Чтение онлайн

– Дорогая сестра, – сказал Винсент, беря ее за руку и подводя к окну, – какой у тебя веселый вид…

– Это, кажется, тебя удивляет?

– Какие глупости… Наоборот, я очень счастлив, хотя, может быть, и немного удивлен.

– Как! Почему удивлен?

– Очень просто. Тебе приходится заниматься хозяйством, ребенком, а это не всегда весело.

– Ты говоришь, как все холостые люди. Наоборот, хлопоты по хозяйству и заботы о ребенке – вещи очень приятные.

Винсент был явно удивлен. В эту минуту в комнату вошла нянька, неся на руках годовалого ребенка.

– Посмотри на племянника, поиграй с ним, – сказала Маргарита. – А я пойду распорядиться, чтобы скорее подавали завтрак.

И молодая женщина выбежала из комнаты, тогда как Винсент говорил себе: «Нет, я точно ошибся. Здесь все спокойно и счастливо. Но я все равно поговорю с ней за завтраком».

Несколько минут спустя Маргарита вернулась со словами:

– Брат, дай мне руку и идем. Завтрак подан.

Винсент подал руку и повел сестру к столу.

Читатель, наверное, помнит, что во время поисков человека, из-за которого был казнен Корнель Лебрен, Винсент однажды ночью столкнулся лицом к лицу с мужем своей сестры, и слова лакея ресторана насчет того, кого он считал образцовым мужем, обеспокоили его. Он хотел на следующий день убедиться в справедливости услышанного, но подумал, что его присутствие может возбудить подозрения Андре, и тот примет меры, чтобы о его приключениях не узнали, и поэтому отложил свой визит.

После того как поиски, продолжаемые Панафье в течение многих месяцев, не дали никакого результата, огорченный неудачей Винсент, почти решившись бросить предпринятое дело, или, по крайней мере, предоставить все случаю, сказал себе: «Эти поиски слишком утомительны, нам нужно отдохнуть. Как бы слова лакея не оказались справедливыми. Во всяком случае, известная доля правды в них есть, поэтому займемся делами нашей сестры. Может быть, Андре вступил на дурной путь, но еще не поздно остановить его, не ставя в известность Маргариту, которую это обеспокоило бы. Не возбуждая подозрений Андре, мы должны узнать, не страдает ли он несчастной страстью к игре, и не ставит ли это под угрозу состояние его жены и ребенка».

Если бы оказалось, что он попался в сети какой-нибудь кокотки, Винсент решил в таком случае, не говоря ни слова ни Маргарите, ни ему самому, увезти Андре в какое-нибудь путешествие. Но чтобы принять какое-нибудь решение, он хотел вначале все расследовать, то есть расспросить сестру, не вызывая у нее подозрений, и из ее ответов сделать вывод, определяющий его дальнейшее поведение. Сев за стол, Винсент сразу же приступил к выполнению своего плана.

– Как я счастлив, дорогая Маргарита, что вновь с тобой, – сказал он. – Я невольно вспоминаю наше детство, когда были живы наши отец и мать.

– Мы можем снова устроить почти такой же семейный обед, – отозвалась Маргарита с печальной улыбкой.

– Как это?

– Просто нас будет снова пятеро: ты, Шарль, Андре, я и наш маленький Корнель, твой крестник.

Винсент задумался на некоторое время, а Маргарита продолжала:

– Что с тобой, Винсент? Ты сегодня что-то необыкновенно печален.

– Нисколько, Маргарита. Я просто вспомнил о тех, кого уже нет… Не будем больше об этом.

И желая перевести разговор на более банальную тему, он прибавил:

– Поговорим лучше о тебе, дорогая Маргарита, Счастлива ли ты?

– О, да! Очень счастлива, – сразу же ответила она.

– Счастлива… И твой муж по-прежнему очень любит тебя?

– Да. По-прежнему.

– И вы никогда не ссорились?

– Никогда. Ты меня удивляешь!

– Чем же?

– Конечно, удивляешь, – смеясь, повторила Маргарита.

– Я не хочу сказать, что брак убивает любовь или что у тебя дурной характер. Я о другом. Ведь твой муж живет за счет доходов со своего капитала, и бездействие может его увлечь…

– Какое бездействие?! Да разве ты ничего не знаешь? – перебила Маргарита.

– О чем ты говоришь? – с любопытством спросил Винсент.

– Ты не знаешь, что Андре работает? Да, он пишет громадную книгу. Я сейчас покажу тебе его кабинет.

– Ты говоришь о его спальне? Разве у вас не общая спальня?

– Нет.

– Как! Уже?

– Этого не его желание, а мое. Послушай меня. Я обожаю своего ребенка и хочу, чтобы он спал в моей спальне, а поэтому и кормилица спит с нами. Ты понимаешь, что в результате нам пришлось сделать две спальни.

– Да-да, понимаю, – с беспокойством произнес Винсент.

– С того времени Андре стал работать. После обеда он отправляется на маленькую прогулку, и возвращается, когда все уже спят.

– Затем работает всю ночь?

– Да, всю ночь. Я могу это видеть. В его кабинете постоянно горит свет; он ложится иногда в четыре, в пять часов. И, – прибавила она с улыбкой, – я прихожу будить его около одиннадцати часов.

– Так он занимается всю ночь? – повторил Винсент, – И ты никогда не ходишь к нему, чтобы посмотреть, работает ли он?

– Нет, он строго запрещает это. Дверь у него всегда закрыта, и он не отвечает.

Винсент говорил с самым равнодушным видом, но под этой маской спокойствия он скрывал пожиравшее его любопытство. Он не желал показать сестре ни тени сомнения, охватившего его, а между тем он хотел узнать: не скрывала ли его сестра под внешним спокойствием тайного страдания, зная, что ничто не в состоянии ей помочь.

– Каким образом такие молодые супруги могут дойти до этого? – равнодушным тоном продолжал Винсент.

– Что ты хочешь сказать?

– Но, сестра, я удивляюсь, что ты соглашаешься иметь отдельную с мужем комнату.

– Ты человек холостой и не можешь понять, от каких неприятностей я его избавляю. Подумай о том, что невозможно находиться в комнате, где спит ребенок, который будит вас каждую ночь. Только мать может переносить это. Мужчина, как бы серьезен он ни был, все равно будет сердиться.

– Вы живете так только со времени рождения Корнеля?

– Да, почти. Мой бедный Андре не смел просить меня об этом, и я сама предложила ему. Зато теперь я могу больше времени посвящать ребенку. Присутствие Андре только стесняло бы меня. Я всегда боялась бы разбудить его на рассвете. А главное – я боялась бы, что эти постоянные маленькие неудобства могут уничтожить его любовь к нашему ребенку.

– Да, это правда, – поддакнул Винсент, чтобы сказать хоть что-нибудь.

– Видишь, в чем дело, – продолжала Маргарита. – Мой бедный Андре приносит себя в жертву и не жалуется. Он не привык к такой жизни и вследствие этого вечером не может заснуть. Поэтому он и придумал себе занятие. Ему приходится чтением и письмом доводить себя до утомления, чтобы заснуть. Ты, может быть, думаешь, что я преувеличиваю? Нет, Винсент, уверяю тебя, что бывали случаи, когда я видела Андре бодрствующим в шесть часов утра.