическая историческая обстановка, при которая свершается развитие производительных сил у данного народа. Вместе с тем необходимо учитывать единичные проявления этих причин, т. е. специфические особенности действующих в истории лиц и различные исторические случайности, «благодаря которым события получают, наконец, свою индивидуальную физиономию».