Чтение онлайн

На том, что было, возможно, подолом статуи, тоже имелись тускло сияющие знаки.

Несколько секунд они смотрели на все это и каждый молчал.

Никаких ворот нигде не было. Ничего, похожего на вход. Никс задрала голову и посмотрела на статую.

Лестниц, кажется, не было тоже.

И как это понимать?

В тишине опасно и резко прозвучал сухой смех Рейнхарда. Никс обернулась к нему:

— Что?.. Что смешного?

— Рейни спятил, — "догадался" Найк.

— Нет, я… я в порядке, — ответил Рин, хищно улыбаясь. — Просто я уже думал, что зря… а тут оказывается, нет.

— Что? Что зря? — продолжала допытываться Никс, которую такие недомолвки всегда нервировали.

— Что зря я терзал тот дневник… — Рин говорил медленно, в его голосе слышалось болезненное осознание, — зря впитал память оживших Белых Королей, оставив из вороха воспоминаний только слова… но лакуны заполнены. Да… теперь я могу читать это.

— Поведай же нам, что тут написано, — предложил Найк. — Неужели кто-то все-таки оставил краткое руководство приключенца на случай форс-мажора?..

— Нет, — Рин убрал с лица даже намек на улыбку. — Не дождетесь. Так, думаю, тут вполне можно осмотреться… Главное шаров этих попытайтесь не касаться, думаю, это может быть… чревато. А мне нужно подойти поближе к надписи на самой статуе — будете смеяться, но в мороке я все еще близорук.

Никс не слишком хотелось осматриваться. Похоже, Найку тоже. В итоге они вместе с Рином подошли ближе к стене, и стали смотреть то на стену, то на Рина, ожидая от него объяснений.

— Ну? — не выдержала Никс.

Рин долго молчал. Никс была почти уверена, что это он не специально, просто слова подбирает, но ничего не могла с собой поделать и злилась.

— Тут написано… — наконец заговорил Рин, — одно слово. Самый ближайший аналог… что-то вроде "назови себя". "Представься", вроде. В общем… если я правильно понимаю, теперь этот город требует от нас пароль.

— А те знаки? — Никс обернулась и указала на фигуры на полу.

— А это — мини-игра, — с дурацкой улыбкой сказал Рин. — Или, если быть точным, устройство ввода.

— И… как это понимать?

— Надеюсь, я не наврал. Наверное, я не должен был высказывать сразу интерпретацию…

— Переведи все дословно, — потребовала Никс.

— Ох, как же мне надоели эти лингвистические мозголомства, — вздохнул Рин. — Поймал бы я этих любителей кроссвордов, поймал бы и…

— Рин!

— …то пророчества они в стихи запихивают, то вот это. Значит… сначала небольшой ликбез по устройству языка. Форма слов у нас не меняется, но меняется значение фразы в зависимости от того, как слова расположены относительно друг друга.

Он подошел к одному из шаров, под которым на черной земле светился смутным серебром росчерк линий.

— Человек с огнем внутри, — сказал Рин. — Под этим шаром написано примерно это. Под тем, что справа — "человек с ледяным нутром". В принципе, то же самое. Кажется, тут гадать нечего, так?

— Предположим, — неуверенно проговорила Никс. — Дальше?

— Под вон той сферой, которая пожирнее, над квадратом, написано "открыть путь, если имеется цена"… Ворота, двери… Или "открыть путь, если есть достоинство". Или "если плата достаточна"… Под ней же обозначение мира, сущего, настоящего… Бытия, короче. Уже чуть менее понятно. Дальше… Следующие две сферы, слева направо: "смерть" и "любовь". И пока вы недоумеваете, сразу же последняя сфера, над, собственно, треугольником — под ней стоит слово "большой". Великий, огромный, больший, более…

Никс нахмурилась, почесала затылок — не помогло.

— Ты говоришь, значение фразы зависит от порядка слов, — Найк обратился к Рину. — И какие тут есть варианты прочтения?..

— Хм, ну давай посмотрим. Первые сферы обособлены, но от них идут линии к той, что про открытие пути и цену. От нее линии идут к двум следующим и обе они соединяются с последней. Доктор, я вижу в этой картинке рыбку, а вы?..

Черный город, казалось, замер, прислушиваясь к тому, что творится у подножия статуи.

Невдалеке ледяной гроб Керри переминался на ножках.

— Рейнхард, сейчас мы избавим тебя от проклятия, а потом я тебя сама придушу, — пообещала Никс, справедливо полагающая, что время для шуток кончилось. — Несильно, но чтоб запомнил.

— Короче, — тот снова посерьезнел. Вряд ли испугался, просто отбросил шутливый тон, наверное. — Меня тянет провести прямую линию через эти сферы, завернуть ее и… Словом, если соединить левую начальную, среднюю, вторую левую и последнюю, выйдет "Тот, в чьем сердце огонь, да откроет врата, если достоин мир смерти великой".

— О мой бог, — прошептала Никс.

— Погоди пугаться. Если соединить правые сферы и последнюю, будет "Лед хранящий в себе да откроет врата, если мир большой достоин любви".

— Два варианта? — спросила Никс. — А если… если от правой сферы, через серединную, потом на вторую правую, потом на последнюю, а потом на вторую левую?

— Хм, — Рин призадумался. — Вроде, выкинуть левую и замкнуть потом кольцо? Можно и так. "Лед хранящий в себе да откроет врата, если более смерти мир достоин любви". И, наоборот, от второй левой через последнюю ко второй правой: "Лед хранящий в себе да откроет врата, если пуще любви мир достоин смерти". Теперь-то вы понимаете, почему я был так обрадован этим всем.

— Да уж, — согласилась Никс. — Теперь я понимаю.

Она была крайне озадачена. Да, это действительно напоминало какой-то пароль. Парящие сферы — ключи? Клавиши? Возможно, хранящий огонь должен прикоснуться к той, что на уровне роста человека, послать в нее импульс огня… Понятно было, что пробовать лишний раз не стоит, пока они не решат эту… загадку.

— Соответственно, если поменять лед на огонь, вот это кольцо остается все таким же неопределенным, — продолжила Никс думать вслух.

— Вроде того, — согласился Рин.

— Неужели… — Никс прикрыла рот рукой.

Ей на секунду подумалось, что неправильный ввод пароля… Но нет, не может быть такого, чтобы вот это… чтобы вот это и решало все. Как тут не ошибиться?.. Нужно знать? Но… зачем тогда они здесь? Зря, что ли? Почему Вьюга не сказала пароль? Или сказала? Или она не могла его знать?

А если верны первые Риновы прочтения? "Лед хранящий в себе да откроет врата, если мир большой достоин любви". Но точно ли лед соответствует достоинству любви? Может, хранящий не лед, но огонь откроет врата, если мир достоин любви?