Краткий очерк истории и описание Нижнего Новгорода
Шрифт:
В продолжение следующих трех лет мордва жила в покое. Но в 1232 году покой ее был нарушен: зимой помянутого года великий князь Юрий почему-то посылал на мордву сына своего Всеволода с другими князьями, которые жестоко опустошили Мордовскую землю [595] . Не успела Мордовская земля хорошенько оправиться от этого удара, как над ней в 1237 году, а потом, в 1238 году, и над Русью, разразилась грозная туча: нашли татары и поработили как мордву, так и Русь. Из летописей не видно, чтобы Нижний Новгород потерпел что-нибудь от татар; полагают, что он каким-то образом избег разорения [596] .
595
Полное собрание русских летописей, I—196; VII—138.
596
«Нижегородские губернские ведомости», 1847, № 3 (статья Мельникова).
По уходе татар великий князь Ярослав Всеволодович наделил братьев своих уделами: Святослав получил Суздаль, а следовательно, и Городец с Нижним Новгородом, как пригородки Суздаля. В 1247 году Святослав, как старший в роде, занял великокняжеский стол, а волости свои отдал сыну Ярослава Андрею Ярославичу, от которого и пошли князья суздальско-нижегородские и городецкие [597] . Надобно, впрочем, заметить, что Городец был во владении Андрея Александровича до самой смерти его и потом уже перешел в семью Андрея Ярославича.
597
С. М. Соловьев (а за ним и некоторые другие историки) в своей «Истории России» (том III, стр. 278, а также в «Архиве» Калачева и еще раньше «Архива» Калачева в «Симбирском сборнике», М., 1845), усиливается доказать, что князья суздальско-нижегородские происходят не от Андрея Ярославина, брата Александра Невского, а от сына последнего, Андрея Александровича. При этом наш историк ссылается на Никоновскую летопись, где Михаил Андреевич Суздальский является сыном Андрея Александровича. В этой летописи под 1365 годом говорится: «Преставися кроткий, и тихой, и смиренной и многодобродетельной князь Андрей Константинович Суздальский, Новагорода Нижнего и Городецкий, внук Васильев, правнук Михайлов, праправнук Андреев, препраправнук Александров, пращур Ярославов… и положен бысть в церкви святого Спаса в Новеграде в Нижнем, иде же бе отец его, князь великой Константин Васильевич». В своем месте мы обратим внимание на то, что Василий является здесь сыном не Андрея (Ярославина или Александровича, об этом пока не говорим), а Михаила; но обращаем здесь внимание на то, что в той же Никоновской летописи находим подтверждение того, что Михаил был сыном Андрея Ярославича. Так, под 1264 годом (т. III—43) в летописи говорится: «Того ж лета преставися князь великии суздалскии Андрей Ярославич, внук Всеволожъ… Сего сынове: Юрьи, Михайлов». Под 1279 годом в той же летописи (III—67) сказано: «Того ж лета преставись князь великий Юри Андреевич суздальский, внук Ярославль, правнук Всеволожъ… И по нем сяде брат его (следовательно, тоже внук Ярославль!) на великом княжении в Суздале князь Михаило Андреевич». Одно и то же событие казни нижегородских мятежников в 1305 году разными летописями рассказывается разноречиво: Новгородская четвертая (Полное собрание русских летописей, IV—47) говорит, что тогда «кн. Михаил Андреевич из орды приеха в Нижний Новгород и изби вечники», а в одном варианте (рукописи Царского) Софийской первой (т. V—204) вместо Андреевич по подскобленному слову написано Ярославин, то же и в Воскресенской летописи, в тексте (VII—184). В Никоновской летописи под тем же годом сказано, что в Нижнем Новгороде черные люди избили бояр князя Андрея Александровича, что в том же году Михаил Андреевич пришел из Орды в Нижний Новгород и «изби всех вечников». Это, однако, еще не значит, что Михаил вступился за отца: он мог наказать вечников уже за одно только своеволие. Но С. М. Соловьев, по-видимому, очень важным доказательством происхождения князей суздальских от Андрея Александровича считает то обстоятельство, что царь Василий Шуйский, потомок князей суздальских, публично заявлял о своем происхождении от Невского… а ему ли, дескать, не знать своего родословия? Но этот аргумент, по нашему мнению, более чем слаб. Надобно помнить, при каких обстоятельствах Василий Шуйский протолкался до царского трона, и тогда похвальба его перед боярами и толпой о происхождении от Невского будет понятна: ему нужен был знаменитый предок для того, чтобы его власть была, так сказать, санкционирована в глазах народа.
