Чтение онлайн

– Ты не хочешь отвечать?

– Зачем, ведь я уже сказать, что хозяин уезжать. Он мне никогда не говорить. Его нет, это все!

– Отлично, тогда подождем. Вы там, поднимите тело консьержа, чтоб он его случайно не нашел. А тебя, индеец, я убью тихонько, так, забавы ради, чтобы скоротать время... А то слишком скучно...

– Тебе не придется скучать!

Жиль возник в дверях. Два пистолета одновременно выстрелили - человек с ножом, он, видимо, был вожаком шайки, упал, с ним вместе свалился на пол и один из тех, кто держал Понго. Быстрый как молния индеец кинулся на второго своего мучителя, ударом кулака повалил его, схватил со стены абордажную саблю и одним взмахом снес ему голову.

Молодой человек отбросил ненужные теперь пистолеты, выхватил шпагу: перед Жилем и Понго оказалось по два противника.

– Дельце кажется мне забавным, - крикнул Жиль.
– Ты не ранен?

– Нет, Понго не ранен, а вот этот, он мертв!
– добавил индеец, вонзая оружие в горло врага.

В ту же минуту и Жиль покончил с одним из своих противников. Оставшиеся со всех ног пустились наутек. Индеец хотел догнать их, но Жиль удержал его.

– Пусть отправляются к черту! Я полагаю, на сегодня они утихомирятся, сказал Жиль, разглядывая поле боя.

– Много крови, - вздохнул Понго.
– Ковер и кресло погибли. Отчистить невозможно...

– Какой же ты стал заботливой хозяйкой!
– засмеялся Жиль.
– В любом случае, это уже не имеет значения.., нам больше ничего не нужно и в первую очередь не нужны наши глупые тряпки!
– И Жиль концом только что вытертой шпаги подцепил белоснежный тюрбан, украшавший голову Понго.

– Конец маскараду? Правда?!

– Конечно, правда! Снова станем самими собой, а потом уедем отсюда навсегда. Люди, напавшие на нас сегодня, обязательно вернутся, они ни за что не откажутся от мести. Нельзя терять ни минуты, надо собираться...

– Что будем делать?

– Переедем.., этой же ночью. Ступай сначала приведи Мерлина, он привязан под навесом рынка Буланвилье. Когда вернешься, упакуешь все самое ценное. А я пока напишу домовладельцу, уплачу за месяц вперед и попрошу продать ту мебель, которую мы не сможем увезти. Деньги он передаст Бомарше. Но сначала принеси нам что-нибудь выпить - одна или две бутылки бургундского не повредят...

Глаза Понго горели, как свечи, а большой рот расплывался в улыбке, открывающей два больших желтых резца.

– Я момент...

Индеец вернулся через минуту с бутылками под мышкой. Он аккуратно вытащил пробки и протянул одну бутылку Жилю, а другую взял себе.

Одним глотком Турнемин осушил бутылку и принялся за письмо.

– Хм!
– крякнул Понго, причмокивая от удовольствия.
– Великий Дух вошел в Понго! Теперь я искать брать коня...

С ловкостью перешагивая через трупы, он направился к выходу, но передумал и вернулся к столу, за которым Жиль писал письмо домовладельцу.

– Куда мы ехать?

– В Версаль. Вернемся в наш старый уголок у доброй госпожи Маржон. Думаю, что ненадолго... Я тебе потом все расскажу...

– Не надо. Какая радость снова увидеть великого вождя Красного Медведя, старую скво Любимую Сигонь, дряхлого садовника и кошечку Петунью. Я поженю ее с Нанабозо...

И окрыленный надеждой соединить законным браком аристократическую кошечку мадемуазель Маржон с подобранным котенком неизвестного происхождения, Понго бросился выполнять приказание хозяина.

Турнемин дописал письмо, посыпал его песком, запечатал и положил в карман. Потом из своего стола достал документы на имя Джона Вогана, скатал их, вложил внутрь записку и тоже запечатал. Деньги и несколько личных вещиц Турнемин уложил в большую кожаную сумку, старую спутницу его странствий.

Со скрещенными на груди руками стоял он посередине библиотеки, с недоумением спрашивая себя, как поступить с трупами бандитов.

Закон требовал, чтобы подвергшийся нападению известил инспектора ближайшего участка.

Но господин Лесказ, инспектор, проживавший неподалеку, отличался ужасной педантичностью и медлительностью. Жиль боялся, что полицейские формальности не дадут ему уехать до наступления утра. С другой стороны, скрыться, оставив все, как есть, означало дать почву для самых худших подозрений и обвинений...

Думая о том трудном положении, в котором он оказался по милости сицилийских бандитов. Жиль услышал, как мимо дома промаршировали парижские гвардейцы (Парижская гвардия с 1783 года заменила устаревшие сторожевые дозоры).

Турнемин кинулся к окну, выходящему на улицу, открыл его и увидел шесть человек, одетых в красные с синим мундиры, под командованием капрала. Стараясь привлечь их внимание, Жиль громко крикнул: "На помощь!"

Некоторое время спустя капрал и гвардейцы, прибежавшие на зов Турнемина, с удивлением и восторгом смотрели на поверженных бандитов.

– Это ваша работа, сударь?

– Да, вместе со слугой. К счастью, я вернулся вовремя, они только ворвались в дом. Мы захватили их врасплох. Не возьмете ли вы на себя труд убрать отсюда трупы? Я должен срочно уехать и возня с ними отнимет у меня слишком много времени.

Просьба, подкрепленная золотом, была уважена. Капрал заверил, что еще до наступления утра тела "бродяг" окажутся на настилах Басс-Жоля и, если господин путешественник подробно опишет, как происходили события, то он, капрал, с удовольствием возьмет на себя все нудные неизбежные формальности.

– Мы живем в такие неспокойные времена, сударь, что уже и дома стали небезопасны для честных граждан. Это большое счастье для города, что есть мы...

Напрашивалась благодарность. Турнемин поспешил написать несколько строк и не преминул добавить несколько лестных слов в адрес парижской гвардии.

– Если вам понадобятся подробности, - добавил он, - вы всегда можете обратиться в миссию Соединенных Штатов, отель Ланжак, улица Невде-Берри. Там вам с удовольствием помогут.

Жиль усмехнулся, представив то "удовольствие", какое он приготовил Джефферсону. Но капрал слышал только слова и в интонации не вникал.

– Как, сударь, вы американец!
– воскликнул он восхищенно.
– Ах! Вот страна для свободных людей! Я слышал, там можно жить как хочется, делать все что угодно... Ведь там нет короля...