Но есть еще весьма веское доказательство в пользу происхождения князей суздальских от Ярославина, а не от Александровича, на которое указывал уже в своих лекциях по русскому праву (издание 1887 года) профессор Сергеевич. Андрей Александрович женился в 1294 году на Василисе, дочери ростовского князя Димитрия Борисовича (Полное собрание русских летописей, 1—228; VII—181). В Никоновской летописи, III— 93, по ошибке сказано, что он «ноя дщерь Василкову ростовского», и мы не имеем никаких данных хотя бы предполагать, что это был второй брак. Правда, Карамзин (т. IV, прим. 183), говоря о женитьбе Андрея на Василисе, в скобках замечает, что это был второй брак Андрея; но не говорит ни о первом браке, ни об источниках, на основании которых считает Василису второй женой Андрея. Вероятно, это было простое соображение историографа. Итак, если Михаил Андреевич был сын Андрея Александровича, женившегося в 1294 году, то мог ли он сам жениться в 1304 году, когда ему было лет десять, а в 1305 году, когда ему было лет одиннадцать, избить вечников? Мог ли сын Михаила, внук Александровича, Василий, умирая в 1309 году (по Никоновской летописи, III—105), оставить (по родословным) сыновей Александра и Константина? Очевидно, Михаил был сын не Александровича, а Ярославина. Бархатная книга (1—67) считает Андрея Александровича бездетным, а Андрею Ярославичу дает только двух сыновей (бездетного Юрия и Василия), между которыми Михаила нет; тоже и в родословной «Временника». Другие известия, как увидим в тексте, дают Андрею Александровичу сыновей Юрия (1295–1297), Бориса (1297–1303) и Михаила, а Андрею Ярославичу — Юрия (умер в 1279), Михаила и Василия. Вообще, надобно заметить, что наши родословные князей страдают путаницей не только относительно князей суздальско-нижегородских, но и многих других. Известия о детях Андрея Александровича, Юрии, Борисе и Михаиле, взяты из «Зерцала» Мальгина. Но можно ли, положа руку на сердце, ссылаться на него? Мы, со своей стороны, даже и Бориса, приписываемого Александровичу, готовы были бы приписать кому-нибудь другому, тому же Ярославичу, и считать его не шестилетним ребенком, когда он вводил в Великом Новгороде владыку в «сени» и умирал в Костроме. В приложении скажем о них только несколько слов. См. прим. 608.
Говоря о главных центрах Суздальско-Нижегородского княжества, мы сказали бы не все, если бы не посвятили, как и обещали выше, хотя несколько строк Городцу-Волжскому, который имел своих самостоятельных князей.
Волжский Городец, или Радилов Городец, ныне село Городец Балахнинского уезда, в 15 верстах от уездного города, стоит на Волге, почему и назывался Волжским. В летописях мы встречаем его уже в 1172 году; в нем тогда останавливался сын Андрея Боголюбского Мстислав, которого отец посылал в то время на болгар [598] . В 1176 году в Городце скончался Михаил Всеволодович; в 1216 году, после Липецкой битвы, побежденный Юрий Всеволодович, по заключенному миру с его братом-победителем, Константином, получает от последнего Городец Радилов, а потом и Суздаль [599] ; наконец, там скончался в 1263 году Александр Невский [600] .
598
Полное собрание русских летописей, VII—88; Нижегородский летописец, изданный Гациским, стр. 8.
599
Полное собрание русских летописей, I—186, 214–215; III—35; IV, 25–26; V—172, 123–125. Здесь же отметим, что в 1220 году Юрий Всеволодович, собираясь войною на болгар, послал в Ростов к Васильку Константиновичу сказать, чтобы он шел в Городец. Встретившись в этом последнем с Васильком, Юрий тут же принимает болгарских послов (третье посольство), от которых берет дары и заключает мир, приведя их к присяге по их закону (Полное собрание русских летописей, VII—128). При нашествии Батыя в числе других городов татарами разорен был и Городец.
600
Наши энциклопедические словари смешивают Городец волжский с Городцом на Оке, который впоследствии получил имя Касимова. Александр Невский скончался в волжском Городце, между тем словарь Щекатова (II—67) и словарь Плюшара (XV—19) указывают на Городец на Оке.
А. С. Гациский в изданном им Нижегородском летописце говорит, что Городец-Волжский основан в 1164 году великим князем псковским Юрием, сыном Всеволода Ярославича [601] . Не знаем, откуда господин Гациский почерпнул известие о времени основания Волжского Городца. Конечно, если Городец этот упоминается в летописях уже в 1172 году, то можно допустить что он существовал и в 1164. Но великого князя псковского Георгия, сына Всеволода Ярославича, мы не знаем. Может быть, господин Гациский разумел здесь сына Всеволода не Ярославича, а Всеволода Юрьевича, т. е. великого князя владимирского, брата Константинова? Но мы не находим известий и о том, был ли когда-нибудь в Пскове Юрий Всеволодович [602] , не говоря уже о том, что в 1164 году его и на свете еще не было.
601
Нижегородский летописец, изданный Гациским, стр. 8, прим.
602
В виде дополнения к этому очерку состава Суздальско-Нижегородского княжества см. о составе его еще в биографии Константина Васильевича.
Как о городках, не игравших выдающихся ролей, не будем говорить ни о Юрьевце-Поволжском (он же Повольский), ни о Бережце и прочих. О Шуе, которая только и дала князьям суздальско-нижегородским фамилии с прибавками по личным прозвищам князей, говорить можно было бы много, но, в конце концов, нельзя было бы определить ее значения, так как краткие баснословные сказания о ней не таковы, как о других старых городах (чтобы хоть не очень ясное понятие дать о значении города): она была каким-то собирательным именем для всех собственно суздальских князей, начиная с Кирдяпы и Семена Димитриевича.
Итак, Суздальско-Нижегородским княжеством владело потомство Андрея Ярославича, имевшего троих сыновей: Юрия, Василия и Михаила. Из них старший, по смерти отца (в 1264 году) сел в Суздале, средний — в Нижнем Новгороде, где потомство его правило наследственно, а младший — в Городце. Это, впрочем, только предположение, что так, а не иначе были разделены уделы, или, лучше сказать, что все они владели уделами: так как потомство Василия утвердилось в Нижнем Новгороде, который с 1350 года сделался даже главным городом Суздальско-Нижегородского княжества, то естественно предполагать, что Василий сел в Нижнем; старший брат — в Суздале, а Михаил — в Городце. Но, как увидим, биографии помянутых князей указывают на то, что Нижний Новгород был во владении московских князей… Мы, со своей стороны, отвергаем это последнее мнение, но тем не менее странным кажется, почему о городецких и нижегородских князьях нет известий за то время, в которое сидели на помянутых уделах московские князья? Где были эти городецкие и нижегородские князья? Правда, мы увидим, что Андрей Александрович в 1304 году скончался в Городце, что он раньше помянутого года приезжал и пребывал здесь… Где же был Михаил, который скончался позднее своего двоюродного брата?
Остается еще заметить для предисловия, что некоторое время Городцом и Юрьевцем владел Владимир Андреевич Серпуховско-Боровский (Храбрый), но неизвестно, с какого и до какого времени. Есть договор (№ 38 в Собрании государственных грамот и договоров) великого князя Василия Димитриевича с Владимиром Храбрым, и по этому договору великий князь дает Владимиру взамен Волока и Ржевы Городец и Углич. Нельзя ли здесь разуметь Городец Волжский? Грамоту относят к более раннему году, чем 1405 год. Но в духовной грамоте самого Владимира Храброго (он умер в 1410 году) говорится, что он дает детям своим, Семену и Ярославу, Городец на Волге, что Городец и Углич освобождаются от дани, а в договоре Василия Ярославича Серпуховско-Боровского (внука Владимира Храброго) с великим князем Василием Темным говорится, что последний недодал первому Углича с волостьми, Городца с волостьми и прочего [603] . Нам желательно было бы сделать, так сказать, синхронистическо-параллельную таблицу князей Суздальско-Нижегородского княжества, но, как видит читатель, это невозможно сделать при запутанности известий как о самих князьях, так и о их генеалогии.
603
В биографиях последних князей будут указаны противоречия, встречающиеся даже в официальных документах.
Теперь переходим к биографическим очеркам князей суздальско-нижегородских.
СВЯТОСЛАВ ВСЕВОЛОДОВИЧ
р. 1196 † 1253 [604]
Святослав Всеволодович, сидевший до 1238 года в одном только Юрьеве-Польском, получил в помянутом году от брата своего, великого князя Ярослава Всеволодовича, еще Суздаль, а следовательно, и пригородки этого последнего, Городец и Нижний Новгород. По смерти Ярослава Всеволодовича (в 1246 году) он, как старший в роде, занял великокняжеский стол, а Суздаль отдал племяннику своему, Андрею Ярославичу.
604
Если годы рождения и смерти известны, то они обозначаются символами р. и †, в противном случае приводятся годы, когда известно, что князь уже жил и еще не умер.
АНДРЕЙ ЯРОСЛАВИЧ
1238 † 1264
Андрей Ярославич владел Суздалем сначала как удельный князь до 1248 года, а потом до 1252 года и как великий князь. В 1252 году Андрей вынужден был бежать в Швецию от приведенных братом его Александром татар, между тем как последний занял великокняжеский стол. Когда в 1256 году Андрей возвратился в Суздальскую землю, Александр Невский хотел дать ему Суздаль, но боялся сделать это без воли разгневанного на Андрея хана. Впрочем, в том же году Александр успел примирить хана с братом своим, и тогда же, конечно, Андрей Ярославич вступил в обладание и Суздалем. В 1259 году из Новгорода Великого, где он был вместе с братом Александром Невским и татарами, исчислявшими Новгородскую землю, Андрей возвратился в Суздаль. Он владел этим последним, как и пригородками его, до своей кончины, т. е. до 1264 года.
По смерти Андрея Ярославича мы видим на одном из пригородков Суздаля, Городце, племянника его, Андрея Александровича. Надобно полагать, что сын Невского получил Городец вскоре по смерти Андрея Ярославича и сидел там до кончины своей, т. е. до 1304 года, по крайней мере знаем, что он умер в Городце. Тогда же, вероятно, ему дан был и Нижний Новгород. Во всяком случае, мы видим, что в Нижнем Новгороде в год смерти Андрея Александровича народ избивает по решению веча бояр его. Каким образом попали бы в Нижний Новгород бояре князя городецкого, если бы последний не владел им? А начал он владеть им, естественнее предположить, с того же времени, с какого и Городцом. Сам Андрей жил в Городце, где и скончался и погребен, а в Нижнем, очевидно, распоряжались его бояре, и распоряжались, должно быть, очень круто, почему народ, терпевший прежде обиды и притеснения бояр из страха к своему князю, по смерти последнего разнуздался и дал волю накипевшей на сердце его страсти — отомстить своим притеснителям, и по решению веча отомстил.
Заметим здесь, кстати, что этот эпизод из нижегородской истории косвенным образом указывает и на то, что после Андрея Александровича детей не осталось: в противном случае народ видел бы в них мстителей за бояр и не решился бы, вероятно, прибегнуть к самоличной расправе с приближенными людьми своего князя.
Из летописей мы знаем, что Михаил Андреевич, возвращаясь из Орды в 1305 году, следовательно уже много спустя по кончине Андрея Александровича, остановился в Нижнем Новгороде и казнил вечников, побивших бояр Андрея Александровича. Но значит ли это, что Михаил наказал вечников за бояр отца своего, Андрея Ярославича, а не двоюродного брата, т. е. того же Андрея Александровича? Нет, Михаил мог наказать вечников уже только потому, что они проявили свою волю посредством отжившего уже свое время органа власти — веча, которое, если и собиралось кое-где и кое-когда в северо-восточной Руси, то, все-таки, имело совершенно случайный характер.